Пленница генерала-дракона - Виктория Виноградова

Замираю.

Пауза.

Я все еще дышу.

Приоткрываю один глаз.

Чернобог держит руку занесенной для магического паса, но медлит.

— Это они всегда мнили себя столпами света. Безупречными и непогрешимыми, — продолжаю, пока еще могу говорить. — Тогда как тебе были чужды их заносчивость и лицемерие. Ты не делил людей по их статусу. Был честен и прямолинеен. И уважал тех, кто тоже говорит все как есть, без утайки.

Произношу все это, а сама отчаянно надеюсь, что те манускрипты о Древних богах, что мы изучали вместе с отцом, не врали. Что история Чернобога, его бунт против остальных и ссылка в Пустоши — не легенда, выдуманная людьми. Иначе он решит, что я ненормальная и меня не стоит даже слушать.

Его рука все еще готова выбросить магический пас в мою сторону.

— Решила найти ко мне подход через вражду с другими богами? — спрашивает он.

— Да, — если он и впрямь ценит искренность, то правда будет лучшим ответом.

Он опускает ладонь.

— Что ж. Допустим, — на его лице появляется усмешка. — Что ты хотела сказать?

Внутренне выдыхаю. Казнь откладывается. Но понимаю, что одно неверное слово, и ни мне, ни Горану не жить.

— Вы правы, полагая, что чужестранка едва ли сможет разобраться с проблемой, над которой бьются лучшие умы Невьрада. Но все же шанс есть. Я с детства сопровождала моего отца в археологических экспедициях.

Горан рядом со мной тяжело дышит. Уставился в пол. Кажется, молится.

— Мы не имели опыта работы конкретно с насекомыми, но почва, камни — это я умею анализировать. И под час породы могут сказать гораздо больше.

В зале становится совсем тихо. Воздух как будто сгущается. Похоже, мои слова не убеждают Чернобога. Я буквально чувствую, что еще миг и он велит заткнуться.

— Горан не забирал у тебя жертву в угоду личным мотивам, — торопливо говорю я. — Он бы не посмел идти против своего Владыки. Он действительно беспокоится о твоем городе. Только что он вытаскивал людей из-под обломков. Он использует любую возможность, чтобы спасти Невьград. И, к слову, сегодня я лично спускалась на Кромку поля и видела колонны вблизи. И кое-что мне показалось странным.

— Да что вы ее слушаете? — вновь вмешивается жрец, но Чернобог отшвыривает его в сторону. Тот ударяется о стену и затихает.

— Продолжай, — велит божество.

— Мне показалась странной структура камня. И у меня есть несколько идей на этот счет. Надо проверить.

— Разве тебе есть дело до города, в котором тебя удерживают силой?

Коварный вопрос. Чернобог попадает в точку. И смотрит внимательно.

Совру — убьет. Но и сказать правду тяжело. Тогда Горан поймет, что все это время я его обманывала.

Не хочу этого произносить, но божество не оставляет мне выбора.

— Вы правы. Мне не было дела до проблем Невьграда, — вижу, как Горан опускает голову и отворачивается от меня. Сердце болезненно сжимается, но приходится продолжать. — Я лгала с самого начала. Пользовалась ситуацией, в которой оказался градоправитель. Я не собиралась ему помогать. Лишь тянула время и надеялась сбежать.

Еще никогда мне не было так тяжело на душе. Говорю и сама себе ненавистна. В груди все разрывается от осознания, что сейчас обо мне думает Горан.

— Все изменилось, когда я узнала город ближе. Узнала его жителей. Увидела, как люди стоят горой друг за друга. Я теперь искренне хочу помочь. Здесь славные жители и они заслу…

— Довольно! — лицо Владыки чернеет.

Похоже, я все-таки что-то не то сказала.

Внутри все обмирает.

Чернобог источает холод и гнев.

— Считаешь, что можешь спасти мой город? — грохочет он, вставая с трона. — Что ж. Попробуй. Но если хоть одна из колонн рухнет… Вернее, КОГДА она рухнет, а вместе с этим погибнут люди, я лично казню и тебя, и этого глупца, проявившего милосердие. Это послужит вам обоим уроком.

Он жестом показывает, что аудиенция окончена. Двери распахиваются и нас с Гораном буквально выносит потоком воздуха в коридор.

Пытаюсь отдышаться и переварить то, что сейчас произошло.

— Идем, — сурово бросает Горан.

Он больше не смотрит на меня. Его голос полон стали.

— Пожалуйста. Прости. Да, я соврала, но…

— Закончишь с колоннами и выметайся из моего города.

Сердце пропускает удар.

Глава 28

Веселина

С момента разговора с Чернобогом прошло пять дней. За это время мы так и не виделись с Гораном. Похоже, он решил меня избегать.

Самое паршивое, что я изо всех сил бьюсь над загадкой проклятых жуков, но все равно не могу ничего понять.

Раз двести перечитала доклады местных ученых. Но все их научные опусы можно свести к одной фразе: «Жуки разъедают колонны, мы все перепробовали, но они не дохнут».

Уже и инструменты свои из поезда вернула, и всю местную библиотеку на тему здешней флоры и фауны проштудировала. Толку — ноль. Я себя такой дурой чувствую. Наврала с три короба, наобещала, а теперь и Горану стыдно в глаза посмотреть, и людям помочь не могу.

Выхожу на балкон, чтобы хоть немного проветриться, как слышу с улицы знакомый голос:

— … как это «не велено»? Давайте вы отвернетесь, а я быстро мышкой шмыг, и никто ничего не видел.

Лиза. Стоит возле входа во дворец. На ней светлое платье. Выглядит роскошно. Настоящая аристократка.

— Я же говорю, не положено. Это грубое нарушение правил безопасности.

Свешиваюсь с балкона, чтобы рассмотреть, с кем там Лизавета общается. Замечаю знакомую фигуру в сером камзоле: Ратимир — помощник Горана.

— Ну что вы, — канючит Лиза. — Вы же такой пусечка-лапусечка. Вы меня пустите, а я обещаю, что не выдам вас. Неужели вы откажете бедной девушке в ее невинной просьбе?

Знаю я эту «пусечку»: ни за что против правил не попрет. Выбегаю с балкона и мчусь вниз, чтобы помочь.

— Лиза! — выдыхаю я.

— Весенька! — визжит она. — Как же я соскучилась.

Бросается ко мне, чуть не сбив с ног Ратимира. Тот ворчит, что посторонним запрещено входить во дворец без согласования с градоправителем, но мы его уже не слушаем. После того, как Лизу переселили в Небесные мосты, мы виделись лишь раз, и успели соскучиться.

— Как твоя работа гувернанткой? Хозяева не ругаются? — спрашиваю я, пока мы идем в мои покои.

Ратимир плетется следом, бухтя под нос, что я нарушаю какой-то там регламент.

— Что ты, — улыбается Лиза. — Они просто душки. Говорят, что меня им послала сама судьба. И у них такие чудесные малыши. А я-то сама