Колыбельная бури - Крис Войт

и едва смогла сдержать истерический смех. Потребовалось время, чтобы адаптироваться. Это было частью воспитания отца — у нас не должно быть гордыни и пренебрежения к людям, так как мы живем среди них и их подавляющее большинство. Но если быть честными и непредвзятыми, физиология людей кажется нам ущербной, если не сказать — отвратительной. Карикатурной, гротескной, животной. Волосы на теле, контуры и органы. То, как женщины рожают детей и вовсе чудовищно, и глядя на несчастную беременную мачеху, я мысленно возношу хвалу всем богам, что, когда придет мое время, мне не придется проходить через эти уровни Ватмаара ради наследника.

Элька понимающе хмыкнула, откинулась на спинку кресла и устало глянула в окно на синеющее марево рассвета. Я ощущала, как ноют мышцы во всем теле, а бессонная ночь отняла последние силы. Глотнула немного из своего бокала, друг поняв, что алкоголь больше не помогает. И лучше выпить чего-нибудь горячего, а не горячительного.

— Мы никогда не были настолько чистыми, как эльфы, но почти приближаемся к вам. Королевская семья скрывает свои внутренние отношения потому, что люди никогда не смогли бы понять нас. Для них, с их телами, физиологией и моралью инцест был чем-то жутким. И человечество судило бы нас со своей ущербной позиции. Для лидорианцев же такие связи не являются грязной похотью или чем-то низменным, это выражение сопричастности, любви и эмоций, определения которым в человеческом языке просто нет. Часть нашей долгой и чуждой людям жизни, вроде магических шабашей Ватмаара или пения эльфов — больше, чем может показаться любому, даже самому лучшему представителю человечества. А связи с людьми... как бы горько это не было — всего лишь компромисс с самим собой и своей судьбой. Наша жизнь всегда была сложной. И когда все становилось слишком запутанно, мы уходили в странствия, чтобы оказаться среди простых людей, быть ближе к земле и на миг забыть, что мы не часть этого мира.

— Эй, тебе не надо убеждать в этом меня, — тепло улыбнулась подруга. — Я же эльф, я в курсе этих проблем. Даже больше — я часть этих проблем. Мать подыскивает мне нечто вечное, эльфийское и судя по тому, что я видела — аморфное. Иногда мне хочется убежать с воплем «О Ватмаар, ОНО разговаривает!». Серьезно, в прошлый раз я была уверена, что на том стуле сидит куст с глазами.

Я рассмеялась, но наткнулась на злой взгляд подруги и сделала вид, что кашляю.

— И это была не шутка, — с отчаянием проговорила подруга. — Это была воплощенная идея о духе болот... Не спрашивай, моя мать уже согласна выдать меня за абстракцию с глазами. С великими и прекрасными мужчинами нашей расы в этом тысячелетии беда. Она думает найти мне кого-нибудь с хорошей родословной, но без серьезного титула, чтобы я осталась править дома еще на три тысячи лет, пока не подрастет брат...

На этот раз я подавилась вином по-настоящему. И пораженно уставилась на подругу.

— У тебя есть брат?! Я думала ты единственный ребенок!

— Я и была им пятьдесят лет назад, брат еще не прошел Воплощение..., — подруга поймала мой взгляд и вздохнула: — Это сложно! Представь, что посадили два зернышка. Одно сразу дало росток, а другое долгие годы спало. Потом, спустя тысячи лет, когда дерево, давшее это семя давно уже умерло, второе зернышко вдруг проклюнулось. Но пока оно дало росток, пока хоть чуть-чуть окрепло — прошло много времени. И только сейчас это недоразумение можно назвать живым, Воплощенным.

Я с неподдельным удивлением смотрела на Эльку, затем начала истерически смеяться. Подруга лишь устало вздохнула и продолжила потягивать вино.

— Дай угадаю, ты себе представила меня в виде растения на грядке? — улыбнулась она.

— Почти, — задыхаясь от смеха проговорила я. — Как тебя пришли поливать пафосные садовники, а ты отбираешь у них инструмент и не даешь обрезать себе лишние ростки. Эдакий воинственный розовый куст-террорист... И все такие задумываются, а от того ли дерева тебя занесло и не сорняк ли ты часом.

— Спасибо, милая! Ты всегда была на удивление доброй... Тогда позволь же узнать, чем так сильно отличаются лидорианцы от людей...

— Раздень Маркела и узнаешь, — хмыкнула я. — Ты все равно ему строила глазки весь вечер. Так и скажи ему — у меня к тебе научный интерес, исключительно ради просвещения и познания анатомии... он с радостью тебе поможет! Он же архимаг, наука для него превыше всего.

— Мне вот интересно, у вас проблемы с концентрацией внимания или вы действительно — вся ваша семейка — бездушные ублюдки?

Вопрос невидимого гостя повис в воздухе, а я почувствовала себя неуютно.

— Старший из братьев находится под подозрением, обвинен в предательстве, а вы — те, кто по идее должен его защищать — сидите и обсуждаете какую-то чушь! Немедленно встали и пошли в комнаты Ринека, живо!

Мы с Элькой даже как-то опешили от этого ледяного приказного тона. Кажется, владелец голоса умел подчинять себе людей. Но все равно я едва сдерживалась от смеха, вот уж действительно шизофрения — следовать приказам невидимого собеседника.

Голос был прав. Просто у меня вся эта ситуация не укладывалась в голове. И я даже не могла себе представить как к ней подступиться. Стоило только произойти беде или проблеме — я всегда могла пойти к Ринеку. Он, старший брат, всегда был тем, кто решал любые споры и докапывался до правды. А сейчас, даже Ден склонен верить в предательство Рина.

— Почему ты оскорбил всю королевскую семью? — спросила Элька, наклоняясь и проходя под балкой — мы шли по тайному коридору.

— Потому что почти все в этой ситуации могли повести себя адекватнее. Почти все поверили в его виновность...

Нас прервал звук колокола, тревожный и резкий, он проникал во все уголки замка.

— Ринек сбежал из-под стражи..., — застонала я, как только уловила смысл послания.

— А ты точно уверена, что он не виновен? — спросила Элька.

— Я уже ни в чем не уверена. В последнее время я поняла только то, что крайне мало знаю о своей семье...

Часть 3. Состязание. Глава 14

Мы пошли быстрее по темному