Переплетения 6 - Гизум Герко

— Как мы направим стихию? — спросил Снайдер.

— Мы дадим ей цель, — ответил я. — Она ищет источник боли. Гниль. Противника. Если мы найдем его первыми и покажем ей… она обрушит на него всю мощь богини. Мы должны стать наводчиками для этого оружия судного дня.

Михаил кивнул.

— Долина Туманов. Изольда сказала, что там источник. Лилиан сказала искать там. Значит, все дороги ведут туда.

— Тогда не будем ждать, пока она решит «вылечить» нас здесь, — я спрятал артефакт. — Уходим. Бой в Долине будет не с мобами. Это будет бой с самой реальностью.

Мы двинулись к выходу из города. Зеленоград, погруженный в сумерки, казался теперь не убежищем, а ловушкой. Красивой, хрустальной клеткой, вокруг которой бродил безумный врач со скальпелем.

И мы должны были выбраться из этой клетки, прежде чем начнется операция.

Глава 10

Мы покинули Зеленоград, оставив за спиной его тревожную тишину и безумного Апостола, бродящего среди раненых.

Наш путь лежал на восток, в Долину Туманов, но сначала мы должны были проверить первый маркер на карте, которую дала нам Изольда.

Лес здесь был неузнаваем. Если в зоне активного заражения он мутировал, превращаясь в глючный кошмар, то здесь… здесь он умирал. Трава была сухой и ломкой, листья скрутились в черные трубочки. Воздух пах гарью. Но не тем едким дымом лесного пожара, к которому привыкли обитатели этого мира. Это был запах озона, расплавленного камня и ладана. Запах стерилизации.

— Осторожно, — предупредил Снайдер, придерживая волчонка, который начал чихать. — Земля горячая.

Мы вышли на прогалину, и я замер.

Передо мной расстилалась идеально ровная, круглая площадка диаметром метров в сто. Здесь не было ни деревьев, ни кустов, ни даже пней. Только белый, пушистый пепел, покрывающий землю толстым слоем, как снег. И среди этого пепла, словно колонны разрушенного храма, торчали обугленные, белые скелеты деревьев.

Огонь все еще горел. Не рыжий, не красный. Белый. Холодный на вид, но я чувствовал жар даже на расстоянии в десять шагов. Пламя не металось, не ревело. Оно стояло стеной, методично, дюйм за дюймом, пожирая остатки Гнили, которая пыталась спрятаться в корнях.

— Священный огонь, — констатировал Михаил, прикрывая лицо рукой. — Высшая школа Света. «Очищение». Заклинание сотого уровня. Чтобы накрыть такую площадь… нужно либо быть архимагом, либо иметь батарею из десятка паладинов.

— Или одного фанатика, — мрачно добавил я.

Шнырь подошел к краю пепелища. Он присел на корточки, зачерпнул горсть пепла и растер его между пальцами.

— Чисто, — сказал он с неожиданным уважением в голосе. — Никакой слизи. Никаких спор. Просто пыль. Жестко. Мне нравится. Лучше сгореть, чем стать этой… жижей. По крайней мере, это честно.

Из белой пелены дыма, застилавшей дальний край поляны, послышался ритмичный лязг металла. Шаги. Тяжелые, уверенные.

Сначала показались силуэты. Массивные, угловатые, закованные в броню. Затем огонь расступился, словно повинуясь немой команде, и они вышли на свет.

Паладины.

Их было шестеро. Они были одеты в латы из белого металла, украшенные золотой вязью. На нагрудниках горел символ — солнце, пронзенное мечом. Их шлемы были закрыты, но я чувствовал их взгляды. Тяжелые. Осуждающие.

В центре, чуть впереди, шел он.

Праведник.

Он изменился с нашей последней встречи в Болотинах. Его броня стала еще роскошнее, на плечах лежал плащ из алой ткани, расшитый молитвами. В руках он держал тот самый двуручный молот, которым крушил черепа бандитов, но теперь навершие оружия светилось внутренним светом, резонируя с огнем вокруг.

Праведник

Уровень: 123

Класс: Инквизитор

Гильдия: Праведный Гнев (Лидер)

Он остановился в десяти метрах от нас, оперевшись на молот, как на посох. Его забрало поднялось, открывая лицо — суровое, с жесткой складкой у губ и глазами, в которых горел тот же белый огонь, что и вокруг.

— Маркус, — произнес он, и его голос разнесся над поляной, усиленный магией. — Я ждал тебя. Я знал, что запах Гнили приведет тебя сюда. Ты ведь как муха… летишь на все, что неправильно.

— А ты, я погляжу, решил сменить амплуа? — ответил я, стараясь говорить спокойно, хотя рука сама потянулась к посоху. — Из дипломата «ГлобалКорп» в пироманы? Неплохой карьерный рост.

Праведник усмехнулся.

— Дипломатия, для тех, кто хочет договориться. Я здесь не для этого. Я здесь, чтобы выжечь заразу. И тех, кто ее распространяет.

Он обвел взглядом нашу группу, задержавшись на Елене в форме человека и на Шныре.

— Ты собрал вокруг себя интересный паноптикум, Маркус. Вор, предавший своих хозяев. Бард, сбежавший от ответственности. И… кто это? Друид? Интересно. Скажи мне, ты действительно думаешь, что сможешь спасти этот лес своими полумерами? Своим «балансом»?

Он сплюнул в пепел.

— Баланс, это ложь. Гниль нельзя уравновесить. Ее можно только уничтожить. До основания. Вместе с почвой, в которой она сидит.

Напряжение на поляне можно было резать ножом.

Паладины «Праведного Гнева», стоявшие за спиной своего лидера, синхронно, как единый механизм, положили руки на эфесы мечей. Елена, стоявшая рядом со мной, издала низкий, горловой рык. Я видел, как ее кожа начала темнеть, покрываясь корой — она была готова к трансформации. Снайдер натянул тетиву, целясь в щель забрала ближайшего рыцаря. Шнырь просто исчез, растворившись в тени единственного уцелевшего куста на краю поляны.

Одно неверное слово, один резкий жест — и начнется бойня. Бойня, в которой нам не победить. Сто двадцать третий уровень против наших девяностых. Это была математика, а не героизм.

Но Праведник не атаковал.

Он медленно, демонстративно снял шлем. Его лицо, обычно скрытое забралом, оказалось усталым. Под глазами залегли тени, кожа была бледной, покрытой копотью. Но глаза… глаза горели. В них не было безумия, как у культистов или Лилиан. В них была холодная, абсолютная уверенность человека, который знает, что делает правое дело, даже если ради этого придется сжечь весь мир.

Он поднял руку в латной перчатке, останавливая своих людей. Я сделал то же самое, жестом приказывая Елене и Снайдеру опустить оружие.

— Я выжигаю опухоль, Маркус, — сказал он тихо, но в этой тишине было больше силы, чем в крике. — Посмотри вокруг. Здесь больше нет Гнили. Нет мутантов. Нет искажений. Только чистота. Стерильность.

Он обвел рукой пепелище.

— Ты пришел мешать мне? Защищать эту мерзость во