Враги рядом - Хайдарали Мирзоевич Усманов

был явно не дешёвый напиток. Слишком насыщенный запах. Слишком мягкий аромат трав. И слишком густая духовная энергия едва заметно расходилась от самого сосуда. Но в этот момент два старших ученика наконец начали приходить в себя окончательно.

И вместе с этим к ним вернулась и их злость. Особенно когда они вспомнили последние секунды перед бегством. Точнее то… КАК именно Максим отправил их через проход. И первым медленно поднялся на ноги именно Чан Вэй. Его лицо всё ещё было бледным. Возле ушей подсыхала кровь. Но глаза уже наливались яростью.

— Ты… — прохрипел он, тяжело дыша. — Ты как посмел⁈

Второй тоже резко поднял голову. И стоило ему увидеть спокойно сидящего под деревом Максима, который даже не смотрел в их сторону, а просто снова сделал глоток вина… Его буквально перекосило.

— Этот ублюдок нас швырял как мешки! — прошипел он.

Но на все их выкрики Максим даже головы не поднял. Только слегка выдохнул через нос. Будто ему было лень вообще реагировать на подобное. И именно это слишком уж явное пренебрежение взбесило их ещё сильнее. Чан Вэй тут же шагнул вперёд.

— Ты хоть понимаешь, с кем так обращался? Ты…

Но в ответ была только тишина. Только тихий плеск вина в сосуде. Максим снова сделал глоток. После чего спокойно проговорил, всё так же не поднимая взгляда:

— Понимаю.

И снова отпил. У второго ученика дёрнулась щека.

— Да я тебя…

— Замолкни.

Голос Линь Сюэ прозвучал неожиданно холодно. Настолько холодно, что оба парня моментально заткнулись. А девушка медленно поднялась с камня, всё ещё слегка держась рукой за бок. Она тоже выглядела уставшей. Но сейчас её взгляд сейчас был куда опаснее любого меча.

— Если бы не он… — медленно произнесла она, — вы бы оба сейчас растворялись в том тумане.

Оба ученика дёрнулись. Но ничего не ответили. Потому что сами это всё прекрасно понимали. И именно это бесило их сильнее всего. Они ведь старшие ученики Академии. Те, кто должен был защищать младших. А по итогу… Их опять спасал этот мальчишка. Причём уже далеко не первый раз.

Максим наконец медленно поднял взгляд. Спокойный. Усталый. И абсолютно равнодушный к их переживаниям и эмоциям.

— Если бы я вас не швырнул, — ровно произнёс он, — то вы бы начали думать.

Он слегка качнул сосудом.

— А времени думать у вас не было. И не только у вас… У нас всех его не было…

После чего снова сделал глоток. И это окончательно добило обоих старших учеников. Потому что хуже оскорбления сейчас было только одно. Именно то, что этот наглый младший ученик… Был абсолютно прав.

Линь Сюэ подошла к парню, спокойно взяла у него из рук сосуд, и сделала один небольшой глоток вина, после чего медленно выдохнула сквозь зубы. Тёплая терпкая жидкость прокатилась по горлу, словно тонкая струйка огня, постепенно разгоняя ту мерзкую слабость, что всё ещё сидела в мышцах после давления древней защиты города. Она чувствовала, как понемногу перестают дрожать пальцы, как проясняется взгляд, а гул в голове становится тише.

Максим же, будто вообще не замечая происходящего вокруг, снова прислонился затылком к шершавому стволу дерева и спокойно забрал у неё обратно тыквенный сосуд. Причём сделал это совершенно естественно. Без раболепия. Без почтения, которого от него ожидали бы почти все младшие ученики Академии. И именно это сейчас сильнее всего бесило двух старших учеников.

Особенно того, кто снова осел на землю, тяжело дыша после уже принятой тайком пилюли лечения. У него кровь уже не текла из ушей, однако лицо оставалось серым, а взгляд — мутным. Даже сейчас он ощущал мерзкое давление внутри головы, словно кто-то медленно вкручивал ему в череп раскалённый металлический штырь. Каждое резкое движение вызывало вспышку боли. А стоило только взглянуть на этого проклятого Мин-сока — боль почему-то становилась ещё сильнее. Потому что этот ублюдок выглядел слишком спокойно. Слишком собранно. Слишком… уверенно. Будто всё произошедшее внутри древнего города вообще его не напугало. Старший ученик стиснул зубы так сильно, что на скулах заходили желваки.

— Ты… — хрипло выдавил он, пытаясь подняться. — Ты хоть понимаешь, как нас швырнул⁈

Максим медленно перевёл на него взгляд. Всё такой же спокойный. Холодный. Без малейшего желания оправдываться.

— Понимаю… Как мешок с дерьмом… — Ровно ответил он. — Иначе вы бы сейчас остались внутри.

Эта фраза ударила сильнее пощёчины. Второй старший ученик тут же шагнул вперёд, явно собираясь что-то рявкнуть, но в этот момент Линь Сюэ медленно повернула голову в его сторону. И всё. Этого оказалось достаточно. Её взгляд сейчас был тяжёлым. Очень тяжёлым. Без привычной холодной вежливости. Без мягкости. Только раздражение. И… Усталость…

— Вам было мало? — тихо спросила девушка.

Но от её голоса у обоих учеников по спине будто холодом провело.

— Вы чуть не убили нас всех внутри этого города. — Она медленно поднялась на ноги, всё ещё слегка опираясь рукой о дерево рядом с Максимом. — А теперь ещё и смеете открывать рот?

— Но он… — начал было один из них.

— Он вытащил вас оттуда. Живыми!

Эти слова прозвучали резко. Жёстко. Безапелляционно. И хуже всего было то, что возразить им они не могли. Потому что сами прекрасно помнили тот момент. Тот ужас, что их охватил в самый неподходящий момент. Тот живой туман, который буквально выжирал камень крепостной стены. Те сгустки голубоватой дряни, что двигались по улицам города словно живые существа. И то, как печати стены вспыхнули от перегрузки, когда эта волна ударила в защиту. Даже сейчас, вспоминая это, оба старших ученика чувствовали, как внутри всё неприятно холодеет.

Линь Сюэ тем временем снова медленно опустилась рядом с Максимом на камень и забрала у него сосуд с вином. На этот раз — уже совершенно спокойно. Словно это было вполне естественно. Словно между ними уже существовало какое-то негласное понимание. И именно это окончательно добивало двух старших учеников. Потому что они слишком хорошо знали характер внучки Великого старейшины Линь. Она никого к себе не подпускала. Никогда. Даже молодых наставников держала на расстоянии. А сейчас спокойно сидела рядом с каким-то младшим учеником, пила из одного сосуда с ним вино и даже не пыталась скрыть, что доверяет ему куда больше, чем собственным спутникам, которые имели куда более значимую родословную.

Максим же, казалось, вообще не замечал всей этой напряжённости. Хотя