Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж - Е. Лань

А за его спиной, одной рукой грубо сжимая седые волосы Повелителя, а другой приставив к его изможденному горлу изогнутый стальной клинок, стоял генерал Чхве.

Командующий Восточным Гарнизоном был загнанным волком. Его доспехи были забрызганы кровью — кровью его собственных союзников, с которыми он сражался во внутренних дворах еще несколько часов назад. Глаза генерала лихорадочно блестели.

— Ни с места! — голос Чхве сорвался на визг, когда мы переступили порог. Эхо многократно усилило его истеричный крик. — Бросьте оружие, Ли Джин! Один шаг, одно движение — и я перережу горло этому старику! Империя останется без Повелителя!

Ли Джин замер. Я видела, как напряглась его спина, как побелели пальцы, сжимающие эфес меча. Его дыхание стало прерывистым. Наследный Принц, готовый разорвать врагов голыми руками, оказался парализован. Жизнь его отца, его Повелителя, висела на волоске. Любой его бросок, любая атака Му-Мёна или Тэ-О были бы слишком медленными. Клинок генерала Чхве был в дюйме от артерии Императора.

Мятежники застыли, ожидая нашего хода.

Ситуация была патовой. Классический тупик, в котором грубая сила теряет всякий смысл.

Я медленно, плавно выдохнула. В груди разлилась привычная, ледяная пустота. Мне не нужно было бежать, не нужно было наносить удары. Мне нужно было сделать то, что я умела лучше всего.

Уничтожить их, не двинувшись с места.

Я сделала один маленький шаг вперед, выходя из-за плеча Ли Джина. Мои руки изящным, неспешным жестом раскрыли стальной веер. Легкий щелчок металлических спиц прозвучал в тишине Тронного Зала поразительно громко. Я лениво обмахнула лицо, делая вид, что мне стало жарко от их нервозности.

— Какое… вульгарное зрелище, — произнесла я.

Мой голос был тихим, тягучим и пропитанным такой бездонной, искренней скукой, что гвардейцы мятежников нервно переглянулись.

Генерал Чхве моргнул, его взгляд сфокусировался на мне.

— Ты! — прохрипел он, узнав во мне ту самую компаньонку, о которой ходили слухи. — Девчонка из клана Чон! Закрой рот, если хочешь жить!

— Жить я хочу исключительно в комфорте, генерал, а ваш крик вызывает у меня мигрень, — я слегка склонила голову набок, разглядывая его с выражением брезгливого любопытства. — Вы держите клинок у горла Сына Неба, но ваши руки дрожат, как у новобранца, впервые увидевшего кровь. Вы думаете, что держите нас в заложниках? О, нет. Вы в корне неверно оцениваете позицию. Мы не осаждаем вас. Мы просто пришли посмотреть, как вы утонете в собственной глупости.

Я начала медленно, размеренным шагом прохаживаться вдоль линии замерших гвардейцев Принца, словно прогуливалась по весеннему саду. Ли Джин не останавливал меня.

— Вы — крысы в бочке, которую мы заботливо наполнили водой, — мой голос лился плавно, обволакивая их разум. — Вы заперты здесь без свежей воды, без нормальной пищи. Скажите мне, генерал Чхве, каково это — быть командующим Восточным Гарнизоном, и при этом проиграть войну девушке, которая всё это время лежала на шелковой кушетке в портовом складе?

Лицо генерала исказилось от ярости, но он не отвел клинок от горла Императора.

— Это ты… — прошипел Министр Пак, отступая на шаг и указывая на меня трясущимся пальцем. — Это ты перекрыла поставки! Ты отравила воду! Ведьма!

Я перевела свой ленивый взгляд на тучного чиновника.

— О, Господин Министр, — я слегка улыбнулась. — Разве я могла отравить воду? Я слишком слаба, чтобы поднимать ведра. Я лишь помогла вам осознать вашу собственную ничтожность. Кстати о ничтожности… Ваше золото, которым вы так гордитесь. Скажите, оно помогло вам купить верность?

Я указала сложенным веером на гвардейцев, стоящих вокруг него.

— Посмотрите на этих людей, Министр Пак. Они голодны и напуганы. Они знают, что за стенами Дворца стоит народ, который готов разорвать их на куски. А вы стоите здесь, тряся бесполезной железкой. Как вы думаете, сколько пройдет времени, прежде чем они решат, что ваша голова — это отличный способ получить для себя помилование?

Гвардейцы мятежников вздрогнули. Некоторые из них инстинктивно бросили косые взгляды на потеющего Министра. Зерно сомнения, которое я щедро сеяла, дало мгновенные всходы.

— Не слушайте её! — взвизгнул Пак, пятясь к помосту. — Это ложь! Я заплачу вам втрое! В десять раз больше!

— Ваше золото сейчас ничего не стоит, — безжалостно произнесла я. — Вы пытались купить Империю, но не смогли купить даже собственную безопасность. И знаете, что самое забавное? Вас ведь предал не только ваш собственный страх. Вас предали ваши же союзники.

Я остановилась прямо напротив помоста, глядя снизу вверх на генерала Чхве.

— Скажите, генерал, как вам письмо, которое вы «нашли»? В котором министр Пак приказывает южным гарнизонам арестовать вас сразу после переворота?

Глаза генерала Чхве округлились, его грудь тяжело вздымалась.

— Письмо… — прохрипел он.

— Ты лжешь! — заорал Пак, обращаясь ко мне. — Я не писал такого письма! Это была подделка! Чхве, она стравливает нас!

— А письмо к наемникам Гильдии? — я даже не моргнула, перекрывая его истерику своим ровным, безжалостным голосом. — Где вы, генерал Чхве, обещали отдать им сокровищницы клана Пак в обмен на убийство Министра? Вы ведь поверили в него, не так ли? Вы оба поверили. Потому что вы — трусы, измеряющие чужую верность мерой собственного предательства.

Напряжение в Тронном Зале достигло абсолютной, звенящей точки. Мятежники были сломлены психологически. Они не понимали, кому верить и осознали, что каждый их шаг контролировался извне.

Я решила нанести последний, смертельный удар по их рассудку.

— Вы проиграли, — я сложила веер и спрятала руки в широкие рукава, принимая позу абсолютного, ленивого покоя. — Ворота открыты. Город в руках Наследного Принца. Завтра утром прибудут легионы Юга под командованием моего отца. Вы знаете законы Империи, генерал Чхве? Поднятие оружия на Сына Неба — это не просто смерть. Это выжигание рода до девятого колена. Ваших сыновей казнят. Ваших жен продадут в рабство. Ваше имя будет вымарано из всех хроник. И всё это ради чего? Ради старика, который умер от шальной стрелы два дня назад?

Советник Ли был мертв, и я безжалостно использовала этот факт, чтобы показать их абсолютное одиночество.

— Вы стоите на краю бездны, генерал, — я смотрела прямо в глаза Чхве, направляя на него всю мощь своей ауры подавления. — И я, поверьте, не собираюсь протягивать вам руку. Мне слишком лень. Я буду просто стоять здесь и смотреть, как вы падаете.

Дыхание генерала