Кофейная кудесница из другого мира - Татьяна Ма

– Эврика! – воскликнула я. – Это же жизненный цикл кофе. От зерна до напитка.

Я стала дотрагиваться до символов, мысленно представляя себе каждую стадию. Я почувствовала шероховатость сухого зерна в своей руке, увидела, как оно прорастает, наполненное жизнью, вспомнила пьянящий аромат цветов, ощутила сочную мякоть спелой ягоды и, наконец, представила тот самый густой, бодрящий пар, поднимающийся из чашки с черным кофе.

Медленно я провела пальцами по символам: зерно, росток, листья, ветка, цветок, ягода, кофейная пыль, турка, чашка, спираль…

Под моими пальцами знаки вспыхнули ярким золотым свечением. И вот все они соединились в одно, и прямо посреди двери появилась самая что ни на есть чашка с дымящимся эспрессо. Я даже аромат уловила.

Где-то что-то скрипнуло, и в следующую секунду каменная дверь отворилась.

Я сняла со стены факел, толкнула дверь и, затаив дыхание, всмотрелась в открывшееся передо мной пространство…

Глава 32

Сняв со стены факел, я зашла внутрь небольшого помещения, что открылось взору за потайной дверью, и замерла, не веря своим глазам. Воздух здесь был другим – сухим и прохладным, с едва уловимыми нотками древесины, металла и, как мне показалось, все еще витающим духом давно забытого кофе.

Комната была узкой, а вдоль ее стен стояли деревянные стеллажи.

Придя в себя, я нашла в стене у двери скобу, вставила в нее факел и с замиранием сердца прошла к полкам, уставленным разнообразными вещами.

Нет, это была не просто комната, не просто кладовая. Это была сокровищница.

Стеллажи, уходящие вглубь подвала, ломились от оборудования. Я шла вдоль них, и глаза мои расширялись от изумления. Там были ручные кофемолки из темного дерева и латуни, с причудливыми регуляторами помола и бункерами, украшенными выгравированным узором в виде цветков кофейного дерева. На других полках стояли десятки турок и джезв всех возможных размеров: от крошечных, на один глоток, до огромных, словно для пира великанов. Я увидела сифоны с их хитроумной стеклянной конструкцией, рассчитанные на открытый огонь, и френч-прессы с плотными поршнями.

Целый стеллаж занимали старинные чаны и кастрюли, которые при внимательном рассмотрении оказались не чем иным, как ростерами и аэрогрилями для обжарки кофейных зерен.

– Господи, откуда все это здесь? – ахала я в изумлении.

Неужели Матильда собирала все эти предметы по всему Брейкмору?

Я вернулась к входу и снова взяла факел, потому что кладовая оказалась только с виду небольшой. На самом деле она была такой длинной, что света от двери не хватало, чтобы увидеть, что притаилось у ее дальней стены.

Идя между полок, я с восхищением и благоговейным трепетом трогала пальцами старую, давно не использовавшуюся технику для обработки кофейных зерен и приготовления кофе. С ума сойти!

Наконец, я добралась до дальней стены и увидела главное сокровище. Блестящий медный агрегат, похожий на прабабушку современной эспрессо-машины. У аппарата были рычаги, бойлер и даже манометр. Повсюду виднелись хитроумные системы рычажков, шестеренок и грузов, явно предназначенные для создания давления. Кажется, в этой штуке даже капучино можно сделать. Но как это работает? Никаких шнуров для включения в электросеть или батареек видно не было. Да и какие могут быть провода, если в этом мире до сих пор не знают электричества? Значит… Значит, все это работало на магии.

Я провела рукой по холодной меди кофемолки. Она была покрыта патиной, но, если ее как следует почистить, она засияет снова. Турки, джезвы, капельные кофеварки, большая кофемашина… Все здесь ждало своего часа. Осталось только разобраться, как именно вся эта красота работает. Во мне росла уверенность, что я справлюсь. Я ведь Найтвейл.

Мысленно я поблагодарила тетю Матильду, которую никогда в глаза не видела, но которая подготовила для меня такую благодатную почву. Теперь ясно, почему ее убили. Видимо, она была слишком неосторожна в своих изысканиях. Искала не только утерянные зерна и напиток, но и собирала технику… Наверняка в ее окружение, в круг доверенных лиц затесался предатель, который и рассказал шпионам из Ордена Серых Пепелищ, чем здесь занималась Матильда. Но кто это? Врея? А может быть, Варрен? Нет, верить в то, что охотник работает на Орден, я не хотела. Надо бы выяснить, с кем тесно общалась тетя и кому могла доверить свои секреты. А еще хорошо бы выяснить, почему именно мне, то есть Сильване, она оставила в наследство свою шляпную лавку. Ведь Врея, а с ней и Матильда видели, что Сильвана не обладала каким-либо даром и была совершенно бесполезна. Может быть, Матильда знала о том, что произойдет? Знала, что Сильвану убьет муж, а в ее тело вселюсь я?

– Дейн, неужто это твои проделки? – пробормотала я в пустоту подвала.

Мой голос эхом отбился от камня стен и меди приборов.

Я вернулась в основную часть подвала, заперла дверь потайной комнаты, погасила факелы и поднялась в дом.

Вечером, когда мы с Каролиной заканчивали убирать со стола, дверь скрипнула. Вошел Варрен и тут же уселся за стол. Он выглядел несколько усталым, но довольным. Каролина засуетилась и поставила перед ним тарелку и блюда с ужином. Я покосилась на яства. Вот это пир она ему устроила! Мы-то с ней поужинали картошкой и другими овощами, а для Варрена она наготовила жареного мяса, тушеного мяса, печеного мяса…

– Ого! – ахнула я.

Каролина покраснела, а Варрен усмехнулся.

– Ну что, – сказал он, берясь за ложку. – Можешь больше не бояться, девочка, – обратился он к Каролине. – Камелия Фоксит и ее «розы» больше тебя не тронут. Можешь смело выходить из дома.

Каролина всплеснула руками и мгновенно засияла от счастья. Она рассыпалась в благодарностях, а потом убежала в свою комнату.

Я же с сомнением повернулась к Варрену.

– Ты уверен? Абсолютно уверен? – спросила я тихо. – Она просто так отступит?

Он усмехнулся, и в его ухмылке было что-то холодное и опасное.

– Уверен. У меня с ней состоялся… очень убедительный разговор. Она поняла, что некоторые инвестиции слишком рискованны.

В его тоне не было ни капли сомнения. Видимо, Варрен так напугал главу Гильдии увядших роз, что та и правда присмирела.

– Интересно, что ты ей сказал, – пробормотала я.

– Не твое дело, женщина, – хмыкнул он и принялся за ужин.

Он поглощал еду с такой скоростью, что я только диву давалась. И как он