ЧВК Херсонес. Том 3 - Андрей Олегович Белянин

— Ты в порядке, зёма?

— Твоими молитвами, греческим коньяком и прочая, прочая, прочая. — Мы с ним не глядя хлопнулись ладонями. — Как сам?

— Не очень…

— Тебе просто нужно сократить количество алкоголя.

— Саня, вот ты умный вроде, но иногда такую хрень несёшь… — устало поморщился он, демонстративно доставая прохладную амфору. — Проблема ведь не в том, трезв я или пьян, дело вообще не во мне. Вот скажи, что ты знаешь о Массандре?

— Не буду врать, что много, но это известный винный завод ещё, кажется, с царских времён. Они делают крутое вино, да?

Наш знаток всех языков на свете страдальчески уронил лицо на стол. Мне на секундочку стало стыдно, а потом появилась Гребнева.

— Доброе утро, Александр! Не обращайте на него внимания, он всегда так делает, когда хоть кто-нибудь в целом свете отказывается слушать его двухнедельную лекцию по истории крымского виноделия.

— Четырнадцать дней? — не поверил я.

— И это самый короткий курс, — подтвердила наша Афродита, садясь напротив меня и слегка натягивая полупрозрачное изумрудное платье на выпадающую грудь. Защиты от этого вида женского оружия не выработано до сих пор.

— Саня, зёма, бро…

— Не-не, даже не уговаривай, — сразу предупредил я. — Столько времени слушать про крымское виноделие мне на фиг не упёрлось!

— Дай мне всего пять минут, и ты сам захочешь пойти со мной на Массандру.

— Если рассказ того стоит, я с вами, мальчики, — аристократически повела бровью лучшая специалистка по краснофигурной и прочей вазовой росписи эллинского периода. — Ну что, играем? Кто вскрывается первым?

— Светка, я тя люблю! — распахнул объятия уже начинающий теплеть Диня. — Так вот, т-кая тема, на М-сандре есть кол-лекц…я!

— Опять? — резко рубанула ребром ладони по столу красавица Гребнева. — А я-то, дура, думала, речь хоть о чём-то новеньком!

— Саня, ск-жи ей, она на меня давит как на… эту… на асоциально актив-в-ную личность!

— Да ты уже всех достал своей винной коллекцией! Мы четыре года подряд слушаем эту глупую басню о том, как князь Голицын прятал бутылки от похитителей, желающих разгадать его способы «воспитания вина». Шеф на это не подписался ни разу, Мила тем более, это вообще не наша специализация!

— П-щему?

— Где твоё вино, а где сокровища Крыма⁈

В общем, мне пришлось встать между ними, потому что Светлана доходила до белого каления в полторы минуты, а Денисыч был явным профессионалом в этом деле. Троллинг двухсотого уровня, спасения нет, безнадёжно…

Я развёл их в разные углы ринга и терпеливо выслушал обе противоборствующие группировки. Надо признать, что серьёзные аргументы имелись у обеих сторон. Но для аргументации придётся немного вернуться к истории старейшего крымского завода цивилизованного виноделия…

Как мне рассказали, Лев Сергеевич Голицын, потомок одного из древнейших родов России, владевший четырьмя иностранными языками, ещё в тридцать с чем-то лет уже имел профессорскую степень юриспруденции и был предводителем муромского дворянства. Однако отказался от блистательной карьеры ради любви к прекрасной грузинке, на тот момент бывшей замужем, и страсти к виноделию. Объездив всю Францию, Италию, Испанию, Грецию и Португалию, он возжелал создать идеальное российское вино в Крыму!

Ну, оно и понеслось. Не буду пересказывать всю историю жизни этого могучего гения, скажу лишь, что такие люди рождаются раз в столетие. И когда уже на краю могилы он обернулся посмотреть на детище рук своих, то увидел каменные твердыни Массандры с лучшими сладкими винами мира, огромные сады Абрау, бескрайние поля Солнечной долины и подземные коридоры Нового Света, чьё шампанское брало и берёт первые места на всех конкурсах, отправляя французское нервно курить в уголочке. Так вот, история нашего лучшего спеца по древним наречиям закрутилась именно вокруг этого человека…

— Александр, он всё время талдычит про эти якобы украденные бутылки! Но у нас частный выставочный комплекс золотых, серебряных, мраморных, глиняных раритетов греческих полисов Крыма! Даже если предположить, что голицынская коллекция тоже считается национальным сокровищем, то уж никак не греческим, правда же?

— Зёма, вот она упёртая, как феминистка-трезвенница! А то, что именно первые лозы, привезённые переселенцами из Афин и Спарты, как раз таки и стали основателями автохтонных крымских вин, это ей уже и не важно?

— Хорошо, хорошо, — я примиряюще поднял руки. — Допустим, я соглашусь с точкой зрения Денисыча…

— Вот, утрись, круглозадая!

— Допустим, — строго осадил его я, отвешивая звонкий щелбан в лоб. — Но! При чём тут я? В этом вопросе история искусств бессильна.

Они оба уставились на меня как на конченого идиота.

— Бро, вино — это искусство!

— Диня прав, без искусствоведа ничего не выйдет.

На этой мысли оба музейных сотрудника мгновенно примирились, словно бы перестав разыгрывать для меня спектакль, и взялись за дело уже всерьёз. Я смиренно сидел на скамье, не прикасаясь ни к чему на столе, и только слушал, слушал, слушал…

Первое, что повергло меня в шок, — это даже не значимость уникальных сортов вина, не имеющих аналогов в мире, а просто стоимость коллекции. Для примера: какое-то время назад завод был вынужден продать одну (!) бутылку красного из коллекции Льва Голицына по «дешёвке», всего за пятьдесят тысяч евро. Это цена в России, ибо санкции…

Так вот, потом на аукционе в Европе она же — только на старте — стоила уже сто пятьдесят тысяч! Не знаю, за сколько вино ушло в конце концов, но как бы сказали латиняне: De gustibus non est disputandum[11]. А ведь в княжеской коллекции есть вина, пережившие такие потрясения, как две революции, Великую Отечественную войну и немецкую оккупацию Крыма, горбачёвские антиалкогольные реформы, беспредел девяностых, украинское владычество, и каждый раз, рискуя собой, люди Массандры умудрялись сохранять самые дорогие и уникальные образцы.

Вот кто настоящие герои. А им даже памятной доски нет.

Как после всего этого я мог отказаться? Никак.

— Мы команда. Только боюсь, что Герман с нами не пойдёт!

— Почему?

Короче, пришлось рассказать о малоприятной сцене в директорском кабинете, невольным свидетелем которой мне пришлось быть. Ребята переглянулись, они явно не были в курсе. Что ж, отложим этот вопрос куда-нибудь на потом. А на данный момент я хотел бы услышать чёткий и внятный план нашего