Аватар. Я маг огня с Системой Истинного Пламени. Том 1 - 2pKov

— Говори.

— Они видели огромного зверя, принц Зуко. Летающего зубра. Вчера на рассвете. Он прошел низко над заливом и направился в сторону ущелья Ветров, на восток. Там старые шахтерские тропы, сэр. Они пытались уйти в горы!

Глаза Зуко расширились. В них вспыхнул тот самый маниакальный, обжигающий свет, который Каэн уже видел на мостике крейсера. Гнев, подозрения, ложь какого-то кадета — все это в одну секунду перестало иметь значение. Мир сузился до одного слова.

— Аватар, — выдохнул Зуко. Его губы тронула почти безумная, торжествующая улыбка.

Он резко развернулся к морю.

— Трубить общий сбор! — его голос разнесся над пепелищем, перекрывая шум волн. — Всех на борт! Мы выступаем немедленно!

— Но сэр, — дозорный запнулся, — угольные резервуары еще не полны, а ущелье Ветров… это узкий фарватер, там полно рифов. Капитан говорил…

— Мне плевать, что говорил капитан! — взорвался Зуко, из его рта вместе со словами вырвалась струйка горячего пара. — Аватар ускользает! Если он уйдет за перевал, мы потеряем его в Царстве Земли! Выполнять приказ!

Дозорный сглотнул, ударил кулаком в грудь и бросился обратно к берегу, крича команды на бегу.

Зуко повернул голову. Он бросил на Каэна последний, мимолетный взгляд. В этом взгляде уже не было угрозы расправы здесь и сейчас, но подозрение никуда не делось. Оно просто было отложено в долгий ящик.

— Возвращайся на корабль, Рэн, — холодно бросил принц. — И если ты думаешь, что наш разговор окончен — ты ошибаешься.

Зуко развернулся и быстрым, чеканным шагом направился к шлюпкам, полы его плаща взметнулись, подняв в воздух облачко серой золы.

Каэн остался стоять один у сгоревшего сарая. Он шумно, судорожно выдохнул, чувствуя, как начинают дрожать колени. Жесткий контроль спал, и сердце заполошно забилось о ребра. Он оглянулся на черные, обугленные доски, под которыми, в темноте и грязи, лежал раненый враг.

Он солгал. Он выжил. Но в воздухе отчетливо пахло ловушкой. И Каэн нутром чуял, что погоня, в которую сейчас слепо бросился принц, не принесет им ничего, кроме крови.

Глава 29. Ложный след Аватара

Крейсер вздрогнул, когда тяжелая носовая аппарель с лязгом ударилась о бронированный борт. Палуба под ногами мелко вибрировала — машина заводилась в такой спешке, словно они убегали от извержения вулкана, а не гнались за призраком.

Каэн стоял в строю интендантской команды, сжимая в онемевших пальцах черенок угольной лопаты, и смотрел, как берег стремительно отдаляется. Они оставили на том проклятом пепелище половину запасов пресной воды и так и не закончили погрузку угля. Приказ принца ударил по экипажу, как хлыст надсмотрщика: бросить всё, поднять давление в котлах до предела, полный ход на восток. В ущелье Ветров.

Сгоревшая деревня скрылась за пеленой серого тумана, но Каэн всё ещё чувствовал едкий запах жженой крови и гнилого дерева. Он вспомнил тяжелый, пробирающий до костей взгляд Зуко. Принц отложил допрос, но не забыл. Одно неверное слово, один сбой в дыхании, и ложь Каэна о «санитарном уставе» рассыплется пеплом. Мальчик из Царства Земли, спрятанный под обломками сарая, сейчас, должно быть, слушал рокот уходящего корабля. Каэн спас его, но цена этого выбора уже висела на его шее тяжелым раскаленным камнем.

— Рэн! Чего застыл, как оглушенная рыба?! — рявкнул над ухом надсмотрщик, ткнув его в плечо. — Вниз! Угольные ямы пустеют быстрее, чем мы успеваем их пополнять! Марш к печам!

Каэн молча кивнул, глубже надвигая на лоб защитную каску, и зашагал к железному люку, ведущему в машинное отделение.

В утробе крейсера царил кромешный ад. После шторма вентиляционные шахты так и не прочистили до конца, и воздух здесь был густым, обжигающим, полным угольной пыли и серного смрада. Визг шестерен и грохот поршней били по барабанным перепонкам.

— Подкидывай! Давай, шевелись! — хрипел старший кочегар, смахивая с лица черный от копоти пот. — Капитан передал с мостика — принц требует узлы! Ему плевать, что котлы не остывали с самого шторма! Давай!

Каэн занял свое место у третьей топки. Жар ударил в лицо, заставляя глаза слезиться. Он вонзил лопату в кучу угля, зачерпнул с верхом и швырнул в ревущее пламя. Затем еще раз. И еще.

С каждым броском мышцы спины и рук, еще не до конца восстановившиеся после избиений на тренировочной палубе и изматывающей работы во время бури, наливались свинцовой болью. Температура в котельном отделении росла. Воздух дрожал. Каэн чувствовал, как его собственное дыхание сбивается на частые, поверхностные рывки.

Вместе с физической болью поднималась тревога. Страх разоблачения. Страх перед тем, что Зуко сделает с ним, когда они вернутся к прерванному разговору. Внутри живота заворочался знакомый, едкий комок гнева и отчаяния — основа Ложного Пламени. Эмоции требовали выхода, требовали выплеснуть жар в топку, сжечь себя ради того, чтобы просто продержаться еще одну минуту.

Перед глазами вспыхнули золотистые строки:

[Внимание: Дестабилизация дыхательного цикла. Триггер: критическое физическое истощение и психологическое давление.]

[Анализ: Паттерн Ложного Пламени пытается компенсировать усталость носителя через конвертацию тревоги в агрессию.]

Каэн стиснул зубы. Лопата снова лязгнула о железный пол.

— Не сейчас, — едва слышно прошипел он сквозь зубы.

[Задание: Удержать стабильность Искры в условиях критической усталости. Применить пассивный контроль дыхания. Не позволить внешнему ритму сломать внутренний цикл. Награда: укрепление меридианов и повышение сопротивляемости.]

[Штраф за провал: Временный срыв контроля, тепловой удар, повреждение каналов.]

«Да понял я», — мрачно подумал Каэн, вытирая лицо грязным рукавом.

Он заставил себя остановиться на долю секунды. Только на один вдох. Вспомнил слова генерала Айро, которые Система классифицировала как системное обновление. Огонь — это не только разрушение. Это жизнь. Это тепло, которое поддерживает, а не сжигает дотла. Каэн закрыл глаза, игнорируя крики надсмотрщика, и сделал медленный, глубокий вдох животом.

Раз. Два. Три.

Он представил, как раскаленный воздух машинного отделения проходит через его легкие, не обжигая, а отдавая свою энергию. Он применил технику «Ровная ладонь», но не для атаки, а для распределения тепла внутри собственного тела. Дыхание выровнялось. Гнев, пытавшийся раздуть пламя внутри меридианов, утих, сменившись ровным, гудящим спокойствием.

Каэн снова взялся за лопату. Теперь его движения стали плавнее. Он не тратил лишнюю энергию на замах, используя вес собственного тела и инерцию.

— Эй, Рэн! — окликнул его сосед по топке, пожилой матрос с глубоким шрамом на подбородке. Мужчина тяжело опирался на черенок лопаты, его грудь ходила ходуном. — Ты как… как ты это делаешь? Я сейчас… легкие выплюну.

Каэн бросил взгляд на матроса. Тот был бледен, несмотря на невыносимый жар, а его губы посинели.