Переплетения 6 - Гизум Герко

Мы двинулись к Северному Бастиону, оставляя за спиной запертые врата и разворачивающуюся армию союзников. Осада Цитадели Безумия началась не с залпов пушек, а с тихих шагов тех, кто решил взломать этот мир изнутри.

* * *

Северный Бастион возвышался над кратером, словно гигантский обглоданный палец, указующий в серое небо.

С этого расстояния было отчетливо видно, что башня не просто построена, а скорее соткана из медных жил и черного костяка, по которым, заикаясь, бежали фиолетовые разряды. Мы с Еленой двигались по парящим обломкам винтовой лестницы, каждый шаг по которой отзывался в подошвах сапог зудящей статикой.

— Впереди заслон, — голос Урсы рокотал, вибрируя от едва сдерживаемой звериной мощи.

На широкой площадке перед входом в Бастион материализовались стражи. Не живые существа или привычные големы. Искаженные элементали порядка выглядели как нагромождение идеально ровных зеркальных кубов, которые вращались вокруг единого светящегося центра. Но и они были тронуты Гнилью, грани кубов покрывала серая плешь, а из ядер вместо чистого света вырывались пучки помех и ломаные линии кода.

— Не давай им объединиться в общую сеть, — скомандовал я, вскидывая [Лунный Светоч]. — Если они синхронизируют частоты, барьер нас просто раздавит.

Медведица не ответила, она уже рванула вперед, превратившись в рыже-коричневый метеор, закованный в костяную броню. Первый элементаль попытался выставить перед собой щит из чистой логики, но Урса проигнорировала его. Её удар был физическим, весомым и абсолютно реальным для этой зыбкой реальности. Когти вспороли зеркальную поверхность, выбивая из неё каскад искр и фрагменты недогруженных текстур.

Я же работал как хирург, вычленяя угрозы из общего хаоса. [Взгляд Аналитика] подсвечивал мне векторы атак элементалей еще до того, как они успевали сформироваться.

— Левый фланг, Елена! Фокусируют луч!

Я щелкнул пальцами, и [Зеркальный Лабиринт] накрыл троих стражников, которые пытались выстроиться в треугольник. Пространство вокруг них исказилось, превращая прямые линии в бесконечные петли. Элементали задергались, их ядра начали перегреваться, пытаясь просчитать путь в ловушке, которой не существовало в исходном коде.

— [Призрачная земля]! — я ударил посохом о плиты платформы.

Под ногами элементалей камень потек, превращаясь в вязкую субстанцию из битых пикселей. Они теряли точку опоры, проваливались в текстуры, их вращение замедлялось. Урса успешно пользовалась каждой секундой этого замешательства. Она перемалывала их, вырывая светящиеся ядра и раздавливая их мощными челюстями.

Бой был коротким, но невероятно изматывающим. Здесь, в зоне влияния Цитадели, мана восстанавливалась неохотно, словно система сопротивлялась каждому моему заклинанию.

Врата Бастиона распахнулись с сухим щелчком, напоминающим звук ломающегося пластика. Внутри, на вершине постамента из сплетенных проводов, пульсировал Кристалл-Якорь. Огромный, многогранный изумруд, внутри которого, как насекомое в янтаре, застыла фиолетовая опухоль Гнили.

— Это Печать Севера, — Елена приняла человеческий облик, тяжело дыша. Её лицо было бледным, по скулам бежали капли пота. — Она держит барьер. Роланд замкнул на неё всю магическую сеть сектора.

Я подошел к кристаллу. [Эфирный Анализатор] на моем поясе зашелся в истерическом писке. Кристалл вибрировал с такой частотой, что казалось, само пространство вокруг него начинает рваться.

— Он защищен цикличным скриптом, — я видел это сквозь линзу анализатора. — Любой урон по нему просто откатывается назад во времени. Мы не сможем его разбить обычной силой.

