Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл

— А последняя часть, «Печать Сдерживания»… — продолжил генерал, — согласно показаниям пленного, хранится там, куда указывает дневник астронома. В Долине Шепчущих Столпов.

Теперь все встало на свои места. Это была гонка. Гонка за последним элементом головоломки. Кто первым доберется до Долины — тот получит контроль над древним оружием массового поражения.

— Мы должны немедленно отправить туда армию! — сказала я.

— Не можем, — покачал головой император. — Долина находится на спорных территориях, на границе с Дикими Землями. Появление там нашей армии будет расценено соседними ханствами как акт агрессии. Это спровоцирует войну на два фронта, чего мы не можем себе позволить. К тому же, мы не знаем, где именно в Долине искать. Это огромное ущелье. Пока армия будет прочесывать его, «Дети Пепла» уже доберутся до цели.

— Нужна небольшая, тайная экспедиция, — подвел итог генерал. — Отряд лучших бойцов, которые смогут проникнуть в Долину незамеченными, найти «Печать» раньше культа и вернуться.

Он посмотрел на меня. И я поняла, к чему он ведет.

— Я не могу покинуть столицу, — сказал император. — Особенно сейчас, когда внутри города зреет заговор. Генерал Цзинь Вэй нужен мне здесь, чтобы контролировать ситуацию и готовиться к возможному нападению на дворец.

Тишина в комнате стала оглушительной. Я знала, что он сейчас скажет. И я была к этому готова.

— Леди Лиюэ, — произнес генерал официальным тоном. — Вы — единственный человек в империи, способный прочесть древние тексты династии Шан. Вы — единственный человек, который может опознать «Печать Сдерживания», если мы ее найдем. Ваше присутствие в этой экспедиции… необходимо.

Отец бы пришел в ужас. Отправить единственную дочь, аристократку до мозга костей, в дикие земли, кишащие бандитами и фанатиками? Это было безумие. Но для меня, для Алисы, это был шанс. Шанс выбраться из золотой клетки. Шанс взять свою судьбу в собственные руки.

— Я согласна, — сказала я твердо, глядя прямо в глаза сначала генералу, а потом императору. Император удивленно приподнял бровь. Он явно ожидал уговоров или возражений.

— Это не прогулка по саду, леди, — предупредил он. — Вероятность того, что вы не вернетесь, очень высока.

— Вероятность того, что мы все умрем, если «Дети Пепла» активируют свое оружие, еще выше, Ваше Величество, — парировала я. — У меня нет выбора.

Генерал Цзинь Вэй впервые за все время нашего знакомства позволил себе что-то похожее на улыбку. Это был лишь едва заметный изгиб уголка его губ, но для него это было равносильно взрыву хохота.

— Экспедицию возглавит мой заместитель, командир Лэй, — сказал он. — Тот самый, что был с нами в подземелье. С ним пойдут десять лучших бойцов «Черной стражи». Они будут охранять вас ценой своих жизней. Но и вы, леди, должны понимать, что вы — член отряда. Вы будете подчиняться приказам, выполнять свою работу и не должны быть обузой.

— Я понимаю.

— Вы выступаете через два дня. Под покровом ночи. Ваша официальная легенда — вы отправляетесь в уединенный горный монастырь для медитаций и лечения. Ваш отец будет в ярости, но императорский указ заставит его смириться.

Он подошел ко мне и протянул небольшой, запечатанный воском свиток.

— Это ваш пропуск. И инструкции. В них все, что вам нужно знать. Выучите на память и сожгите.

Я взяла свиток. Его пальцы на мгновение коснулись моих. Легкое, случайное прикосновение, от которого по моей руке пробежал электрический разряд. Я резко отдернула руку.

Аудиенция была окончена. Когда я, пятясь, выходила из комнаты, я бросила последний взгляд на них. Император и его генерал. Два молодых человека, на чьих плечах лежала судьба огромной империи. Они снова склонились над картой, их головы почти соприкасались. Они были партнерами. Командой. И в этот момент я поняла, что они только что приняли в эту команду… Меня.

Вернувшись в свою резиденцию, я ощутила не страх, а странное, пьянящее чувство свободы.

Я заперлась в своей комнате и вскрыла печать на свитке. Инструкции были краткими и четкими. Маршрут, пароли, условные знаки. Но в самом конце, под официальным текстом, была одна-единственная строка, написанная другим почерком. Почерком генерала.

Там было написано всего одно слово. «Возвращайтесь».

Это был не приказ. И не пожелание. Это было нечто иное. Нечто, что заставило мое сердце пропустить удар. Я посмотрела на пламя свечи. Я знала, что впереди меня ждет Долина, полная опасностей, враги, которые будут охотиться за мной, и, возможно, смерть. Но в этот момент, глядя на это единственное слово, я впервые почувствовала, что в этом чужом, жестоком мире есть место, куда я должна вернуться. И человек, который будет этого ждать.

Я поднесла свиток к огню. Бумага вспыхнула, превращаясь в черный пепел. Обратного пути больше не было.

Глава 16

Ярость отца была подобна грозе в запертой комнате — оглушительной, яростной и абсолютно бесполезной. Когда я, вернувшись из дворца, сообщила ему о своей «духовной миссии» в уединенный монастырь, подкрепив свои слова императорским указом с большой восковой печатью, он сначала не поверил. Потом его лицо побагровело. Он метался по своему кабинету, как тигр в клетке, сшибая свитки со стола и выкрикивая проклятия в адрес «зарвавшегося мальчишки на троне» и его «верного пса» Цзинь Вэя.

— Монастырь? Медитации? — рычал он, размахивая указом. — Ты думаешь, я идиот? Они отправляют тебя в ссылку! Это месть клана Чжао! Они убедили императора убрать тебя из столицы, чтобы ослабить меня! А ты, глупая девчонка, согласилась!

Я стояла молча, не пыталась спорить или оправдываться, любое мое слово было бы искрой в пороховой бочке. Я ждала, когда его гнев иссякнет, оставив после себя лишь холодный пепел бессилия.

— Я не могу этого допустить, — наконец сказал он, останавливаясь передо мной. Его голос был хриплым от крика. — Ты моя единственная дочь. Моя наследница. Я не позволю им отправить тебя на верную смерть в дикие земли. Я поговорю с регентом, с вдовствующей императрицей…

— Не нужно, отец, — прервала я его тихим, но твердым голосом. — Вы ни с кем не будете говорить. Вы смиренно примете волю Сына Неба и при всех пожелаете мне удачного духовного пути.

Он уставился на меня, ошеломленный моей дерзостью.

— Ты… ты смеешь мне приказывать?

— Я смею советовать вам, как сохранить голову на плечах, — я сделала шаг вперед, глядя