Звериное начало. Том II - Ксен Крас

надвигался и в нем ощущалась опасность. Рэ отшатнулась, но предводитель отряда схватил ее за руку и дернул на себя. Она хотела близости до этого, но не теперь. Теперь она испытывала скорее страх, чем желание. Слишком холодным был взгляд. Серые глаза слились с белком, превращаясь в единое целое и взгляд этих глаз переворачивал все внутри. Если бы она была трусоватой, то ее колени затряслись бы от ужаса.

– Отпусти! – женщина уперлась в грудь предводителю. Она была ниже его на голову и в полтора раза крупнее. Ей пришло в голову, что смотрелись бы вместе они нелепо – как швабра и ведро. Лоснящаяся и привлекательная швабра и помятое жизнью рычащее ведро, по полнолуниям превращающееся в нападающий на всех капкан…

– Ты же сама хотела моего внимания, – Эйэ крепко сжимал запястье, если требовалось, в его пальцах находилось достаточно силы, – Ты хотела, чтобы я перестал отступать. Уверен, ты хотела и до сих пор хочешь близости. Это тебя волнует? Это тебя сердит? Именно из-за этого ты решила, что можешь устраивать скандалы при братьях? Если это тебя успокоит, хорошо, пусть. Раздевайся! Или хочешь, чтобы тебя раздел я?

– Я хотела не этого!

– А чего?

– Поговорить! Хотя бы поговорить!

– Мы все время разговариваем, но тебе этого мало. Хочешь, чтобы я постоянно держал тебя за руку, пока мы идем по улице? Хочешь, чтобы ты сидела рядом со мной, мы целовались на людях и постоянно смеялись как болваны? Или ты хочешь, чтобы мы предавались любви на этих койках под взгляды братьев и комментарии Таэля? Или просили их выйти пройтись каждый день?

– Я не… – Рэ не знала, то ли ей заплакать, то ли укусить свэта, то ли молча стоять, то ли сделать все и сразу.

– Не надо слез, это не выход, хоть вы, женщины, без них ничего решить не можете! – хватка брата не ослабла. Он так и не обнял сестру, а лишь удерживал рядом с собой, – Я не умею любить так, как хочешь ты, и не научусь. Мне немало лет, Рэ, но и в юности я проявлял свою любовь иначе. Мне неинтересна эта мишура. Я считаю, что в первую очередь должен защищать того, кого люблю, и помогать, обеспечивать, обучать жизни и тому, как обходиться без меня в случае чего. А все остальное не имеет значения. Сейчас мы здесь, чтобы найти врагов и обнаружить артефакты, мы здесь, чтобы привлечь к себе внимание и заставить противников оступиться. Мы познакомились с тобой в то время, когда наша Община ступила на тяжелый и опасный путь. К сожалению. Невовремя, верно. Я не могу позволить кому-то узнать о наших чувствах, чтобы тебя не использовали. Мы стараемся не брать тебя не только потому, что тебе неприятен Кэй, но и чтобы ты как можно меньше была в нашем обществе. В моем обществе. Это я представляюсь везде вашим главарем, это на меня должны будут начать охоту и в хорошем смысле, и в плохом. Если я появлюсь с тобой под руку – тебя будут использовать, чтобы подобраться ко мне. Я хочу пережить эту миссию. Хочу, чтобы ее пережили мы все.

– Я не думала, что все так… – пальцы предводителя перестали сжиматься, теперь он лишь едва придерживал руку, но женщина и сама не хотела никуда уходить, – Но то, что происходит здесь, останется здесь. Об этом никто не узнает.

– Шпионы есть везде, но меня пугает не это. Я не хочу, чтобы если меня убьют, ты горевала. Будет лучше, если все останется так, как сейчас и ты не будешь вспоминать наши объятия… Лучше обойтись без близости. И мне, и тебе. Так проще для нас обоих.

– Убьют? – полукровка выцепила единственное имеющее значение слово из монолога.

– А ты думала, что то, что мы делаем – это шутки? Что мы просто выполняем поручения, и только люди в городах будут умирать, когда ты даешь волю своим эмоциям? Рано или поздно найдется тот, кто решит убрать нас, Община уже лишалась свэтов, порой они умирали целыми отрядами, и… Да чего далеко ходить? Мы недавно сами лишись брата. Тогда, когда никто этого совершенно не ожидал.

Эйэ разжал руку.

Рэ не отступила, она продолжала стоять и смотреть на свэта, чувствуя себя виноватой. Она думала только о себе, только о своих низменных страстях и даже не пыталась понять, почему кто-то поступает как-то не так, как хочется ей. Ее плотские желания привели к ссоре и, скорее всего, лишь усугубили тот барьер, что и без того разделял Рэйару и предводителя.

Вопреки здравому смыслу и ожиданиям женщины, Эйэ не стал уходить после того, как высказался. Его руки легли на спину полукровке, прижимая ближе, вдавливая в жилистое тело. Рэйара прикрыла глаза, стоило только мужчине наклониться, чтобы быстро поцеловать ее, а когда снова посмотрела на предводителя, то заметила, что у него очень острый подбородок, неприятный немного выступающий вперед, когда свэт приоткрывал рот. Кроме того, угловатые выделяющиеся скулы и почти белые глаза не добавляли мужчине красоты. Он казался каким-то неживым.

Неожиданное осознание, что предводитель не так хорош, как ей всегда казалось, стерлось после второго поцелуя. Эйэ мягко двигал женщину в сторону кровати, она послушно пятилась, не контролируя куда и зачем они идут. Только когда деревяная рама ударила ее под колени и Рэ упала на перину, то женщина осознала, к чему все идет. Расшнурованная до половины рубаха держалась только благодаря силе воли, а плащ свэта остался лежать в нескольких шагах от кровати.

Эйэ уперся одной рукой рядом с Рэ, нависая над ней. С трудом собравшись с силами, женщина зажмурилась и помотала головой.

– Не надо. Не так и не здесь. Я не хочу, чтобы все это… Чтобы все было из-за ссоры и моей глупости. Тогда, когда ты не хочешь.

– Если бы я не хотел…

– Я понимаю. Вижу и чувствую, но нет. Ты прав, сейчас у нас слишком много других проблем, нам некогда тратить время на это, и не стоит торопиться. Может, лучше подождать, пока мы будем в доме, чтобы у нас было больше места, больше комнат и больше времени? Если мы из-за своих чувств подведем семью, мы никогда себе этого не простим.

– Я рад, что ты все понимаешь, – Эйэ поцеловал женщину в лоб и лег на ее кровать. Рэ опасливо опустилась рядом,