Полёт "Валькирии" - Михаил Ежов

— Это я помню. И понимаю. Но совсем не пользоваться даром не могу. К тому же, вероятно, маркиз засёк меня, как только я впервые переместился во времени. Как и вы.

Профессор покачал головой.

— Да, наверное. Что он от вас хотел? Чтобы вы примкнули к ложе?

— Именно так. Расписывал удивительное будущее, которое меня ждёт, если я стану членом братства.

— Вы согласились? — резко спросил Галактионов.

— Нет, разумеется. Отказался. Я служу Отечеству, а не теневым правительствам.

— И он вас просто отпустил? — удивился мой собеседник.

— Как бы не так. Маркиз явно был настроен заставить меня работать на ложу. А может, конкретно на него. Не знаю, как именно он собирался это сделать, но уверен, что план на случай, если я откажусь, у него имелся. Пришлось сбежать. Как мне это удалось, не важно, однако я выяснил то, что вас наверняка заинтересует. У де Барвиля есть машина, созданная неким профессором Верховенским. Я видел её собственными глазами. С её помощью можно превращать кровь обитателей Изнанки в эликсир, который убирает ограничения, полученные магом при рождении. И этому я тоже был свидетелем.

Галактионов нервно потёр переносицу.

— Вы не шутите⁈ Как вам удалось всё это узнать? Неужели маркиз сам показал?

— Нет, конечно.

Я рассказал о своих приключениях в особняке де Барвиля. Профессор слушал, иногда задавая уточняющие вопросы. Лицо у него делалось то удивлённым, то растерянным, то мрачным.

— Это поразительно! — воскликнул он, когда я закончил. — Никогда не думал, что подобное возможно, но… Если такая машина существует, это открывает для членов ложи потрясающие перспективы! Очень быстро «Полярная Звезда» превратится в весьма и весьма могущественную силу! Вы это понимаете, Андрей Ильич?

— Как и то, что данная ложа станет по-настоящему опасна. Не только за счёт увеличения сил её нынешних членов. Когда пройдёт слух о том, что в «Полярной Звезде» можно преодолеть предел своих способностей, к де Барвилю повалят даже те, кого в ложу было ничем не заманить.

— Именно! Нельзя этого допустить! Мы должны помешать!

Вскочив, профессор прошёлся по кабинету.

— Не знал, что жителей Изнанки можно ловить, — заметил я, следя за ним. — Вы мне этого не говорили.

— Нельзя! — отозвался Галактионов. — То есть… До сих пор я так думал. Насколько мне известно, никто не пытался этого делать. Чудовища слишком опасны! Не представляю, как де Барвилю это удалось!

— Тем не менее, это факт.

— Да-да, вы правы. Нельзя отрицать очевидное. И всё же, это загадка, — профессор вернулся в кресло. — Вероятно, нужно сообщить властям о том, чем занимается «Полярная Звезда». Понимаю, сами вы не можете это сделать. По крайней мере, официально. Но не сидеть же сложа руки! Возможно, какая-то анонимная записка, присланная в жандармерию или Третье отделение…

— Не думаю, что машина осталась в особняке, — ответил я. — На месте маркиза после моего побега я бы перенёс её в другое место. А значит, даже обыск особняка ничего не даст. Это если анонимная записка вообще привлечёт внимание моего начальства.

— Чёрт, вы снова правы! Конечно, машины там уже нет! Маркиз выйдет сухим из воды. Послушайте, Андрей Ильич, что же делать⁈

Галактионов смотрел на меня в растерянности.

— Я отправил своего агента в психиатрическую клинику Верховенского. Возможно, удастся что-то разузнать. Найти повод взять профессора по официальному поводу. Либо другой вариант.

Я сделал паузу, и Галактионов тут же спросил:

— Какой?

— Это зависит от того, какими средствами располагает ваша организация. Может ли она заняться маркизом?

— В каком смысле? — захлопал глазами Галактионов.

— Похитить. И заставить сказать, где машина, и как он пленяет темпоральных тварей. Верховенского тоже не мешало бы допросить. Узнать, как именно работает его изобретение, и есть ли у эликсира побочные эффекты.

— Помилуйте, Андрей Ильич! У вас сложилось превратное представление о том, чем мы занимаемся. У нас братство хранителей, а не боевой отряд.

— Понятно. Это, конечно, осложняет дело. В таком случае буду думать, как поступить.

— Только быстрее, умоляю! Нельзя допустить, чтобы все члены ложи получили эликсир!

— На этот счёт не беспокойтесь. Де Барвиль явно не намерен раздавать снадобье в оптимальном для мгновенного преодоления барьера количестве. Он будет держать своих братьев на коротком поводке, заставляя плясать под его дудку. Ведь главное для маркиза — остаться самым могущественным в ложе.

— Полагаю, это в его стиле, — мрачно согласился Галактионов. — Нам это на руку. Даст фору. Нужно выяснить, где теперь находится машина Верховенского. Это единственное доказательство того, чем занимаются он и де Барвиль. С такой уликой им не отвертеться. Конечно, само по себе изобретение никакого закона не нарушает, но приём эликсира членами братства — это уже дело политическое. Ведь налицо сговор. И я уверен, что при разбирательстве кто-нибудь да выдаст, что именно просил маркиз в обмен на повышение магического ранга. Я прав?

— Совершенно правы. Дело, и правда, политическое. Не уверен, что удастся обвинить всех членов ложи, но де Барвилю точно будет не отвертеться. «Полярной Звезде» придёт конец. Поисками машины я займусь. А сейчас у меня к вам вопрос.

— Да-да, пожалуйста.

— Во время закрытия Разрывов я ощутил мощный прилив эфира. Полагаю, это должно было повысить мою способность перемещаться в прошлое. Возможно, у меня даже открылась какая-то новая. Вы меня об этом не предупреждали.

— Верно, не предупреждал, — кивнул Галактионов. — Действительно, закрытие Разрывов имеет такой эффект. Энергия поглощается, однако преодолеть ограничения таким образом невозможно.

— Есть ли способ узнать, получил ли я новую способность, не видя астральное тело? — задал я весьма волнующий меня вопрос. — Потому что с медитациями у меня пока дело идёт туго.

Профессор покачал головой.

— Боюсь, только экспериментальным путём. Пробуя желать то одно, то другое. Но если у вас получится, это вызовет Разрыв. Такой вот замкнутый круг.

— Это я понимаю. Но де Барвиль и так знает про мой дар. Можно сказать, это даёт мне карт-бланш.

— Если нет других магов с такими же способностями, как у меня и у него.

— Вы говорили, это очень редкий дар.

— Так и есть. И всё же, будьте осторожны, Андрей Ильич, заклинаю вас. Нельзя исключать вероятность, что о вашей способности управлять временем узнает кто-то ещё. Что,