Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл

Я посмотрела на лицо генерала. Ветер трепал его черные волосы, а в глазах отражалось пламя летящего феникса. Он больше не был просто генералом, не был просто союзником, Цзинь Вэй был единственным человеком, который стоял между моим миром и полным уничтожением. И я поняла, что доверяю ему. И это осознание пугало меня больше, чем все армии «Детей Пепла».

Глава 22

Полет на фениксе не был похож ни на что, что я знала или могла себе представить. Это не было механическим движением самолета из моей прошлой жизни. Это было живое, дышащее единение с мифической силой. Мы не просто летели сквозь воздух, мы были его частью. Мир расстилался под нами как гигантская, ожившая карта. Леса казались темно-зеленым бархатом, реки — серебряными нитями, а редкие ночные огни городов — россыпью крошечных, забытых кем-то бриллиантов.

Ветер на такой высоте должен был быть ледяным, но тепло, исходившее от огненных перьев Лэйюаня, окутывало нас невидимым, согревающим коконом. Я откинула голову назад, прислонившись к груди генерала, и впервые за долгое время позволила себе просто дышать. Я смотрела на звезды. Здесь, наверху, вдали от земной суеты, они казались ближе, ярче, словно я могла протянуть руку и коснуться их холодного, вечного огня.

Боль в теле никуда не делась. Каждое движение феникса отзывалось тупой болью в ребрах, но эта физическая боль была ничем по сравнению с тем хаосом, что творился у меня в душе. Я спаслась, точнее меня спасли. И спас меня человек, который был моим заклятым врагом, моим будущим палачом. Его рука все еще лежала на моей талии, сильная и уверенная, его тело за моей спиной было надежным щитом от пронизывающего ветра. Я чувствовала ритм его сердца, ровный и спокойный, и эта близость, вынужденная, но такая неоспоримая, сбивала с толку, рушила все стены, которые я так старательно выстраивала вокруг себя.

— Как ваше плечо? — его голос, тихий и глубокий, прозвучал прямо у моего уха, заставив меня вздрогнуть. Он говорил сквозь ветер, и мне пришлось напрячь слух, чтобы расслышать.

— Лучше, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — Спасибо. А… он… ваш феникс… он всегда с вами?

Я почувствовала, как легкая вибрация прошла по его груди. Он усмехнулся.

— Лэйюань не моя собственность. Мы партнеры. Духовный зверь заключает контракт лишь с тем, кого сочтет достойным. Я встретил его на северной границе, когда был еще лейтенантом. Он был ранен, попал в ловушку браконьеров. Я освободил его, а он решил остаться.

История была простой, рассказанной без всякого пафоса, но я понимала, что за ней стоит. Заключить контракт с фениксом, одним из четырех небесных зверей, было знаком величайшей чести, знаком того, что Небеса благоволят этому человеку. Цзинь Вэй был не просто талантливым воином. Он был избранным.

— Он очень… красивый, — только и смогла вымолвить я, глядя на серебряные перья, переливающиеся в лунном свете.

— Он — воплощение чистого пламени и ярости, — поправил меня генерал. — И он не любит, когда его называют «красивым».

Мы летели в полной тишине еще некоторое время, каждый погруженный в свои мысли. Расстояние, которое наш отряд преодолевал больше двух недель, мы покрывали за несколько часов.

— «Призрак», — наконец сказала я, возвращаясь к жестокой реальности. — Его план. Почему мой отец? Это нелогично. Канцлер — важная фигура, но его смерть не обрушит империю. Она вызовет хаос при дворе, борьбу за власть, но не революцию.

— «Призрак» не стремится к революции, — ответил Цзинь Вэй, и я почувствовала, как напряглись его мышцы. — По крайней мере, не сейчас. Ему нужен именно хаос. Отвлечение. Пока все будут делить кресло вашего отца, пока столица будет парализована политическим кризисом, никто не обратит внимания на то, что происходит в Запретном городе во время церемонии. Он расчищает себе путь к главной цели.

— Но есть и другая причина, — добавила я, озвучивая мысль, которая не давала мне покоя. — Это личное. Он играл со мной в Долине, проверял меня. Нападение на моего отца — это следующий ход. Это удар, нацеленный не столько на империю, сколько на меня. Он хочет посмотреть, что я буду делать. Как я отреагирую.

Генерал долго молчал.

— Вы правы, — наконец произнес он. — Но в этот раз он просчитался, он не учел, того что мы вернемся так быстро.

— Мы успеем? — спросила я, и в моем голосе прозвучала нотка, которую я сама от себя не ожидала. Нота мольбы и страха.

— Я обещал, — просто ответил он. И в этом слове было больше веса, чем во всех клятвах, которые я когда-либо слышала.

Мы достигли столицы за несколько часов до рассвета. Огромный город спал под нами, укрытый легкой дымкой. Лэйюань бесшумно спланировал вниз, но не к императорскому дворцу. Мы приземлились в уединенном саду частной резиденции, окруженной высокими стенами. Это было личное поместье генерала Цзинь Вэя. Место, о существовании которого знало не больше десятка человек в империи.

Как только мои ноги коснулись земли, мир пошатнулся. Накопленная усталость и боль обрушились на меня разом. Генерал подхватил меня, не дав упасть, и практически на руках внес в дом. Внутри, несмотря на поздний час, нас уже ждали. Несколько офицеров «Черной стражи» вскочили при нашем появлении, их лица были напряжены.

— Генерал! — доложил один из них. — Мы получили ваше сообщение по магическим каналам. Все готово.

— Что с резиденцией канцлера?

— Тихо. Наблюдатели не заметили ничего подозрительного.

Цзинь Вэй осторожно усадил меня в кресло у потухшего камина. Наша вынужденная близость во время полета исчезла. Он снова стал генералом, а я — его… активом, но что-то неуловимо изменилось. То, как он смотрел на меня, как двигался, стараясь не причинить мне лишней боли.

Генерал развернул на огромном столе карту. Это был детальный план резиденции моего отца.

— Итак, леди, — его голос снова стал официальным, но я слышала в нем новые нотки. — Теперь это ваше поле боя. Я знаю, как штурмовать крепости, но вы знаете, как устроен ваш дом. Где слабые места? Откуда они нанесут удар?

Все офицеры повернулись ко мне, и я поняла, что это еще одно испытание. Цзинь Вэй не просто просил совета, он