Звериное начало. Том II - Ксен Крас

приятеля, за что однажды Верхушка наказала его на целый год и поставила защитные печати на его руки, чтобы он не мог вызвать никого существеннее кошки или собаки для самозащиты. В течение этого же промежутка времени несчастного вынудили посещать Альянс призывателей, где ему втолковывали правила поведения, законы Альянса, и рассказывали о необходимости перестать чувствовать что-либо в процессе призыва, и отдаваться делу с холодной головой, а не поддаваясь эмоциям.

Таэль не забыл пожаловаться, что при этом сами призыватели из Альянса – в данном случае свэта отправили за пределы Общины, чтобы тот побыл среди людей, калнсов, дэбэсов, вэйшей и других – имели при себе призванных друзей, а порой любовниц и любовников. Бывало, что не в единственном экземпляре. Сам Таэль, только научившийся призыву полноценных существ, похожих на него самого по строению, после того, как появился Бау, умудрился найти себе еще одного спутника, вернее, спутницу. Призыватель называл ее Ианна. Прекрасная призрачная дева с летящими за ней длиннющими волосами и мощными лапами, похожими на тигриные вместо ног, с когтями на передних конечностях и пронзительным взглядом быстро завоевала сердце юнца. Таэль без памяти влюбился, и с каждым днем только все больше мечтал перетащить Ианну в свой мир. Он стремился обучаться скорее для этого, чем потому, что хотел величия в то время.

Как поняла Рэйара, поддерживать какие-то отношения вполне возможно. Вот только может завершиться с неприятными последствиями для обеих сторон, куда чаще для призывателя, особенно недостаточно опытного. Переселение иномирца меняло ход вещей и могло привести к тому, что кто-то иной отправится на чужой план. Целый перечень рисков в свое время призыватель учил наизусть, так, чтобы даже проснувшись посреди ночи, он мог пересказать талмуд с любого указанного момента.

Зубрежка не помогла Таэлю, свэт позабыл обо всем и решил провести ритуал, чтобы быть с возлюбленной. Каждый день он удерживал ее рядом все дольше, а после и вовсе привязал, как Бау. Это вытягивало силы из молодого и неопытного свэта, но он предпочитал не замечать неудобств. Постепенно это доводило призывателя до истощения.

Кто именно помешал провести ритуал полного перемещения, Таэль не говорил, но упоминал, что благодарен этому свэту. Оказалось, что Ианна, как и все подобные ей плэсонигкаи, мечтала только о том, чтобы оказать в Дкадиаре. Принадлежащий ее сородичам план слишком мал, лишен развлечений и, самое главное, юнцов, готовых совершать подвиги ради прекрасных и необычных дам. Таэля, как и полагалось, Ианна использовала и планировала выжать из него все, что получится, а после найти себе другого ухажера. Бывало, что плэсонигкаи очаровывали сразу двух, трех или четырех существ, а после натравливали их друг на друга. Долго поддерживать влюбленность сразу нескольких им было очень тяжело, поэтому либо несчастные убивали друг друга по прихоти дев, либо женщины терзали каждого по очереди.

Алорэ, не участвовавший в разговоре, но прекрасно слышавший все, что говорилось, заметил, что именно плэсонигкаи, прорвавшиеся в любой из миров, приводили к самым кровопролитным войнам во имя любви. Лекарь заметил, что их чары всегда оставляют на сердце след и, несмотря на силу и способности разорвать врагов на куски быстрее кучки перевертышей, Таэлю не стоит больше призывать их. Второй раз любовные чары могут оказаться сильнее и выжгут душу дотла, или помутят рассудок так, что от свэта не останется ничего, кроме бесхребетного и безвольного влюбленного.

После истории Рэйара пожалела Таэля. Тот по-прежнему оставался чужим, порой он очень старался угодить братьям и сестре, но чаще всего вел себя как болван, надоедая, насмехаясь и кривляясь. Призыватель оставался чужаком в семье, его по привычке называли братом, ничего не вкладывая в это слово. Но в тот день Рэ, немного больше узнав о жизни свэта, сделала небольшой шаг к тому, чтобы стать для него другом. Продлились подобные теплые взаимоотношения недолго, так как уже на следующий вечер на любые замечания и насмешки Фэйэна Таэль снова огрызался и отвечал слишком уж грубо. Конечно же, сестра вставала на сторону заклинателя, из-за чего также выслушала порцию брани.

Сейчас призыватель как обычно сидел за столом и болтал с Бау, парящим над стулом. Кажется, они играли в какую-то игру, потому как пару раз Рэйара разобрала восклицания Таэля, стук рук о столешницу и недовольное мычание иномирца. Он мог говорить со свэтами, уже обучился языку и способам передавать информацию, если того сам хотел, но предпочитал ограничиваться своим хозяином.

– Я ее испачкала, – честно призналась женщина. Она не врала свэту и сколько бы тот ни заглядывал в глаза, не отворачивалась. Рэйара в самом деле превратила свой наряд в нечто неприличное, – И выкинула, когда нашла другую.

– Зачем? Чем ты могла ее так сильно испачкать, что пришлось выбрасывать даже плащ?

– Еще я немного ее порвала… – полукровка снова заискивающе улыбнулась. Эйэ перестал держать ее за руку и нахмурился, складывая руки на груди, – Я долго ходила, пока обошла все пекарни, пока побывала на небольшой площади, там, где театральные представления идут, пока поболтала с торговцами… Там столько всего продавали, я в жизни такого не видела! Знаешь, что я увидела там?..

– Меня интересует не это, – сердито покачал головой мужчина.

– Хорошо-хорошо, я поняла. Я бродила там долго, поела в новой таверне, посмотрела выступление и поняла, что уже поздно. Я побежала обратно, хотела сократить путь и немного не рассчитала, насколько может быть пыльной и грязной подворотня. Зацепилась за что-то и упала, – в этих словах так же было немало правды, перед тем как вернуться на постоялый двор Рэйара и правда упала, – В лужу.

– И это тот самый повод?

– Я поняла, что если постираю одежду, то могу не все отмыть и тогда ты поймешь, что я выбиралась в город. Я быстро отмылась, как могла, переоделась, а все старое выбросила… Я же не думала, что ты поймешь все равно, что я куда-то отлучалась! Ты постоянно приходил поздно, не обращал на меня внимания и ложился спать.

– Я всегда, – свэт не шелохнулся, но его голос звучал убедительнее любых движений, – Всегда о тебе думаю, понимаешь? Иногда я и правда устаю, и не могу в должной мере уделить тебе времени, сейчас у нас много того, что необходимо сделать. Завтра мы покажем тебе дом, который выбрали, и ты скажешь, согласна ли ты обустроить так, как нам посоветовали. Мы внесли некоторые изменения и уже заказали материалы, чтобы обустроить подвал для тебя. Я боюсь отпускать