Я просто хотела дочитать новеллу, а не стать женой злодея! - Айра Мэйрвелл

— Ваше Величество, — сказала я, когда мы остались наедине. — Вы предупреждали меня о пауках. Но что вы знаете о призраках? О тех, кто до сих пор хранит верность династии Алого Феникса?

Она долго молчала, глядя на свои тонкие, аристократические руки.

— Я думала, что они все мертвы, — прошептала она. — Отец моего мужа устроил им такую чистку, что, казалось, и камня на камне не осталось. Но… я слышала легенды. О тайном обществе. «Дети Феникса». Они якобы хранят знания и реликвии павшей династии, ожидая дня, когда их птица снова восстанет из пепла. Но все считали это детскими страшилками.

— Это не страшилки, — твердо сказала я. — Они существуют. И они только что развязали против нас новую войну.

Через день начался публичный суд над предателями. Это было грандиозное и мрачное зрелище. В главном тронном зале, перед лицом всего двора, вывели закованных в цепи Борина, Линя и Фенга. Асмус был судьей. А я сидела на своем троне рядом с ним, как молчаливое напоминание о силе, что их сокрушила.

Суд был коротким. Доказательства были неоспоримы. Герцог Борин держался с гордым достоинством солдата, принимающего свою участь. Ао Фенг плакал и молил о пощаде. А мастер Линь… он молчал, глядя в пустоту. Его фанатичный мир рухнул.

Приговор был предсказуем. Смерть.

Но пока весь двор был поглощен этим зрелищем, я смотрела не на подсудимых. Я смотрела на лица зрителей. На министров, на генералов, на придворных дам. Пытаясь угадать, кто из них радуется падению северян не потому, что он верен трону, а потому, что убирают конкурентов. Кто из них — тот самый «ребенок Феникса»? Но их лица были непроницаемыми масками.

Вечером, после суда, я отправилась в Черные Казематы. Одна. Я пришла к мастеру Линю.

Он сидел на каменном полу в своей камере. Сломленный, постаревший на двадцать лет.

— Я пришла не злорадствовать, — сказала я тихо, стоя перед решеткой. — Я пришла задать вопросы.

— Что вы хотите знать? — прохрипел он. — Как вы, ведьма, узнали наши планы?

— Я не ведьма, — ответила я. — Я просто знаю то, чего не знаете вы. Например, то, что вы были всего лишь пешкой в чужой игре.

Он поднял на меня глаза.

— О чем вы? Мы служили великой цели! Очищению трона!

— Вы служили чужому императору, — отрезала я. — Вы знали, что флот, который должен был поддержать ваш переворот, был построен по технологиям династии Солнечного Камня? Древних врагов вашего Феникса?

На его лице отразилось полное недоумение. Он не знал.

— Вас использовали, мастер Линь. Ваш заговор, ваш ритуал, ваш «чистый» кандидат — все это было лишь прикрытием. Отвлекающим маневром, чтобы ослабить Империю перед вторжением из-за моря. Вас и вашего «чистокровного» мальчика принесли бы в жертву так же легко, как и нас.

Я видела, как в его глазах гаснет последний огонь фанатизма, сменяясь ужасом осознания. Его предали. Его великая идея была ложью.

— Кто? — прошептал он. — Кто за этим стоит?

— Это я и пытаюсь выяснить. Мне не нужны имена ваших глупых заговорщиков. Мне нужен тот, кто направлял вас. Ваш таинственный покровитель. Как он с вами связывался?

Он долго молчал. А потом заговорил.

— Я никогда не видел его лица. Он… он вел меня. Через знания. Я изучал древние тексты в архиве. И иногда, в книгах, которые я заказывал, я находил записки. Указания. Намеки на другие тексты, еще более древние. Он направлял мои исследования, шаг за шагом подводя меня к идее ритуала.

— Как он подписывал свои послания?

— Никак. Там был лишь один знак. Символ.

— Какой?

Мастер Линь поднял на меня свои пустые глаза.

— Алый феникс, восстающий из черного солнца.

Я замерла. Символ, который сочетал в себе обе павшие династии. Феникса и Солнце.

— Он говорил от чьего-то имени? Называл свою организацию?

— Да, — прошептал Линь. — В последней записке, где он дал мне финальные инструкции, было сказано: «Действуй. Такова воля Детей Феникса».

Дети Феникса. Вдовствующая Императрица была права. Они не исчезли. Они просто ушли в тень на пятьсот лет. И теперь они вернулись.

Я покинула казематы с новым знанием. У моего врага, у этого безликого призрака, наконец-то появилось имя. И я знала, что охота на них станет делом всей моей жизни.

Глава 37

День казни был холодным и ясным. На главной площади столицы, перед помостом из черного камня, собралась безмолвная толпа. В воздухе висело тяжелое, гнетущее напряжение. Империя пришла посмотреть, как ее повелитель вырывает корень измены.

Мы с Асмусом наблюдали за происходящим с балкона тронного зала. На нас были траурные, темно-синие одежды.

Осужденных вывели одного за другим. Герцог Борин шел с высоко поднятой головой, не сломленный, принимая смерть как солдат. Молодой Ао Фенг, их несостоявшийся император, рыдал и едва держался на ногах. А мастер Линь… он казался совершенно отрешенным, его взгляд был устремлен в пустоту. Он проиграл не просто войну, он проиграл свою веру.

Я смотрела на них, и во мне не было ни злорадства, ни жалости. Только холодная, тяжелая усталость. Это были люди, которые хотели убить моего мужа, разрушить мой новый дом. Я остановила их. И вот цена их поражения, цена моей победы. Я заставила себя смотреть, не отводя глаз, когда палач поднял свой топор. Это тоже было частью моей новой роли. Видеть не только стратегию, но и ее кровавый финал.

Когда все было кончено, и толпа начала молча расходиться, Асмус взял мою руку.

— Теперь эта глава закрыта, — сказал он.

— Нет, — ответила я. — Мы лишь вырвали сорняки. Но садовник, что их посадил, все еще на свободе.

В тот же вечер в моем кабинете появился Цзинь. Он принес первый плод своей работы в архивах. Это был длинный свиток, исписанный именами и датами.

— Пятьдесят лет доступа к закрытым фондам, мой Шепот, — доложил он. — Как вы и приказали. Я отметил всех, кто запрашивал тексты о павших династиях, запретной магии или древних технологиях.

Я развернула свиток. Десятки имен. Ученые, министры, члены императорской семьи, давно умершие и ныне здравствующие.

— Есть ли какая-то закономерность? — спросила я. — Кто-то, кто появляется чаще других?

— Закономерность