Мой муж меня не заказывал - Лизирин

Его пальцы чуть сильнее сжали мою ладонь, и это уже не было ни вежливым жестом, ни случайным движением — это было действие, в котором чувствовалось намерение.

— Это невозможно не заметить, — ответил он, и в этом спокойствии уже слышалась натянутая струна.

— Тогда не смотри, — отозвалась я мягко.

Он повернул голову, и теперь его взгляд был направлен только на меня.

— Я предпочитаю знать, куда именно направлено твоё внимание.

Я чуть приподняла бровь.

— Как трогательно. Мы уже перешли к стадии, где ты контролируешь, на кого я смотрю?

— Не утрируй.

— Я не утрирую, — тихо усмехнулась я. — Я просто фиксирую.

Он чуть подался ближе, настолько, что его голос стал ещё ниже, почти на грани шёпота.

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я.

— О том, что тебе это не нравится? — уточнила я.

— О том, что ты даёшь поводы.

Я склонила голову, наблюдая за ним.

— А если мне нравится давать поводы?

На секунду показалось, что он сейчас ответит резко. Но он сдержался. И именно это оказалось интереснее.

— Тогда тебе стоит быть готовой к последствиям, — сказал он.

— А тебе — к тому, что не всё можно контролировать, — спокойно отозвалась я.

Пауза между нами стала плотной, почти осязаемой.

И, возможно, мы бы продолжили этот разговор дальше, но в этот момент рядом появился Лейрон, как всегда идеально вовремя, будто заранее чувствовал, где именно напряжение начинает становиться слишком личным.

— Надеюсь, я не прерываю что-то исключительно содержательное, — произнёс он с лёгкой усмешкой, переводя взгляд с меня на Диона и обратно.

Я повернулась к нему, позволяя улыбке стать чуть теплее.

— Вы, лорд Лейрон, никогда не прерываете, — сказала я. — Вы просто появляетесь в тот момент, когда становится особенно интересно.

— Тогда я чувствую себя почти необходимым, — ответил он, слегка склоняя голову.

Его взгляд скользнул по мне — спокойно, без давления, но с явным интересом, который он даже не пытался скрыть.

И вот тут Дион стал заметно холоднее. Не резко. Не демонстративно, но достаточно, чтобы это почувствовалось.

— Вы сегодня выглядите иначе, миледи, — произнёс Лейрон, не отрывая взгляда. — И, должен признать, это изменение… заслуживает внимания.

— Надеюсь, в хорошем смысле, — отозвалась я.

— В самом лучшем, — сказал он.

— Тогда я начинаю подозревать, что мне стоит чаще выходить в свет.

— Я бы это поддержал.

— Я — нет, — вмешался Дион ровно, и в этом «нет» не было ни громкости, ни грубости, но было чёткое ограничение.

Лейрон чуть повернул голову.

— Я заметил.

Я перевела взгляд на Диона.

— Ты сейчас всех распугаешь.

— Это не проблема.

— А если я не хочу, чтобы их пугали?

Он посмотрел на меня.

— Тогда не давай поводов.

Я едва сдержала смех.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем.

— Боже, — тихо пробормотала я, — ты звучишь как человек, который внезапно обнаружил, что у него есть жена, и теперь пытается разобраться, что с этим делать.

Лейрон не удержался и тихо усмехнулся.

— Должен признать, это довольно точное наблюдение.

Дион не ответил, но его взгляд на секунду стал опаснее. И именно в этот момент рядом с нами остановился мужчина.

Он появился так спокойно, что его присутствие стало заметным не сразу, а только тогда, когда Дион чуть повернулся к нему, и в его движении появилась та самая сдержанная внимательность, которую я уже начала распознавать.

— Лорд Варгас, — произнёс он.

— Милорд, — отозвался тот мягко.

— Моя жена, Изель.

Я чуть склонила голову.

— Миледи, — сказал Варгас, и его взгляд на секунду задержался на мне — ровно настолько, чтобы быть вежливым.

— Лорд Варгас.

— Рад видеть, что вы оправились, — произнёс он.

— Я тоже, — ответила я.

Разговор был коротким. Слишком коротким, чтобы за него зацепиться.

Когда он отошёл, я уже собиралась сказать что-то Диону, но в этот момент моё внимание зацепилось за движение в стороне.

Один из гостей, стоявших чуть дальше, поднял бокал, и рукав его камзола сдвинулся. И вот тогда я увидела это.

Пуговицу.

Не ту же самую, но слишком похожую. Тот же металл. Тот же характер узора.

Я не замерла. Не дернулась.

Просто на долю секунды задержала взгляд, потом спокойно перевела его дальше, как будто ничего не произошло.

Но внутри уже щёлкнуло. Не совпадение.

— Ты отвлеклась, — тихо заметил Дион.

— Мне просто стало интереснее, — ответила я.

— Это плохой знак.

— Для кого?

— Для всех.

Я чуть улыбнулась.

— Тогда, возможно, я наконец-то на правильном приёме.

И именно в этот момент рядом со мной остановился Эйден.

Не на другом конце зала, не в той безопасной дистанции, где взгляд ещё можно было счесть случайностью, а почти рядом, на расстоянии, достаточном, чтобы я почувствовала не только его присутствие, но и то странное, необъяснимое напряжение, которое поднималось во мне всякий раз, когда он оказывался в поле зрения.

Он не подходил слишком близко, не нарушал этикета, не делал ничего такого, что можно было бы потом назвать дерзостью или особым вниманием в глазах окружающих. И всё же в самом этом движении — точном, прямом, лишённом колебаний — уже было слишком много личного для человека, который якобы просто приветствует гостей в собственном кругу.

— Миледи, — произнёс он спокойно.

Я повернулась к нему, и в ту же секунду меня снова накрыло тем ощущением, от которого невозможно было избавиться ни волей, ни логикой: словно я смотрела не на чужого мужчину, не на наследника трона, не на человека, с которым знакома от силы два вечера, а на кого-то, кого знала очень давно. Не умом. Не памятью. Гораздо глубже и, оттого, страшнее.

— Ваше Высочество, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он смотрел на меня так, будто пытался сделать то же самое, что и я: удержать лицо, сохранить дистанцию, не дать собственному телу выдать ту странную, почти болезненную узнаваемость, которая возникала между нами без разрешения и без объяснений.

— Мы уже встречались, — сказал он после короткой паузы, и в его голосе не было ни флирта, ни светской любезности, ни привычной для двора игры. Это была почти сухая констатация, за которой, однако, чувствовалось нечто