— Тогда используй необычную, — Елена кивнула на мой посох. — Удир. Холод. Останови цикл.

Я сжал рукоять [Лунного Светоча]. В голове снова зазвучал тот самый далекий, космический голос, требующий покоя и тишины. Я больше не сопротивлялся ему. Я позволил холоду Удира наполнить мои руки, пройти сквозь плечи и вылиться в артефакт.

— [Стазис: Абсолютный Ноль]!

Волна иссиня-черного мороза сорвалась с навершия посоха и окутала кристалл. Вибрация прекратилась мгновенно. Фиолетовая Гниль внутри изумруда замерла, её язвы покрылись коркой инея. Скрипт регенерации столкнулся с силой, которая отрицала само понятие времени и процесса.

— Сейчас! — выкрикнул я, чувствуя, как мана вылетает из меня, словно кровь из открытой раны.

Елена не стала тратить время на трансформацию. Она просто ударила по замороженному кристаллу своим тяжелым посохом, вложив в этот удар всю свою волю.

Раздался звук, похожий на звон тысячи разбитых бокалов. Кристалл-Якорь разлетелся на миллионы сверкающих осколков, которые, не успев коснуться пола, растворились в воздухе.

Перед моими глазами вспыхнуло системное сообщение:

[Система]: Внимание! Якорь Порядка разрушен.

[Система]: Мощность главного барьера снижена на 33%.

Мы не стали дожидаться ответа системы. Платформа Бастиона начала мелко вибрировать, сигнализируя о том, что без якоря структура башни становится нестабильной. Мы рванули обратно к лестнице, прыгая по парящим обломкам, пока за нашими спинами Северный Бастион медленно осыпался в бездну кратера.

Точка сбора находилась на безопасном выступе, прикрытом скалой. Мы добрались до неё первыми, измотанные и пропитанные запахом озона. Я упал на камни, чувствуя, как мелко дрожат руки. Елена присела рядом, закрыв глаза и восстанавливая дыхание.

Я открыл интерфейс чата. Нужно было знать, как дела у остальных.

[Группа][Маркус]: Север зачищен. Печать снята. Мы на точке. Что у вас?

Через несколько секунд пришел ответ от Снайдера. Текст в баббле чата казался горячим от напряжения боя.

[Группа][Снайдер]: Мы на месте. Тут жарко, босс! Миха держит контроль, буквально сплетает их в узлы своей музыкой. Волчонок агрит, носится как ошпаренный, не дает им продыху. Якорь охраняет матка виверн. Громадная сука, уровни не читаются, вся в глитчах. Начинаем бой!

Я посмотрел на Елену. Она тоже читала чат. Мы понимали, что против матки виверн вдвоем — это почти самоубийство, даже для таких опытных игроков, как Дима и Михаил. Две минуты ожидания тянулись как вечность. Я не сводил глаз с иконок их ХП в интерфейсе группы. Полоска Димы дважды уходила в красную зону, а мана Михаила почти обнулилась.

И вот, наконец, интерфейс мигнул.

[Группа][Легенда]: Гнездо зачищено. Якорь уничтожен. Фух… Капитан, Дима чуть не улетел в бездну вместе с этой летучей ящерицей, когда она начала падать. Пришлось ловить его телекинезом. Полезная штука, оказывается, эти твои «советы из Академии». Дима жив, но заикается.

[Система]: Внимание! Якорь Хаоса разрушен.

[Система]: Мощность главного барьера снижена на 66%.

Я выдохнул, чувствуя, как отпускает железный обруч, сжимавший грудь. Снайдер и Михаил сработались. Глядя на то, как слаженно они действовали, я понял, что Снайдер для барда стал тем самым недостающим элементом, которого не хватало в «Ключниках» — холодным, расчетливым мечом, дополняющим музыку и хаос. Бард и Охотник оказались отличной связкой.

[Группа][Маркус]: Отличная работа. Ждем Шныря.