Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды - Яра Вереск

Я тогда просто выслушивала ее, кивала, иногда предлагала какие-то очевидные, но откровенно не рабочие решения. Вроде: «Ну ты же можешь взять паузу и отдохнуть пару дней?».

«Какие пару дней?! Я не смогу работать минимум неделю! Пока не восстановятся тонкие энергетические потоки… ах, милая! Если бы в тебе была хотя бы маленькая доля моего дара!».

В общем, утешать я не умею. Но все же сказала:

— Не переживай. Дружба Милены ничего не стоит. А если будет нужно… ну зови меня. Может, вместе выплывем.

Так незаметно я проводила ее до комнаты. Мы попрощались.

А накрыло меня, когда я вошла к себе. Дрианы не было — у нее вечерняя подработка в столовой. Я легла в постель и почему-то вернулась в воспоминаниях под ту самую темную арку. Только на этот раз Вильгельмины там не было. Только я, Милена и ее свита.

Она что-то говорила, а я не слышала. Меня трясло.

Ведь на самом деле, стоило сбиться хоть в чем-то. Хоть в интонации, хоть в паузе или жесте, и они не поверили бы мне. Это был бы провал. Я не смогла бы ни помочь Вильгельмине, ни себе. Я сделала бы только хуже.

Кроме того, вместо лиц тех парней я почему-то видела отчима и его приятелей.

И, как и тогда, у меня не было выхода, кроме как в ящерку…

А ректор меня звал — «Ящерка». И было не обидно. Было приятно даже.

Волшебным образом воспоминание о Дакаре меня немного успокоило, призраки прошлого канули в прошлое. Только бы с ним все было хорошо!

Недоверчивая Сула отказалась пить воду с успокоительными каплями. Ветеринар — хрупкая женщина с гладкой прической и в туфлях на каблуке, предложила ввести средство в мясо, но сказала, что не уверена в результате. Потом обругала нас за сено. Сула все время лежит, кожа в некоторых нежных местах преет. А солома — такой же источник заразы как и голая земля. Фарат невозмутимо ответил, что «сейчас принесет пару матрасов из бывшего общежития». И действительно вернулся через десять минут груженый полосатыми и на вид совершенно новыми матрасами.

— Вот, общагу закрыли, а это добро так и лежит, невостребованное.

И грифон действительно позволил себя переложить.

Удалось, наконец, заменить подстилки и вычистить вольер. Это отняло весь вечер. Мы устали, извозились, я едва увернулась от грифоньего клюва… но оно того стоило!

Чистая Сула с обработанными ссадинами и пролежнями выглядела куда лучше. Намаялась, бедная, и задремала еще до нашего ухода.

Фарат проводил меня до стоянки наемных моторов. Он выглядел слегка встревоженно. Но рассказал, только когда я уже договорилась с шофером о поездке.

— Знаете, Рона. Я не уверен, но сегодня возле вольеров крутились чужаки. И сейчас вон там, с охранником стоянки разговаривают. Взгляните. Знакомые ваши?

Я скосила глаза в сторону деревянной будочки поста охраны. Сторож в форме, даже в фуражке городского транспортного общества действительно разговаривал с некими молодыми людьми. Те — в невзрачной одежде, непримечательные. С такого расстояния подробности не разглядеть, но раньше я их точно не видела. Или не обращала внимания.

— Нет, Фарат. Но если вдруг заметите их рядом с Сулой, скажите мне, ладно?

Хотя, что я смогу сделать? Даже полиции не сообщишь. Если полиция заинтересуется этим местом, то Сула рискует остаться без своего уютного теплого вольера.

— Ладно. Попробую что-нибудь узнать.

Но — никаких происшествий, никаких новостей. Дакара все не было. Учеба шла своим чередом. Даже Милена временно перестала меня цеплять. Даже, можно сказать, немного утихла. Никаких броских нарядов, только прикидывающихся формой. Никакой яркой косметики.

Я даже почти успокоилась.

Пока однажды, — был выходной, я торопилась к Суле, — вдруг снова не заметила человека, который целенаправленно шел за мной несколько кварталов. Я попробовала оторваться, пробежав через парк, даже проехала остановку на двухэтажном многоместном моторе. Не отстал!

Я тогда вернулась в Академию, решив, что навещу Сулу позже.

Это был единственный раз, когда я к ней не пришла. И парадоксальным образом, именно этот случай и помог нам с ней, ну если не подружиться, то хотя бы найти общий язык.

Потому что на следующий день я сняла платок. Я достала из глубин тумбочки синее форменное платье и заклинанием разгладила его. Надела.

Из зеркала на меня смотрела не я. Точно не я! Никто не узнает! Волосы уже отрасли на три пальца. Стало похоже, что у меня такая вот экстравагантная прическа. Даже можно изобразить челку.

Куртка у меня осталась та самая, которую купил Дакар на Ледяном Мысе — недорогая, но теплая и удобная, коричневая. Отличная куртка! Как раз спрятать слишком облегающий лиф платья!

А вот сапоги я так и не приобрела. Денег, оставшихся с зарплаты, хватило только на ношенные ботинки. Их мне перепродала Дриана, которая изредка совершает набеги на блошиные рынки и домашние распродажи.

Да. Вид получился совсем не экзотический, незаметный.

Если немного сутулиться, не поднимать глаз и нигде подолгу не задерживаться, есть шанс проскользнуть незаметно! Вот в таком виде я и отправилась к Суле.

Глава 20

Нападение и надежда

Кажется, получилось! Я вышла из Академии даже не думая скрываться или прятаться. Спокойно дошла до стоянки моторов, договорилась с водителем и без всяких проблем доехала в Сурраг. Накрапывал дождик. Я быстро расплатилась.

Как она там? Все ли хорошо? Может, я зря вчера сюда не поехала и с ней беда?! Может, меня нарочно напугали. Чтобы я осталась в Академии. Вот же я бестолочь! Как не подумала-то об этом сразу?

А ведь я обещала ей, что буду приходить каждый день! Впрочем, она, может быть, только обрадовалась, что никто ее не тревожит, не заставляет слушать всякий вздор.

Ведь я — не ее хозяин.

Сула меня ждала. Стоило открыть двери, как изнутри раздалось ворчание и шорох крыльев. Я зажгла свет, и увидела, что грифон уже не лежит на подстилке, а переполз почти к тому месту, где я обычно сижу с книгой. Теперь от входа ее было трудно заметить.

— Привет, самый красивый грифон нашего мира! — сказала я, заходя. И прикрыла двери.

Она заворчала, настороженно к чему-то прислушиваясь.

— Скучала? — Спросила я, вглядываясь, не появилось ли новых ранок на сгибах крыльев. — Знаю, что не скучала, а если скучала, то не по мне!

Грифон фыркнул и отвернулся, а я достала книгу. И в этот момент в дверь настойчиво застучали.

Фарат? Вообще, он