Мясная Башня. Том 1 - Павел Белянов

— Он не мог пройти, у него не было жетона. — Женщина сжала железку в кулаке и кивнула, будто соглашалась сама с собой. — Спасибо. Я его найду и отдам ему.

И пошла в туман.

— Стой, — сказал Костя. — Стой, дура, у тебя двадцать минут!

Она не обернулась.

А сзади, у арки, кто-то заорал:

— У них есть! У них лишние!

Дальше все случилось за две минуты.

Костя обернулся и увидел, что десять человек, которые только что стояли и ждали смерти, смотрят на него и на плащ, где лежат жетоны.

И идут.

Не бегут. Идут, все разом, и это было хуже бега. У них не было оружия, кроме палок. У них не было уровней, они пять дней прятались. Они были никто, и они шли на пятерых, из которых один медведь.

Потому что им было нечего терять, а у Кости на плаще лежало пять пропусков.

— Костя, — сказала Нора. — Мы их не удержим.

— Знаю.

— Я не про удержим. Я про то, что нам придется их убить. Всех десять. У меня четырнадцать стрел и град, я их положу за минуту.

Костя оглядел своих.

Он был выжат до нуля, только что залечив человека, которого ненавидел. Бьорн стоял на ногах, но бок у него был раскрыт дважды, и по штанине текло. Нора села после града и до сих пор не отдышалась. Курт лежал на плаще и не мог встать. Дэну было шестнадцать, и он уже сегодня убил человека.

Драться было нечем. А если и было, то драться пришлось бы с людьми, у которых вся вина в том, что они не нашли железку.

— Хватайте Курта, — сказал Костя. — Бежим.

— Костя!

— Бежим! В арку, все, живо!

Бьорн подхватил плащ с одного края, Дэн с другого, и они рванули. Костя схватил жетоны с земли и побежал последним, и вот тут его достали.

Кто-то повис у него на спине, вцепился в куртку, потянул назад. Костя развернулся, вырываясь, и увидел лицо.

Мужик в очках.

Не Ян. Другой, но тоже в очках, немолодой, и Костя его вспомнил через секунду. Он его вытаскивал. В первый день, в стартовом зале, из-под каменного грызя, и потом еще раз, на второй день, из промоины, вместе с Яном.

Мужик держал его за куртку и лез руками к жетонам, и лицо у него было не злое. Оно было отчаянное.

— Мне надо, — говорил он. — Слушай, мне надо, у меня там… мне надо…

— Пусти.

— Ты же вытаскивал! Ты же вытаскивал меня, ты хороший, ты дай, тебе не жалко!

Костя оторвал его от себя и толкнул. Не ударил, просто толкнул в грудь, и мужик сел на землю, и очки у него съехали.

И Костя побежал дальше.

Он бежал к арке, и за спиной у него была давка. Люди, которые не успевали, кинулись к арке вместе с ними, просто потому что там был выход, и у арки сделалась куча. Кто-то упал. По упавшему пошли. Костя слышал, как под ногами хрустит, и не обернулся.

Бьорн с Дэном протащили Курта в свечение. Нора прошла следом. Костя вбил жетон в арку последним, оглянулся на секунду и увидел, что мужик в очках так и сидит на земле, где его толкнули, и смотрит.

Потом Костя шагнул в серое.

(Этаж пройден. Мертвый лес закрыт.) (Осталось Вошедших в Мертвом лесу: 9.)

С другой стороны было тепло.

Костя вывалился из арки и первое, что почувствовал, это духоту. Тяжелый, влажный, живой воздух, от которого сразу взмокла спина. И запах, густой, зеленый, гниловатый и сладкий разом, как в теплице.

Он стоял, упершись руками в колени, и дышал, и слушал.

Вокруг был шум. Не тишина мертвого леса, а настоящий живой гвалт: свистело, стрекотало, капало, где-то далеко орало что-то большое. Над головой висел зеленый полог в три этажа, стволы уходили вверх метров на сорок, лианы свисали, как рваные снасти. Земля под ногами была мягкая, черная, и в ней все шевелилось.

Джунгли.

После пяти дней серого это било по глазам так, что Костя зажмурился.

Дэн сел на землю и заплакал. Не от горя. Просто отпустило.

Нора стояла и вертела головой, оглядывая тропики.

— Не нравится мне верх, — сказала она. — Тут все сверху будет. С деревьев.

(Этаж третий. Влажный лес.) (Всем прошедшим: опыт +12 %.) (Нора: уровень повышен: 6 → 7.)

— О, — сказала Нора. — Апнулась.

Она поводила глазами по своей панели, и Костя увидел, как у нее меняется лицо.

— И все, — сказала она. — Одно очко в статы, и все. Способности нет.

— А должна быть?

— По классу должна была. — Она нахмурилась, читая. — Ага. Вот. «Следующая ступень способностей: уровень десять».

— Десять?

— Десять. — Нора сплюнула. — То есть я четыре уровня буду расти на голых статах. Спасибо, Башня.

Курт приподнялся на плаще. Он был серый, но глаза у него работали.

— Логично, — сказал он. — Каждые десять. Значит, следующие у всех на десятом, потом на двадцатом. Значит, шесть за всю дорогу, если считать стартовую. А может и больше.

— Откуда ты знаешь?

— Я не знаю, я считаю. — Курт поморщился. — У тебя стартовый град и все. У меня игла и все. У Бьорна медведь. У пацана кровопуск. Один у каждого, и все мы прошли пятерку и ничего не получили. Значит, рубеж не пятый. Значит, десятый.

— А у Кости три, — сказал Дэн, вытирая лицо.

— У Кости класс саппортный, он один в поле труп, ему дали пакет побольше в компенсацию. — Курт лег обратно. — Что, кстати, довольно честно с их стороны.

Костя слушал вполуха. Он ждал, пока перестанет ходить земля, и когда перестала, он сделал то, чего не делал с самого утра.

Он посмотрел в угол.

Там было пусто.

Костя моргнул. Повел глазами. Строка была на месте, серенькая, там же, где всегда, на самом краю, где ее видел только он.

(Готовность: 0 %)

Он смотрел на нее и не понимал.

Утром было тридцать девять. Он с утра вложил очки в лечение вместо силы. Он вытащил из отряда всех, всех пятерых, ни одного не потерял. Он даже лысого залечил, гада, врага, за железки, и все равно залечил. По всем правилам, которые он про эту цифру выучил, она должна была подскочить процентов на десять.

Ноль.

Не «упала». Не «сбросилась на пять». Ноль.

Костя стоял в духоте под зеленым пологом и чувствовал, как у него холодеет между лопаток.

Пока цифра росла, все было плохо,