Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл

Он говорил о победе, но в его голосе не было радости.

— А что… что с нашими? — спросила я, и голос предательски дрогнул.

Он опустил голову.

— Их похоронили со всеми почестями. В закрытом мемориале «Черной стражи». Их имена будут высечены на стене героев. Император лично присутствовал на церемонии. Фэй… он был сиротой. У него не было семьи, кроме нас. Он всегда говорил, что хочет умереть в бою, защищая то, во что верит.

Он говорил это, чтобы утешить меня, но я видела, как сжались его кулаки. Потеря каждого солдата была для него личной раной.

— Это моя вина, — сказала я тихо. — Я повела их туда. Я не рассчитала…

— Это война, — прервал он меня, поднимая голову. Его взгляд был твердым. — В войне солдаты погибают. И виноват в этом не тот, кто ведет их в бой, а тот, кто эту войну развязал. Ваша вина лишь в том, что вы слишком много на себя берете. Включая чужую ответственность.

Он наклонился вперед, его локти легли на колени.

— А теперь расскажите мне. Все. С самого начала. Что произошло в монастыре после того, как вы разделились?

И я рассказала. Рассказала про ритуал, про ангельское лицо «Призрака» и его мертвые белые глаза. Я рассказала о ловушке, о его голосе в моей голове, о том дьявольском выборе, который он мне предложил. Я рассказала, как уничтожила артефакт, и о его последнем, пугающем пророчестве. «Наша игра только началась».

Он слушал, не перебивая, его лицо становилось все мрачнее.

— Он не просто лидер культа, — сказал он, когда я закончила. — Он маг. И очень сильный. Способность к ментальной коммуникации, телекинез… это высший уровень владения Ци. Я никогда не сталкивался ни с чем подобным. И его стратегия… она безупречна. Он пожертвовал ключом, который искал годами, просто чтобы проверить вас. Узнать пределы ваших возможностей.

— Но зачем? — спросила я. — Зачем ему так нужна я?

— Потому что вы — единственное, чего он не смог предсказать, — ответил Цзинь Вэй. — Вы — аномалия в его идеальном плане. Он не может вас просчитать, и это сводит его с ума. Он не пытался вас убить в монастыре, а пытался вас понять. И он будет пытаться снова.

Он встал и подошел к камину, глядя на огонь.

— Теперь у нас есть «Печать Сдерживания», но без «Ключа Запуска» и «Схемы Сборки» это просто красивый кристалл. Мы обезопасили артефакт, но не устранили угрозу. «Призрак» сказал, что создаст новый ключ. И я ему верю.

— Что мы будем делать? — спросила я.

— Ждать, — он повернулся ко мне. — И готовиться. Он затаится. Но он оставил нам след. Тот самый теневой мир, с которым вы заключили сделку. «Старик». Если «Призрак» начнет искать компоненты для нового ключа, редкие минералы, древние тексты, он не сможет сделать это, не потревожив сеть «Старика». Теперь король воров — наш главный и самый ненадежный союзник.

Он снова сел в кресло. Напряжение понемногу отпускало его, сменяясь глубокой, смертельной усталостью.

— А вы… — он посмотрел на меня, и в его взгляде была нежность, которую он больше не пытался скрыть. — Вы будете восстанавливаться. Здесь. Столько, сколько потребуется. Двор считает вас сумасшедшей, готовящейся к уходу в монастырь. Это идеальная легенда. Никто не будет вас искать.

— Я не могу просто сидеть здесь! — возразила я. — Я должна…

— Вы должны исцелиться, — твердо сказал он. — Ваши раны не только на теле. Я вижу это в ваших глазах. Эта война почти сломала вас, и если вы сломаетесь, мы все проиграем. Вы нужны мне, Лиюэ. — Он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово. — Вы нужны мне сильной.

Он протянул руку и накрыл мою, лежавшую на подлокотнике кресла. Его ладонь была горячей и чуть шершавой от мозолей. Она полностью накрывала мою. Это простое прикосновение было красноречивее любых слов. Оно говорило о защите, о заботе, о партнерстве, которое переросло в нечто большее.

— Мы выиграли им немного времени, — сказал он тихо. — Целой империи. Ценой жизней наших друзей, и ценой частицы вашей души. Я не позволю, чтобы эта жертва была напрасной. Отдыхайте. Восстанавливайтесь. А я пока… построю стену. Вокруг вас. Вокруг столицы. Вокруг всего, что нам дорого. И когда «Призрак» решит снова выползти из своей норы, мы будем готовы.

Мы сидели в тишине, согретые теплом камина. Его рука все еще накрывала мою. Я смотрела на наши руки — его, большую и сильную, руку воина, и мою, тонкую, в шрамах, руку ученого, ставшего убийцей. Мы были из разных миров. Мы были лед и пламя, порядок и хаос. Но здесь, в этой тихой комнате, после бури, мы были просто двумя людьми, нашедшими друг в друге опору.

Я знала, что он прав. Война еще не окончена. Впереди нас ждали новые битвы, новые потери, новые невозможные выборы. Но в этот момент, чувствуя тепло его руки, я впервые за долгое время позволила себе поверить, что мы можем победить. Не потому, что мы были сильнее или умнее, а потому, что мы были вместе. И этого, возможно, будет достаточно.

Глава 32

Тишина в горах была не просто отсутствием звука. Она была живой, плотной субстанцией, которая окутывала наш маленький охотничий домик, отрезая его от остального мира. Здесь не было интриг, не было «Призрака», не было фанатиков в серых робах. Были только заснеженные сосны, треск поленьев в очаге и запах горьких трав, который, казалось, въелся в мои волосы навсегда.

Прошло три дня с тех пор, как мы вернулись из того ада. Три дня, которые должны были стать просто передышкой для заживления ран, но стали чем-то большим. Странным, пугающим и прекрасным безвременьем.

Я сидела на широком подоконнике, поджав под себя ноги. Ребра все еще ныли тупой, тянущей болью при каждом глубоком вдохе, а плечо было надежно зафиксировано тугой повязкой, но я чувствовала, как силы возвращаются. Моя Ци, словно ручей, освободившийся от льда, снова свободно текла по меридианам, вымывая остатки слабости.

Сяоту ушла на кухню готовить обед, тактично оставив меня одну.

Дверь скрипнула, впуская поток морозного воздуха и