Северная сага. Чëрный Ворон - Вячеслав Калинин

— Прошу разделить с нами скромную трапезу! — дочь неизвестного пока мне Тормода вернула грамоты сенешалю, а тот, в свою очередь, мне. — Твоя милость, господа, присаживайтесь к столу, слуги сейчас накроют обед. В нашем баронстве так скучно. Никаких свежих новостей. Может быть, вы расскажете нам что-то интересное? Откуда держите путь? Неужели из самого Рима?

— Не совсем, госпожа, — улыбнулся я, располагаясь в кресле напротив. — Мы плывем из Нортумбрии, одного королевства в Англии, где я также выполнял поручение Его Святейшества.

Откровенно врать я поостерегся, потому как Вендела выглядела женщиной умной и хитрой. Лицо хоть и невинное сделала, спрашивая, но внимательные голубые глаза ее выдают. Кажется, она меня проверить решила.

— Я провел в Англии почти два года, поэтому все новости мои будут касаться только острова. Что сейчас происходит в Европе, я и не знаю толком.

Вот так, пусть проверяет. Об Англии, я уверен, она может что-то знать только со слов каких-нибудь заезжих купцов, и то, вряд ли. Не станут, на самом деле, баронессы общаться с торговцами.

— А что вы там делали, преподобный? — невинно хлопая зелеными глазищами спросила Анетта.

— Простите, госпожа, но миссия моя секретна. Это дела Святого Престола, и я не могу о них распространяться. Скажу лишь, что я жил при дворе короля Энреда, и скукотища там не меньшая, чем везде. Иногда выезжал с инспекциями по монастырям, но не думаю, что рассказы об этом могут заинтересовать таких благородных дам, как вы.

Слуги очень удачно начали подтаскивать блюда с кушаньями, поэтому разговор угас сам собой. Мы принялись за еду и вино. Судя по обилию и разнообразию блюд и напитков, какой-либо бедности в замке де Бюсси не ощущалось. Скорее наоборот, выглядел стол по-королевски. У короля Энреда в Нортумбрии все даже попроще было.

Насытившись, я, в свою очередь, решил порасспрашивать хозяек. Меня озадачила их проблема с епископом, и я хотел понять ее суть. Об этом я и задал вопрос.

— Барон де Бюсси, упокой Господь его душу, поссорился с графом Гунтардом де Вермандуа46, — начала рассказ Вендела де Тормод. — Когда их ссора переросла в военное противостояние, барону понадобились деньги, чтобы нанять воинов и снарядить их в поход против графа. Деньги дал в долг епископ Доминик. Как оказалось, под огромные проценты и с обеспечением землями и этим замком.

Зеленоглазая Анетта во время речи матери молчала. Но я заметил, что она пытается разглядывать меня с явным интересом, хоть и немного смущаясь. Ух, какая же она все-таки красавица!

— Барон погиб, его войско было полностью разбито, — продолжила Вендела. — Нам повезло, что у графа появились срочные дела на границе, и он не стал захватывать баронство. У нас в замке осталось совсем немного воинов, способных защитить таких несчастных женщин, как мы с дочерью. А теперь настало время отдавать долг монастырю, мы выгребли всю казну, но не погасили даже зверских процентов! А этот мерзкий святоша даже слышать ничего не хочет об отсрочке! Ох, прости, твоя милость, я не хотела обидеть тебя! — опомнилась Вендела, сообразив, что ляпнула лишнего.

— Ничего страшного, госпожа! — отмахнулся я рукой. — Из того, что я услышал, я могу сделать вывод, что епископ Доминик занимается непристойным для священнослужителя действом — ссужает в долг под проценты! Это большой грех, особенно для духовного лица такого высокого сана!

— Но ничего не поделаешь. Нам придется покинуть замок и эти земли, и вернуться на родину к маме… — чуть ли не всхлипнула Анетта, подключившись, наконец, к разговору. — Там у нас осталась родня, и мы сможем получить хоть какую-то защиту.

Ах, какой ангельский голосок!

— Я попробую поговорить с епископом. Может быть мне удастся получить для вас отсрочку! — пылко заявил я.

Мда, и зачем? Опять язык впереди мозгов бежит. Подумал бы сначала о том, как убедить епископа… А никак его не убедить. Он уже эти владения мысленно присвоил. Хотя… Со мной сотня толковых воинов. В конце концов, можно пригрозить и убедить святошу силой. И что? Когда мы уйдем, а это случится обязательно, здесь я жить не намерен, Доминик все равно отберет баронство. Вломить ему так, чтобы и думать забыл в эту сторону? Хм… И расписку напишет, что никто никому ничего не должен. Может, тогда и получится. Попробовать стоит, однозначно. Ведь ни обе баронессы, ни, тем более, я, ничего не потеряем. Им и так покинуть замок придется, если не выйдет договориться. Ладно, примерный план, значит, у меня уже есть. Осталось провести разведку и проработать детали.

— Попробую поговорить с епископом! — повторил я баронессе Анетте, и ее изумрудные глаза засияли.

После ужина дамы заявили, что устали и отправляются почивать, а для меня и моих офицеров подготовлены комнаты, в которые нас проводят слуги. Я поблагодарил хозяек. На прощание, Анетта бросила такой многообещающий взгляд, что у меня закружилась голова и, кажется, на мгновение остановилось сердце.

После ухода дам, я попросил сенешаля задержаться для важного разговора.

Де Бранкас собственноручно разлил вино по драгоценным бокалам из зеленого стекла, и вопросительно уставился на меня, ожидая вопросов.

Я отпил пару глотков, оценивая напиток и собираясь с мыслями, а потом спросил:

— Скажи, шевалье, много ли наемников в монастыре Доминика?

— Около сотни, твоя милость. Это я знаю точно, так как готовился к обороне замка. Баронессы до сих пор не решили, уйдут ли отсюда, покорившись судьбе, либо откажутся отдавать владения. Поэтому я просчитывал разные варианты. Один из них — обороняться до последнего. А почему тебя это интересует? Уж не собрался ли ты вступиться за баронессу и воевать с епископом⁈

Я криво усмехнулся.

— Я — лицо духовное, и не приемлю насилия. Но я не потерплю ущемления прав беззащитных женщин и беззакония по отношению к ним. Сначала я попробую договориться с епископом. Сколько у тебя воинов, сенешаль? Десятка два?

— Вместе со мной двадцать два человека, твоя милость, — тяжко вздохнул Венсан. — Причем половина из них — совсем молодые парни, без боевого опыта, а остальные — искалеченные ветераны, способные только ворота открывать, да со стены за округой следить.

— Я видел нескольких норманнов, — возразил я. — Среди них почти не бывает слабаков!

— Есть у нас такие, да. Их трое. Это личная охрана госпожи Венделы. Она