Кому много дано. Книга 2 - Яна Каляева

на навигацию, где написано «Yablochkov tam» и изображен стильный сияющий смартфон. Арина, коротко пожав мне предплечье и улыбнувшись, ускользает наверх.

И никто не идет вслед за мной, когда я сворачиваю с фудкорта в пустой разгромленный коридор… Пытаюсь понять, куда он мог драпануть… Дохожу до громадной уборной — и по наитию заворачиваю туда.

Я точно видел в буране эту растерянную фигуру, свалившуюся с потолка.

Сначала подумал — еще один отморозко, но нет!

Нет.

…Захожу в туалет, стараясь ступать неслышно.

Из дальней кабинки доносятся подвывания и всхлипывания.

Прислушиваюсь.

— Ну и куда мне теперь? Куда, куда мне теперь⁈ Все пути обратно закрылись… Источника силы — нету… Стражники будут пытаться схватить или пристрелить! Если выберусь, несколько дней придется брести до болот! Госпожа Лозысян продлит срок моей службы еще на сто лет…

Распахиваю дверцу.

Несчастный белоглазый карлик в буром пиджаке сидит, сжавшись, на крышке унитаза.

— Ну здорово, Сопля.

Глава 10

Такси в Нижний мир

Ладонь у Сопли странная, неприятная: то сухая и твердая, то мгновенно становится склизкой, как болотный корень. Особенно если вдали появляется казачий патруль.

Но я его руку не выпускаю, тащу карлика за собой. Во-первых, чтобы он не сбежал. Как будто, бежать ему некуда, но мало ли… учудит. Во-вторых…

Во-вторых, из-за угла как раз выворачивает отряд бородачей на конях. Крепкие такие ребята в волчьих дохах и папахах, и, кстати, без единого импланта. По крайней мере, не видно. Вооруженные, разумеется. И кони у них какие-то… специальные. Будто бы немного из ночных кошмаров.

— А ну, стой! — гаркает один. — Кто такие?

Гляжу ему прямо в лицо, сощурившись.

— Я Егор Строганов. Не узнали? От Гостиного двора иду. Дрались там с мерзлявцами на пару дядей. Там сейчас чисто, на площади тетки с почты ингру лутают.

— Чего?

— Гляделки, говорю, выколупывают у мерзлявцев.

Казаки переглядываются.

Старший недоверчиво всматривается мне в лицо.

— Младшего Строганова, вроде, за убийство садили? В колонию? А ну, паря…

Вздохнув, вытягиваю руку вперед, показываю браслет. Потом направляю вдоль улицы порыв ветра.

— Меня выпустили. На каникулы. Под залог.

— Ну понятно, — бормочет самый старый, седоусый казак, — Строгановы, денег-то дохрена…

— В имение иду, — поясняю я, — домой.

— А это с тобой кто?

Сопля одет в стильное бежевое пальто, полы которого волочатся по мостовой. На глазах темные очки, на башку натянута яркая шапка с помпоном. То, что я успел быстро найти в соседних бутиках.

Из рукава дорогого пальто свисает бирка с ценой.

— Это бабка, — твердо говорю я, — она не в себе немного. Я ее в ТЦ от мерзлявцев спас. Веду домой, там Олимпиада Евграфовна окажет первую помощь. Это вроде как подруга ее.

Казаки скептически изучают наряд Сопли. Черт возьми, у него и на шапке ценник висит! И на очках!

— Бабушка уже старенькая, с головой проблемы, — внушаю я казакам. — Не оставлять же одну на улице? Я видел, тут банда снага мелькала — явно мародеры.…Нет, если хотите, я старушку вам на руки передам, сам просто домой пойду. Как ваша фамилия и звание? Бабушка, пойдете с патрулем? Они о вас позаботятся.

Сопля издает невнятный скрежещущий звук, казаки отшатываются.

— Ладно, — выносит вердикт старший в отряде, — коли ты Строганов, то бишь маг, сами до дома дойдете. А мы тогда к почтамту. Если там, говоришь, хабар на площади, и снага мелькали… Бывай, Егор Парфенович — так тебя звать, что ли? Отца твоего хорошо помнил, тебя что-то смутно…

— Ну вот, теперь запомнил, — усмехаюсь я, — еще свидимся!

— Лоша-адки краси-и-ивые, — неожиданно выдает Сопля. — Можно их покормить?

Кони и всадники снова слегка шарахаются.

— Идем-идем, бабуля, скорее — надо тебя саму покормить! — я торопливо тащу йар-хасут дальше по улице.

Казаки озадаченно глядят вслед.

До имения мы добираемся без дальнейших приключений — только вот что дальше? Толкнув Соплю под ближайший куст, иду к калитке. Дальней калитке. Запасной.

— Домна?

Экран, встроенный в кирпичную колонну, мигает. Там возникает радостное розовощекое женское лицо. Точь в точь говорящая Печка из мультика.

— Исполать тебе, молодой хозяин! С возвращением из похода геройского!..

— Да тихо ты! Домна… Меня сейчас, кроме тебя, кто-то видит? Может, на мониторах?

— Кому оно, молодой хозяин, надо! Закончилась беда лютая, из лесов да болот нашествие! Фаддей-то Михайлович купеческими делами занят, бумаги смотрит. Олимпиада Евграфовна чай пить изволят. А Ульянушка, молодой хозяин, в передней! Шубу вздевает, вас искать собирается. А вы — туточки!

— Не говори никому, — шепчу я в экран, — что я тут. Поняла меня?

— Поняла, молодой хозяин, чего не понять. Только точно ли так делать надобно? Ульянушка переживает…

— Домна, слушай меня! Это суперважно! Моя задача сейчас должна иметь высший приоритет!

— Слова-то какие мудреные, молодой хозяин…

ИИ-шница моргает с экрана глупыми глазками. Да ну, не верю я, что она такая тупая! Это какой-то дурацкий фильтр…

— Я хочу провести в дом специального гостя. Так, чтобы никто об этом не знал. Порождение аномалии, йар-хасут. Хочу провести его в кабинет отца — незаметно. Мне нужна твоя помощь.

— Ох! Мутное дело задумал, Егорушка! — пугается Домна.

Да черт возьми! Стою посреди пустой улицы — хоть она и не главная, всё равно кто угодно может меня увидеть. В том числе из дома.

— Такие-то вот дела твоего батюшку и сгубили… А теперь, посмотри-ка, и ты туда же! Ох, Таисия-то Алексеевна, ваша матушка, такого не одобрила бы; разволновалось бы у нее сердечко…

Нервно оглядываюсь. Улица пуста. Сопля сидит в укрытии тихо, патрулей или мародеров нет. Еще я соображаю вдруг, что стою… в тени. То есть на меня лампа должна светить — а она не светит, хотя электричество появилось. Ладно.

— Домна, — говорю я, — послушай. Ты ведь — искин, управляющий нашим имением. Строгановых. Не Гнедичей и не Бельских! Я — Егор Строганов. И я понимаю, что ты, решая, как к нам относиться и как вести себя после исчезновения Парфена Строганова… Ты учитываешь разные факторы. Посмотри на меня, послушай, проведи всесторонний анализ ситуации. Я — наследник рода. Причем, видишь — я изменился. Активно действую, у меня есть план. Я хочу исправить ошибку, которую совершил отец. Ради блага рода.

Домна глядит с