Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл

Командир Лэй и Шань первыми добрались до меня. Я видела ужас на их лицах, когда они осматривали мои раны.

— Плечо вывихнуто, — констатировал Лэй, осторожно ощупывая мою руку. — Леди, какого демона вы творите?

Я попыталась усмехнуться, но вместо этого получился болезненный стон.

— Решила… попрактиковаться в полетах.

Спуск вниз был пыткой. Они обвязали меня веревками и медленно, сантиметр за сантиметром, спустили на землю. Когда мои ноги коснулись земли, они подкосились, и я рухнула бы, если бы меня не подхватили сильные руки. Руки генерала.

Он опустился передо мной на одно колено, осторожно коснулся моего плеча, и я зашипела от боли.

— Нужно вправить, — произнес он. Его голос был тихим, почти нежным.

— Валяйте, генерал, — прохрипела я, стискивая зубы. — Хуже уже вряд ли будет.

Он положил одну руку мне на плечо, другую — на предплечье.

— Будет больно.

— Я уже привыкла.

Резкое, сильное движение. Вспышка острой боли, от которой потемнело в глазах. Глухой щелчок, когда сустав встал на место. И почти сразу — облегчение, когда острая боль сменилась тупой, ноющей.

Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Цзинь Вэй все еще стоял на коленях передо мной, не убирая рук.

— Зачем? — спросил он так тихо, что его могла услышать только я. — Зачем вы прыгнули? Вы же понимали, что это верная смерть.

Я подняла на него глаза. Его лицо было совсем близко. Я видела капельки пота на его висках, видела свое собственное отражение в его темных, расширенных зрачках.

— Он дал мне выбор, — прошептала я. — Артефакт… или вы.

Я видела, как дрогнули его ресницы, как напряглась линия его челюсти. Он не ожидал такого ответа.

— И вы выбрали…

— Я выбрала не подчиняться его правилам, — прервала я. — Я выбрала свой собственный, третий вариант. Я знала, что не смогу спасти ни то, ни другое, но я могла выиграть время. И доказать ему, что я — не его марионетка.

Он смотрел на меня, и в его взгляде я видела бурю эмоций, которые он так тщательно скрывал. Удивление, уважение, облегчение… и что-то еще, чему я не могла найти названия.

— Это был самый безумный и самый глупый поступок, который я когда-либо видел, — наконец сказал он.

— Но он сработал, — возразила я.

— Да, — он кивнул. — Он сработал.

Генерал медленно встал и протянул мне руку, помогая подняться.

— Но больше так не делайте, — добавил он уже своим обычным, приказным тоном. — Мой феникс не всегда может оказаться поблизости.

Я оперлась на него, и мы пошли к центру долины, к Оку Мира. Его присутствие рядом, его рука, поддерживающая меня, казались единственной незыблемой вещью в этом хаотичном мире.

У подножия нужного столпа мы нашли то, что искали. Небольшая, ничем не примечательная каменная плита, на которой был выгравирован тот же символ, что и на черном диске.

— Это вход, — сказала я.

Гвардейцы налегли на плиту, и она со скрежетом сдвинулась, открывая темный проход, уходящий вглубь столпа.

— Лэй, вы с пятью бойцами остаетесь здесь, — приказал генерал. — Охраняйте вход. Никого не впускать, никого не выпускать. Шань, Фэй, вы двое и леди — со мной.

Мы зажгли фонари и вошли внутрь. Внутри столп оказался полым, как я и предполагала. Узкая винтовая лестница вела наверх, теряясь в темноте. Мы поднимались долго, казалось, целую вечность.

Наверху нас ждала небольшая круглая комната. В центре, на каменном постаменте, лежал он. Артефакт. «Печать Сдерживания».

Это не был свиток или табличка. Это была сфера из гладкого, молочно-белого кристалла, размером с человеческое сердце, она, казалось, светилась изнутри, и, когда я подошла ближе, я почувствовала не тепло, а холод. Глубокий, космический холод, от которого застывал воздух. На поверхности сферы медленно двигались, перетекая друг в друга, те самые символы из дневника астронома.

— Вот оно, — прошептала я.

Протянула руку, чтобы коснуться сферы, но Цзинь Вэй остановил меня.

— Не трогайте. Мы не знаем, как она отреагирует.

Он достал из-за пазухи специальный контейнер, выложенный изнутри свинцовыми пластинами. Вместе с Шанем они осторожно, используя куски плотной ткани, переложили сферу в контейнер. Как только крышка закрылась, странное ощущение холода исчезло.

Наша миссия была выполнена, мы нашли то, за чем пришли.

Когда мы спустились, нас ждал сюрприз.

— Генерал, — доложил Лэй. — Мы нашли это у одного из убитых.

Он протянул Цзинь Вэю небольшой свиток, который они, видимо, пропустили при первом обыске. Генерал развернул его. Я заглянула ему через плечо. Это была карта, карта столицы. На ней был обведен красным только один объект. Резиденция первого канцлера Ли Гана. Мой дом, и рядом стояла дата. Через два дня.

— Пока мы гонялись за ними здесь, — процедил Цзинь Вэй, и его голос стал твердым, как лед, — они готовили удар у нас в тылу. «Призрак» не просто отвлек нас. Он убрал с доски главные фигуры — меня и вас — чтобы нанести удар по самому слабому звену. — По моему отцу, — закончила я, и кровь застыла у меня в жилах. — Они хотят захватить его, или убить, чтобы посеять хаос в столице прямо перед церемонией.

Я посмотрела на него. В его глазах я видела не просто тревогу за судьбу империи. Я видела ярость.

— Лэйюань! — крикнул он, и феникс, дремавший снаружи, поднял свою огненную голову. — Мы летим. Немедленно.

Он посмотрел на меня. Мое лицо, видимо, выражало всю степень моего отчаяния.

— Мы успеем, — сказал он. И в его голосе была такая непоколебимая уверенность, что я ему поверила. — Я вам обещаю.

Он помог мне забраться на спину феникса. Огненные перья, на удивление, не обжигали, а были теплыми и мягкими. Цзинь Вэй вскочил следом, сев позади меня и обхватив меня одной рукой за талию, чтобы я не упала.

— Держитесь крепче, — скомандовал он.

Феникс взмахнул своими гигантскими крыльями, мы взмыли в небо, оставляя внизу долину, полную смерти, и отряд верных солдат, которым еще предстоял долгий путь домой.

Мы летели сквозь облака, и ветер свистел у меня в ушах. Я откинулась назад, прислонившись к груди Цзинь Вэя, чувствуя, как бьется его сердце. Боль в ребрах и плече почти прошла, вытесненная адреналином