Злодейка не хочет развода! - Ива Лебедева

как грозный карающий бог, окончательно растаял и превратился в одно сплошное встревоженное внимание. Сильные руки намертво прижали меня к его широкой груди. Он зарылся лицом в мои растрепавшиеся волосы, шумно выдыхая, и я почувствовала, как крупно дрожат его плечи.

— Тихо, тихо, моя хорошая… Всё позади. Я здесь, вы в безопасности. — Его бархатный голос вибрировал от сдерживаемых эмоций. Он баюкал меня на своих коленях, совершенно наплевав на то, что в кабинете находятся посторонние.

— Позвольте, лорд ректор, — деликатно кашлянул молодой доктор, осторожно приближаясь с новой мензуркой. — Физически леди Юэль абсолютно здорова, ни одной царапины. Это сильнейший нервный срыв на фоне пережитого стресса и магического истощения. Маго-импульсный разрядник, который она использовала в конторе Фламме, дал сильную отдачу.

— Какого Фламме? — Милад резко вскинул голову, и его глаза опасно блеснули. — Юэль, мама, объясните наконец, что там произошло!

С соседней кушетки донеслось величественное и глубокое фырканье. Свекровь, до этого тихо сидевшая в образе оскорбленной добродетели, поправила съехавшую набок шляпку и соизволила подать голос:

— Прекрати рычать на жену, Милад. Твоя Юэль сегодня вела себя как… как истинная леди дома Грейвис! Она спасла твои деньги. И… — голос Лилиан на секунду дрогнул, став непривычно мягким, — она спасла жизнь одной маленькой девочке. Доктор Блэквуд, подтвердите.

— Ребенка принесли в последний момент, — озабоченно кивнул доктор. — Это безобразие, как можно было даже подумать наживаться на таком несчастье? Леди Грейвис, сообщите мне, пожалуйста, адрес этой в высшей степени подозрительной конторы. Я, как дипломированный врач, не могу допустить, чтобы шарлатаны открыто губили людей чуть ли не под носом у королевской медицинской ассоциации.

— Цены на лечение ваша клиника не стесняется выставить от души, — не удержалась и фыркнула я в плечо мужа, как сердитый еж. И тут же смутилась: — Простите, я просто перенервничала и несу полную чушь. Это ведь не вы стоимость лечения устанавливаете… Но вообще-то, дамам из хороших семей, вместо того чтобы попадаться на удочку мошенников и покупать очередную ненужную безделушку за много денег, стоило бы заняться вопросом больных детей из малообеспеченных семей. Неужели нельзя помочь людям хотя бы в самом тяжелом и безвыходном случае? Нет, ну правда, цена вопроса — какая-нибудь эксклюзивная безделушка и в то же время жизнь ребенка! Ну как так-то?!

— Юэль… — Милад растерялся, потому что я снова заревела, как последняя рева-корова, и уткнулась сопливым носом в его и без того уже насквозь мокрую рубашку.

Мой муж крепче прижал меня к себе, укачивая и аккуратно поглаживая по спине. Его ладонь, теплая и надежная, действовала получше любого успокоительного отвара.

— Ты права, абсолютно права. Мы слишком часто смотрим на Разлом и государственные проблемы, забывая о том, что происходит на соседней улице. Не плачь, прошу тебя. Мы решим это.

Доктор Блэквуд неловко переступил с ноги на ногу, пряча мензурку с нашатырем за спину. На его лице отразилась целая гамма чувств — от легкого смущения до глубокого искреннего уважения. Он явно не ожидал от капризной и высокомерной леди Грейвис таких речей.

— Леди Юэль, ваши слова… делают вам честь, — тихо произнес доктор Блэквуд. — Клиника действительно зажата в тиски королевских налогов и стоимости магокристаллов для аппаратов. Но идея благотворительного фонда для таких детей, как дочь Мари… Это могло бы спасти сотни жизней. Если бы кто-то из высшего света взял на себя смелость организовать подобное...

— И этот «кто-то» уже нашелся, — раздался с соседней кушетки уверенный голос Лилиан.

Я замерла, перестав всхлипывать, и осторожно повернула голову к свекрови.

Лилиан Грейвис, величественно проигнорировав торчащую из прически корявую шпильку, расправила плечи и сдула с лица выбившийся локон. В ее глазах, еще недавно полных паники, сейчас разгорался такой знакомый мне по графическому роману огонь. Огонь деятельной властной женщины, которая нашла себе Новую Цель.

— Мама? — Милад удивленно приподнял бровь.

— А что «мама»? — Лилиан царственным жестом одернула изумрудный шелк. — Твоя жена права, Милад. Вместо того чтобы слушать сказки этих столичных прохвостов и тратить семейные средства на медные тазы, я обязана заняться чем-то действительно важным. В конце концов, имя Грейвис должно ассоциироваться с великими делами, а не со сплетнями в салонах!

Она решительно поднялась с кушетки, подошла ко мне и, к моему полнейшему изумлению, мягко, но крепко сжала мою ладонь.

— Юэль, дорогая. Как только мы вернемся домой и приведем себя в надлежащий вид, мы займемся бумагами. Я лично вытрясу из графини Шерет и баронессы Верн те авансы, которые они собирались отдать Фламме. Они станут первыми попечителями нашего фонда. А ты, — она строго посмотрела на притихшего доктора Блэквуда, — подготовь мне список самых экстренных пациентов и смету. Ни один ребенок в этом городе больше не пострадает из-за того, что у его матери нет пятисот золотых!

— Слушаюсь, леди Грейвис! — Доктор Блэквуд едва ли не по стойке «смирно» вытянулся, а его глаза буквально просияли.

Я тихонько шмыгнула носом, чувствуя, как внутри разливается невероятное облегчение. Сюжет графического романа не просто изменился — он сделал крутой полицейский разворот на ручнике. Вместо позора, разорения и скандала, которые должны были уничтожить репутацию Милада, его мать и жена только что, кажется, заложили основу для главного благотворительного института столицы.

Глава 28

— Милад, отвези жену домой, — распорядилась свекровь, когда с лекарскими формальностями было покончено. — И только попробуй плохо позаботиться о моей невестке. Я не знаю, что было между вами раньше, но Юэль точно не могла просто так требовать у тебя развода. Слава богу, что она передумала. А ты не будь идиотом и не натвори снова каких-нибудь глупостей!

— Мама, но… — попытался было возразить опешивший от такого напора муж, но ему не дали такой возможности:

— Езжайте, не морочьте мне голову!

— Мама, а ты с нами разве не поедешь? — Судя по вздоху, Милад смирился с безапелляционностью матери. В очередной раз.

—