Звериное начало. Том II - Ксен Крас

история стоит того, чтобы послушать! Итак, вы знаете, что я из Общины и стараюсь на наше общее благо, однако вы явно не подозреваете, что ко всему прочему я долгое время состоял, да и все еще состою в одной, можно сказать, организации. Как так? – спросите вы – ведь я гуляю по городам и слишком чист и прекрасен, чтобы ходить по грязи и лужам, но вы ошибаетесь. Нет, не в том, что я недостаточно красив – я в самом деле некоторое время много путешествовал, я и теперь нередко покидаю Врата, чтобы поохотиться… Итак, я говорил про некую организацию. Прекрасная Рэ, доводилось ли тебе слышать что-нибудь про Узы? Может быть, видела кого-то с символом в виде веревки, завязанной с двух сторон узлами? Этот символ в последние годы распространяется, носящих становится немало.

Рэйара чувствовала, что что-то не так с самого начала, а теперь и вовсе готовилась вцепиться мужчине в горло. Музыкант этого не понимал или делал вид, что не понимает, зато братья заметили, что происходит с женщиной. Фэйэн перестал давить из себя улыбку и повернулся к Эйэ, и тот кивнул ученику.

Рэйара узнала символ. Она несколько раз видела такую веревку, и этого хватило, чтобы запомнить на всю жизнь. На памяти полукровки братья еще не встречались с символом Уз, но, как поняла женщина, осознали всё без лишних уточнений.

– Некоторые считают, что наши действия жестоки, но я думаю, что в мире иначе нельзя. Нет, я не приемлю издевательства над разумными существами и мне жаль видеть страдания животных, но чудовища – совсем другое дело, верно? Узы и я в их числе помогаем миру очиститься от монстров, которые могут его разрушить. Зверолюды – одни из них, я бы даже сказал, главная проблема. Каким-то образом они сумели стать хитрее, невероятная магия позволяет им принимать облик, схожий с человеческим или и вовсе нашим, но никакие защитные механизмы не способны их скрыть от Уз.

Рука лекаря опустилась на плечо полукровке как раз в тот момент, когда она боролась с желанием выплюнуть человеческие зубы в лицо музыканту и наброситься на него. Неплохо было бы не сразу перегрызать горло, а выгрызть кусок из его лица, лишить глаза или вырвать язык. И слушать, как он кричит…

– Рэ, нет, – прошептал Алорэ. Настолько тихие слова могла услышать только перевертыш.

– Я узнал об Узах здесь и очень рад, что присоединился к ним. Раньше я только боялся зверолюдов и опасался, что они придут в город, ведь до сих пор считают эти места своей территорией, но теперь… Теперь я не боюсь чудовищ. Я знаю, как с ними надо бороться, и борюсь столько, сколько это возможно. Конечно, работы немало, зверолюды постоянно передвигаются, они научились прятаться от нас и стали сильнее физически, но и мы нашли способы борьбы. Уверен, что никто из вас не знает, что это такое. Оно не совсем законно, проносить это в город в сыром виде было неправильно. Горожане боятся, что можно перезаражать всех, но я рискнул. Смотрите!

Когда Кэйэн вынул из мешочка что-то буро-черное, высохшее и пахнущее слишком знакомо, тонкие пальцы лекаря впились в плечи Рэйары, почти прорывая ткань одежд. Ал встал за спиной, и теперь обеими руками, похожими на лапы хищной птицы, крепко держал полукровку. Его голова склонилась к сестре, две косы сползли, упали с шеи вниз, на открытых участках около лица выбившиеся из прядей волосинки щекотали кожу. Лекарь продолжал говорить с сестрой, чтобы отвлечь. Слишком поздно.

Рэ не отводила взгляда. Радужный свэт потряс в воздухе своим непонятным предметом и запах стал только сильнее.

– Ты знаешь, что это такое?

Рэйаре не нужен был никакой ответ, она уже поняла, что держит мужчина. Она узнала запах и вместе с этим пришло осознание. Волк-перевертыш, кто-то невероятно похожий на нее саму. Это был тот самый давно забытый запах, нотки которого она чувствовала с самого начала встречи. На несколько мгновений ей показалось, что она перенеслась в прошлое, в свое детство, к приятелям-волчатам, к вожаку-отцу, в лес, поближе к охоте и свободе, к жизни, из которой она если и хотела сбежать, то только потому, что была своенравна и глупа.

– Откуда тебе знать, да? Это печень зверолюда. Между прочим, это не только трофей, которым можно соблазнять прекрасных дев, – музыкант подмигнул женщине, – Но и отличное средство от отравления. Даже если подсыплют яд, я запросто переживу это. У меня немало недоброжелателей в том числе и здесь. Конечно, они, в основном, не желают меня убивать. Но вот испортить выступление всегда рады. Благодаря этому трофею я теперь не просиживаю часы в уборной, не мучаюсь от икоты, у меня не дрожат пальцы, а мои конкуренты только кусают локти потому, что больше не могут мне навредить. Даже из чудовищ можно извлечь пользу.

Из груди женщины начало вырываться рычание. Эйэ встал между сестрой и новым свэтом, Нэ перестал улыбаться, Таэль закрутил головой, не понимая, что ему в данном случае лучше делать. Алорэ же взял Рэйару за руку и, пока она не успела ничего сообразить, потащил за собой на выход. Челюсти болели, они меняли форму и под ноги упали два ровных человеческих зуба, как раз когда пара проходила мимо трактирщика. Невысокий, поросший тонким пушком вместо полноценных волос, очень похожий на зэмэска, но с примесью каких-то еще нечеловеческих кровей мужчина повернулся вслед выходящим. Скорее всего, он заметил что-то в изменившемся лице Рэ, но поскольку погони не обнаружилось, не придал этому особого значения.

Лекарь пользовался тем, что Рэйара не упиралась и послушно следовала за братом. Отдалившись от запаха, она сумела вернуть себе толику разума и вспомнила, что проявлять себя сейчас еще опаснее, чем в деревне или небольшом городке вроде Приустья или Клыкоскала. Впрочем, и в первом, и во втором случае несдержанность закончилась весьма плачевно.

Ал продолжал вести. Рэ не смотрела по сторонам, пока брат не затащил ее в узкий проход между домами. Переулок шел на сужение и в конце его стены почти соприкасались, между ними прошел бы кот, может, маленький щенок или младенец, но даже ребенок старше трех, уже бы не сумел протиснуться. Мимолетная мысль, что тощий свэт хочет, чтобы сестра застряла, промелькнула в голове полукровки и тут же исчезла.

– Держи себя в руках, Рэ, – лекарь вел сестру дальше, храбро вступая в сужение первым и отворачивая женщину от