Демон по подписке, или Контракт на попаданку - Дарина Ромм

И вдруг оно взорвалось, превратившись в великое множество огоньков разных форм и размеров. Зеленые, красные, ярко-желтые и всех оттенков синего яркие всполохи мгновенно окрасили все небо. Словно на нем разом зажглись тысячи, миллионы новогодних гирлянд.

— Боже мой! — я завороженно следила за разворачивающимся зрелищем. — Как это красиво!

— Я же говорил! — самодовольно заявил демон и опять зашептал, целуя меня в висок: — Теперь ты сможешь часто видеть эту красоту, моя любовь…

Я даже не стала его отталкивать, просто молча смотрела. Потом совершенно искренне призналась:

— В твоем мире потрясающий закат, Станислас!

Между тем фейерверк на небе понемногу таял, оставляя после себя только легкое свечение. Небо стало серо-розовым, накрывая землю нежными перламутровыми сумерками.

Даниланис неохотно выпустил меня из объятий, поднялся и подал руку:

— Пойдем, Марина. Свожу тебя в прекрасную таверну, где моя кузина Санчия создает такие кулинарные шедевры, каких ты никогда не пробовала.

— Пф-ф! Я бывала на десятках гастрономических фестивалей. Вряд ли какая-то еда сможет меня удивить!

Даниланис только усмехнулся. Открыл портал, и через несколько секунд мы стояли перед аккуратным домиком с ярко-синей дверью и прибитой над ней вывеской «Нектар и амброзия».

— Скромно! — хихикнула я.

Даниланис толкнул дверь, и мы вошли в большое помещение, уставленное накрытыми длинными столами, за которыми плотно-плотно сидели десятки, нет, сотни людей.

При нашем появлении они начали вставать с мест, радостно улыбаясь, выкрикивать приветствия и хлопать в ладоши. И все очень, очень плотоядно смотрели на меня!

— Э-э-э⁈ — шокированно и в один голос воскликнули мы с демоном.

— Это что⁈ — зашипела я, а демон с искренним отчаянием в голосе простонал: — Марина, бежим отсюда! — схватил меня в охапку и сделал шаг к двери.

44

Увы, этот шаг оказался единственным — между нами и дверью встала рослая мужская фигура.

— Здравствуй, племянник! Мариночка, я рад познакомиться с тобой, — голос у мужчины был до ужаса знакомым, а лицо…

— Это вы⁈ Откуда⁈ — ахнула я, глядя в глаза отлично знакомой мне персоне. Да что там мне! Всему населению земного шара известной! Может, только туземцы в Полинезии, никогда не видевшие телевизора, не видели и лицо этого американского политика.

— Дядюшка Тилль, какими судьбами? — скривился Станислас, загораживая меня от пристального взгляда голубых глаз.

— У меня отпуск, дорогой. А у вас тут тусовка, вот я и присоединился. Да вы проходите, проходите, — пророкотал политик и подтолкнул нас с ректором в сторону столов.

— Эй, это что, правда он? — я все оглядывалась, пока демон тащил меня за собой.

— Он самый, пятиюродный брат моего отца, — голосом обреченного на казнь признался демонюка.

— Откуда он здесь? И вообще, как это понимать, Даниланис⁈ Что за сборище? — я сообразила, что наш с демоном разговор опять откладывается на неопределенное время — ну не вести же беседы среди такого скопления людей!

Ой, людей ли⁈

Ответить демон не успел — к нам подскочила совсем юная девушка в длинном переднике и, смущенно улыбаясь, залопотала:

— Станислас, дорогой, прости. Я только маме сказала, что ты собираешься с Мариной ко мне в таверну зайти… Я не думала, что вот так получится…

Ректор скривился, будто лимон съел, и обратился ко мне:

— Марина, это моя кузина Санчия, в заведении которой я рассчитывал с тобой поговорить о наших делах.

— Без свидетелей в лице половины клана поговорить! — злобно рявкнул на бедную Санчию.

Девочка аж голову в плечи втянула и еще активнее залопотала извинения:

— Стасенька, ну прости. Семья давно хочет с Мариной познакомиться, а ты ее никому не показываешь. Вот и воспользовались возможностью…

— Так это твои родственники, Даниланис⁈ — восхитилась я. Ничего себе, сколько их! Особенно мне понравилось, как нежно Санчия назвала этого наглого двухметрового лося. Надо же, «Стасенька»!

— Не все, примерно треть, — проворчал ректор и тяжко вздохнул: — Прости, моя сладкая. Я правда не планировал такого сборища.

— Ладно, я тебя великодушно прощаю, но будешь должен… — пробормотала я, отложив все разборки на потом. В этот момент думать о чем-то серьезном я была вообще не в состоянии.

В настоящую минуту мой рот открылся совсем уж неприлично широко, потому что рядом с румяной и довольной леди Велветиной я заметила еще одно о-очень известное лицо. На этот раз звезду с политического небосклона своей собственной страны.

Мама родная! Это что творится-то? Откуда они здесь? Я завертела головой, рассматривая даниланисовскую родню.

Вот того огромного, похожего на медведя дядьку я тоже знаю — известный, в недавнем прошлом, спортсмен.

А та нежная брюнетка, прильнувшая к невысокому, наголо бритому мужчине с породистым лицом, — известная европейская актриса.

Остальные, слава богу, вроде мне не знакомы, но и этих четверых мне за глаза хватило, чтобы ошалеть.

Эти люди что, сюда пришли в гости из другого мира⁈ Или они не люди⁈ А этот американец — он ведь дядюшка Станисласа…

Я мысленно потрясла головой и решила, что мой мозг слишком слаб, чтобы думать о таком! Лучше я потом расспрошу Даниланиса, КАК его родня оказалась среди известных персон моего мира⁈

Сопровождаемые Санчией мы дошли до середины огромного зала таверны и остановились. Даниланис покрепче прижал меня к себе и зычно сообщил притихшему и внимательно глядящему на нас сборищу:

— Дорогая родня! Позвольте представить вам Марину Мещерскую. Не могу сказать, что я в восторге от того, что вижу вас здесь. Потому что у нас с моей невестой были личные планы на этот вечер!

— Я тебе не невеста, — зашипела я и пихнула его в бок локтем.

— А ты объяви об этом вслух, Мариночка. Прямо так и скажи моим родственникам, мол, «ошиблись вы, я ему никто. Все свободны, всем до свидания!» — наклонившись к моему уху, предложил этот ехидный гад.

— Племянник! — перекрывая приветственный гул голосов, пророкотал тот самый американский политик. — Садитесь уже за стол и давайте есть, а потом танцевать. С Мариной помаленьку все перезнакомимся — нечего девочку сходу в смущение вводить и аппетит ей портить нашим вниманием.

Народ за крайним столом быстро подвинулся, освобождая нам место. Мы сели и понеслось…

Что могу сказать, за жизнь мне много раз доводилось бывать на всевозможных праздниках и банкетах, богатых свадьбах и скромных днях рождения, помпезных фуршетах и чопорных чаепитиях. На множестве семейных праздников и дружеских посиделок.

Какие-то из них мне нравились, какие-то не очень. Где-то было весело или интересно, а некоторые вызывали зевоту и желание поскорее сбежать. Но мало где мне было так хорошо,