Не мечтай о нас - Кристина Рэйн

Черт, из-за этой девчонки все перевернулось с ног на голову.

Я включил на телефоне фонарик, чтобы найти дорогу назад, но вдруг замечаю что-то на темной лесной земле в нескольких метрах от себя. Полуобнаженное бледное тело. Подойдя ближе, я понимаю, что это девушка. Она неподвижно лежит в сухих листьях, одетая только в нижнее белье и коричневые сандалии с ремешками.

Кто-то взял ее силой ее здесь?

Я опускаюсь перед незнакомкой на колени и, откинув с ее лица прядь темных волос, ошеломленно замираю. Это Хэйден.

В недоумении я смотрю на нее, и кажется, на несколько секунд у меня замирает сердце. Затем я прихожу в себя и проверяю ее пульс. Когда я ощущаю на шее Хэйден слабую пульсацию, у меня словно камень падает с души.

– Трабл. – Я осторожно трясу ее за плечо. Похоже, это помогает Хэйден прийти в сознание. С ее губ срывается болезненный стон, а веки трепещут. – Ты в порядке? – дежурно спрашиваю я, хотя, конечно, вижу, что нет.

Наверное, переборщила с алкоголем и отключилась. Благодаря своей матери я слишком хорошо знаком с такими ситуациями.

Я остаюсь на корточках перед Хэйден и терпеливо жду, пока она сама сможет сесть. Она хватается за голову, щурит глаза и переводит взгляд на мой телефон, который отбрасывает луч холодного света на землю между нами. Девушка медленно приподнимается и моргает. Тушь для ресниц и остатки макияжа растеклись по ее бледным щекам.

– Айзек? – хрипло произносит она.

Хэйден проводит рукой по лицу и хмурится, словно пытаясь упорядочить в голове обрывки воспоминаний. Затем она бледнеет.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает она, отодвигаясь от меня. Мне показалось или в ее покрасневших глазах мелькает страх?

Наверное, не стоит ее в этом винить. Я ясно дал понять, что поддерживаю Сайласа и что не хочу видеть ее здесь. Этим вечером Сай преподал ей урок. Должно быть, она решила, что теперь я сделаю с ней то же самое.

– Давай вставай. Ты слишком много выпила, – поясняю я, выпрямляясь. Часть меня рефлекторно хочет протянуть руку, чтобы помочь ей подняться, но я сдерживаюсь. Я не ее спаситель и не хочу таковым притворяться.

Хэйден качает головой и остается сидеть на земле. Затем она оглядывается по сторонам, словно ожидая увидеть здесь кого-то еще. Она ищет Сайласа? Я сжимаю зубы. Почему все девушки так к нему привязываются? Он обращается с ними как с грязью, но те все равно к нему тянутся. В другом случае я бы восхищенно похлопал его по плечу, но в случае с Хэйден…

– Где… где они? Ты их видел? Кто-то должен помочь той девушке!

– О чем ты? – спрашиваю я, сбитый с толку.

Ее дыхание ускоряется, а взгляд мечется, словно в попытках что-то найти.

– Это недалеко отсюда. Я видела их! Парней и девушку на каменном алтаре! Они… брали ее. Все сразу. – Ее голос срывается на полуслове, и мой пульс учащается.

Что именно видела Хэйден? Кого она видела?

– Тебе это привиделось, – беспечно ответил я.

– Нет! – Она настаивает и все-таки встает на ноги, хотя при этом пошатывается и едва снова не падает. Я с трудом удерживаюсь от того, чтобы не подхватить ее. Держи руки при себе, Айзек. Она не нуждается в твоей помощи и не заслуживает ее после своих глупых угроз. – Я видела их! Там было человек десять парней. Они все встали вокруг девушки и собирались… все вместе ее использовать.

Десять? Ну, похоже на правду: сейчас нас меньше, чем обычно, да и меня там не было. В остальном – все верно. Именно этим мы, лорды, занимаемся по выходным, когда нам скучно. За исключением того, что никто никого не принуждал. Наши леди по собственной воле позволяют нам брать их по очереди, чего такая ханжа, как Хэйден, конечно, не поймет. Очевидно, что она восприняла это неправильно.

С каких это пор Сайлас стал таким беспечным? Или он намеренно устроил так, чтобы она все увидела?

– С девушкой все в порядке, – заверяю я Хэйден и хватаю ее за руку, чтобы, наконец, увести отсюда. Попытки убедить эту малышку в том, что ей просто привиделось, скорее всего, приведут к ровно противоположному результату. Поэтому я должен заверить ее, что все в порядке, пока она окончательно не спятила.

– Откуда ты знаешь? – Она вырывает у меня руку. – Тебя ведь не было… там? – Последнее слово звучит как вопрос, и она смотрит на меня со смесью неверия и ужаса. Внезапно она опускает взгляд на себя и краснеет.

Похоже, только сейчас она вспомнила, как мало на ней одежды. Подумаешь: это все равно как если бы она была в обычном купальнике. Я каждый день вижу женщин значительно более раздетыми и все же должен признать, что от ее испуганного взгляда у меня по коже бегут мурашки. В моем животе словно начинает жужжать рой пчел.

На вечеринке Сайлас определенно солгал, когда заявил, что никто не захотел бы увидеть Хэйден в нижнем белье. Уверен, если бы мы, лорды, публично не обозначили свое отношение к этой девушке, все мужчины мира выстроились бы перед ней в очередь.

Возьми себя в руки, Айзек. Не пялься на эти маленькие круглые сиськи, прикрытые двумя простыми черными чашечками.

До сих пор я видел ее только в объемной одежде, которая не давала ни намека на ее стройное, спортивное телосложение. Как и на упругие изгибы, которые она скрывала.

– Ты меня?.. – Она заикается.

– Что? – возмутился я. – Даже думать не смей, что я тебя трогал, пока ты здесь валялась. Я нашел тебя такой – напившейся до потери сознания.

Она хмурит брови, словно обиженная моими словами:

– Я споткнулась и упала.

– Ага, конечно. Именно поэтому ты сейчас еле стоишь. Про запах я вообще молчу, – фыркнул я. – Ты можешь хотя бы идти или мне нести тебя на руках? Чем дольше ты будешь торчать здесь нагишом, тем хуже тебе будет завтра.

Особенно если учесть, что она насквозь промокла после устроенного Сайласом сеанса дайвинга. Сейчас волосы Хэйден уже высохли и начали завиваться, но она заметно дрожит.

Дерьмо, ты звучишь, как заботливый старший брат.

Сайлас точно оставил бы ее умирать здесь. Отмахнувшись от этой мысли, я хватаю Хэйден за руку и тяну девушку за собой. Она все равно слишком слаба, чтобы сопротивляться.

– Отпусти меня. – Она пытается протестовать, но мы оба понимаем, что без моей помощи ей из леса не выбраться.

Хэйден

Мне приходится задействовать все последние оставшиеся силы, чтобы шагать вперед. Глубоко внутри я чертовски рада,