Тени Овидии - Нилоа Грэй

– Овидия, – позвал Ноам. Но у нее не было сил взглянуть на него. Нижняя губа Овидии дрожала, она с трудом дышала, а голос как будто пропал. Все это было слишком. Чересчур много для одного.

– Я хотел сказать тебе раньше, – Ноам сделал шаг по направлению к ней, и мучительное выражение, будто он шел сквозь метель, скользнуло по его лицу. Овидия продолжала неподвижно стоять, и только тени-змейки беззвучно кружили вокруг нее. – Я хотел сказать раньше, но было еще не время. Не думай, я не пытаюсь оправдываться. Просто в нашей ситуации… В общем, мне показалось, что для твоей же безопасности будет лучше держать это в секрете. До поры.

«Наша ситуация», – повторила про себя Овидия.

Интересно, а то, что ее несколько лет игнорировали после того, как приблизили, обласкали, дали понять, что она ценна, это тоже часть «нашей ситуации»?

– Он сделал это, чтобы защитить тебя, – сказала Эндора, защищая брата. – Я помогала ему собирать информацию о тебе. Вместе с моим помощником Харви мы больше двух лет собирали данные о тебе, и картина складывалась по крупицам. Главное, что мы поняли: твоя сила идет изнутри тебя, она мощная и недооценивать ее нельзя. Нужно понять, откуда она взялась в тебе, как и почему возникла.

Кто-то постучал в дверь, и Овидия, вздрогнув, обернулась.

– Успокойся, – заверила ее Эндора. – Это мой помощник.

Дверь откылась, и в комнату вошел высокий юноша со светлыми волосами и зелеными глазами. В руках у него был поднос с красивым чайным сервизом. Ноам и Овидия переглянулись. Юноша широко улыбнулся.

– Это с вами мы встречались в Риджент-парке, – Ноам сразу узнал помощника.

– Харви Кокс, Дезертир и Провидец, – представился тот и, направившись к столу, бросил беглый взгляд на Овидию и ее змеек, которые продолжали тучами виться вокруг девушки.

– Свита твоя, – подмигнул он. – Понимаю.

В этот момент кот, который несколько минут назад выходил из комнаты, вернулся и запрыгнул Эндоре на колени. Та погладила его за ушком, будто благодаря. А потом встала и решительно направилась к Овидии. Подойдя к ней почти вплотную, она сняла свои длинные перчатки и бросил их на ковер.

– Можно?

Поймав взгляд Эндоры, направленный на змеек, Овидия кивнула. Ноам стоял рядом и наблюдал за происходящим так внимательно, что в какой-то момент Овидии показалось, будто на нее смотрит не одна, а четыре пары глаз.

– Расслабься, дорогой братец. Я не собираюсь причинять вред твоей жене, – сказала Эндора.

Похоже, она действительно поверила в то, что они женаты. Ноам умел создавать легенды.

– Я не хочу, чтобы ты сдерживала себя, – сказала Ночная Ведьма, глядя на Черную. Глаза в глаза. Серые против темно-карих. – Вполне возможно, что ничего не произойдет. Но если что-то случится, я не хочу, чтоб ты подавляла себя.

Овидия кивнула, и Эндора призвала свою силу – гипнотический фиолетовый свет. Овидия смотрела на него, но не теряла в нем себя. Она была сосредоточена на магии Ночной Ведьмы, а еще – на себе самой и своих силах. Вибрация пробежала по телу Черной Ведьмы, и Эндора положила руку ей на плечо. Повинуясь какому-то внутреннему импульсу, Овидия сделала то же самое. И в этот момент фиолетовое свечение вокруг мадам разгорелось и охватило их обеих. Огонь в камине стал ярче, замерцали свечи. И тени Овидии вышли на свободу. Все до единой. Их было так много, что Ноаму даже пришлось сделать шаг назад и встать рядом с Харви, который завороженно наблюдал за происходящим.

– Если вздумаешь рассказать кому-то, – предупредил Ноам, – я позабочусь об этом. Ты знаешь, на что мы в Обществе бываем способны.

И холодно улыбнулся.

– Напомню, что я помогал твоей кузине в исследованиях, – спокойно возразил Харви. – Так что не думаю, что у тебя есть повод для волнения.

– Все, что связано с безопасностью моей жены, повод для волнения.

– А ну-ка, кончайте свои мальчуковые разборки, – вмешалась Эндора, продолжая смотреть на Овидию и ее тени.

Когти теней впивались в плечи девушки, но это не было больно, скорее воспринималось как заверение в преданности: мы рядом и сделаем все, что необходимо. В этот момент фиолетовое сияние, излучаемое Эндорой, усилилось, и Овидия почувствовала, что ее грудь пронзает нечто острое. Будто кто-то посягает на ядро ее силы, самую ей сердцевину.

Тени зашипели, направив множество золотых глаз на Овидию.

– Что ты делаешь? – спросила Черная Ведьма, с беспокойством взглянув на Эндору.

– Не бойся. Сохраняй спокойствие. Почувствуй, что я делаю, и попробуй сопротивляться.

Овидия глубоко вздохнула и мысленно приказала своим теням подойти поближе.

«Подойдите. Сейчас».

Тени сгрудились вокруг. Слева показался силуэт Фесте.

– Хорошо, – кивнула Эндора. – Давай, Овидия, ты сможешь.

Овидия продолжала действовать, но укол в грудь вызвал странный эффект. Она будто начала сдуваться. Силы иссякали, а тени начали постепенно исчезать, как будто кто-то уничтожал их.

И тут Овидия поняла, что это была Эндора. Та же продолжала свое упражнение, внимательно глядя на Овидию и отмечая малейшие изменения в ее лице. Когда глаза Овидии засияли золотом, мадам облегченно вздохнула. Это означало, что Овидия извлекает из себя свою силу. И не только извлекает, но и использует ее. А значит способна сопротивляться. И будто подтверждая ее слова, тени вернулись, сильные как никогда. Вейн, Альбион и Фесте улыбались.

Овидия почувствовала, как к ней возвращается энергия. Эндора не могла украсть ее: ни один Чувствительный не способен поглотить силу другого Чувствительного. Но за годы исследований Ночная Ведьма разобралась, как работает сила Овидии, и этого было достаточно, чтобы попытаться ослабить ее. Эндора выдохнула, и фиолетовый свет, который она излучала, вдруг начал тускнеть, а тени-змейки поползли вверх по ее рукам, и дальше, пока не покрыли все ее тело. Овидия не собиралась атаковать. Она лишь повторила прием Ночной Ведьмы: свела на нет силу своей соперницы. Мадам стиснула зубы и попыталась сопротивляться, но у нее ничего не получалось. Овидия улыбнулась. Тем временем сила Эндоры все иссякала, и тут Черная Ведьма поняла, насколько чистой была эта сила. Это была энергия луны и звезд. Фиолетовое с белым свечение отражалось от кожи Эндоры, это было безумно красиво, и не с кем было поделиться этой красотой, потому что даже Ноам и Харви, хоть и были Чувствительными,