Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

- А ты зачем к ведьмам отправился? - уточнил у него Грегориан.

- Так аспиды, и так твари неразумные, а в последнее время и вовсе ошалели. Мы на заставах натиск держим, но уж больно много пораненных, - озабочено хмурился Ваня. - Нам бы помощи ведьминой! Хоть по паре ведьмочек в лазареты при заставах! Понятно, что жильё у нас не гулянье ярмарочное, но и мы чем только можем подсобим и отблагодарим. Ведьм только уговорить надо. А мне что? Спина не переломится, ведьмам в ноги покланяться, да о помощи попросить. Только дела у вас здесь такие, что я-то приехал, а поклоны бить и некому!

- Боги Посмертия! - обречённо вздохнул воевода. - Точно князь Радимир о беде прознал. Видать, по обычаю своему сильно гневен был.

- Так говорят, что он не столько гневен, сколько справедлив, - снял шлем Иван.

- Да всё едино, что от гнева княжеского, что от справедливости, спины переламываются, да зубы боярские по полам в палатах великокняжеским скачут, - махнул рукой воевода. - Сильно видать осерчал, что аж сама княгиня Василиса отправилась о делах наших прознавать. Не зря её в народе Премудрой зовут.

- Хороша-то как, - вздохнул Иван.

- Очи бесстыжие отведи, - предупредил его воевода. - Василиса Златовласая не только жена Великому князю, но и дочь из старинного боярского рода, воеводы Горыни сестра. Говорят, так луком да копьём владеет, что мало кто устоит. Её отец да брат учили.

Тем временем Великая княгиня спустилась с подножки дорожной колымаги, окинула площадь взглядом, чуть нахмурилась, увидев, что на месте двери в Большую Ведическую библиотеку сплошной камень.

Мало кто знал, что юная ведьмочка Вася была личной ученицей ведьмы Ягниды Виевны. А потом и в один круг с наставницей встала.

Народ на площади расступился. Узнав неожиданную гостью, многие испугались.

- Проезжали мы мимо Ведической школы... - начала без приветствия княгиня. - Что-то непохоже, что там учатся, да к выпуску готовятся.

- Ведьмы самовольно покинули город, княгиня, - ответил ей воевода.

- Своевольно? - удивилась княгиня.

- Так говорят. Я сам только вернулся, подробностей ещё не знаю, - кивнул воевода.

- А не потому ли ведьмы из города ушли, что старший магистр Касиан объявил Хранительнице школы, что все ведьмочки будут допрошены с пытками и одурманивающими зельями? Это по какому закону? Откуда право такое взялось? Да и с каких это пор инквизиторам вернули право ведьм сжигать без ведома князя? - вежливо поинтересовалась княгиня.

Народ охнул, услышав её слова.

- Так в случае опасности, - начал инквизитор.

- Смертельной опасности, Верховный инквизитор, - поправила его княгиня. - Это чем же таким угрожала юная ведьмочка без фамильяра даже, что и дня её казнь не терпела?

Оглянувшись на визг за своей спиной, княгиня увидела на камнях мостовой приметную гадюку.

- Осторожно, не затопчите с перепугу великую княжну, - усмехнулась княгиня. - Трислава, не пугай жителей Нежина.

Всё, что увидели горожане, это лёгкую дымку марева над опасной змеёй. И рядом с княгиней встала юная девушка, сильно похожая на портреты князя Радимира. Те же васильковые очи, те же волосы, цвета лунного серебра.

- Чур меня, - поплевал через плечо Ежи Полянович.

- Ты чего это, сосед? - спросили его рядом.

- Да почудилось... Ведьмочку одну княжна напомнила, - поделился Ежи Полянович.

- Да ты совсем сдурел или пива перебрал? Где княжна, а где ведьмочка? - ответил тот же голос. - И привидится же такое.

- Честь великая нашему городу оказана, - выступил вперёд воевода. - Впервые похвастаться можем, что не только княгиня нас посетила, но и княжна Трислава покинула свой терем. С дороги все, устали. Прошу позволить принять вас под кровом моего дома. А после отдыха и говорить о делах наших скорбных будем.

Глава 26

Глава 26

Подворье терема воеводы напоминало растревоженный улей. Боярыня Милада встречала боярина Гордея у лестницы, в окружении девок, что по укладу неотступно следовали за ней и выполняли её приказания.

- Долгих лет тебе, супруг мой, - приветствовала боярыня воеводу, склоняясь в поклоне и протягивая ему навстречу каравай хлеба с солью.

Воевода молча прошёл мимо, даже не взглянув на жену.

Распрямившаяся боярыня встретилась взглядом с княгиней. Василиса смотрела внимательно.

- Осерчал воевода от новостей городских, боярыня, - успокаивающе улыбнулась Василиса. - Слышала я, что сын твой любимый пострадал от рук ведьмы. Верно ли то?

- Верно, княгиня, - чуть расслабилась боярыня, почувствовав в голосе княгини понимание и интерес.

- А дозволишь ли взглянуть на сына твоего? - попросила княгиня.

Боярыня явно дозволять не хотела, но попробуй отказать княгине.

- Зрелище удручающее, Василиса Добрыневна, а для меня и вовсе тяжёлое, - всё же попыталась боярыня. - Да и выглядит сын неприглядно. Всё из-за ведьмы этой проклятущей! Жили и горя не знали, не думали, что опять беда придёт от ведьм!

- Опять? - удивлённо приподняла бровь княгиня. - Не слышала я, чтобы раньше воевода на ведьм жаловался, да на вред его семье причинённый.

Боярыня растерялась, глазки забегали, но от необходимости отвечать её избавил сам воевода.

- Зорислав где? - хмуро бросил он, вернувшись во двор.

- А вот как раз боярыня собиралась нас к нему проводить, - ответила ему княгиня.

- Княгиня, вы с княжной с дороги, может в палаты подниметесь? Отдохнёте с дороги, - продолжал хмуриться воевода.

- Так поди сама княгиня сюда не запросто так приехала, - почесал затылок Иван. - Вопросы-то поди задаёт те, что и князю покоя не дают. Как бы он срочно ответов не получив, сам поспрошать не явился. А он, говорят, мужик здоровый, выносливый. Его с дороги отдыхать не отправишь, только если булавой по темечку.

- Иван! - окликнул воевода. - Ты б хоть иногда язык в узде держал! Совсем дурак? Не соображаешь о ком и при ком мелешь?

- Дак, я ж как есть сказал! Или что, думаете для княгини новость великая, что половина бояр за её мужа любого порвут, а остальные в сладких снах да заветных мечтах тризну по князю празднуют? - обиделся Иван. - Чего это сразу дурак?

- Знаю, Ванюша, знаю. И не тайна для меня это вовсе, - мягко улыбнулась богатырю княгиня. - А ещё знаю, что воевода Нежинский славен не только делами своими на полях бранных,