Обучение в Тени - Бенедикт Джэка

не сработало, и я остался ни с чем. Хуже того, у меня было чувство, что мне повезло, что я остался ни с чем. Я знал, что Байрон опасен, но недооценивал, насколько. Мысли то и дело возвращались к тому мимолетному моменту, когда голос и глаза Байрона заполнили мой разум, вытеснив собственную волю, и каждый раз я вздрагивал. На мгновение я почувствовал себя маленьким зверьком, застывшим под взглядом хищника. Я не понимал, что произошло, но что-то подсказывало мне, что я был на волосок от гибели.

Вернувшись домой, я обнаружил на своем телефоне кучу сообщений от Байрона. Я смахнул их, не прочитав ни одного, а потом свернулся калачиком на кровати и попытался понять, что делать.

***

За весь тот день я так и не нашел ответа. Но вечером Хоббс вернулся домой, свернулся клубком рядом со мной, и я провел пару часов той ночью, поглаживая его и ощущая его тепло. Когда я наконец заснул, мне не снились плохие сны.

Когда я проснулся на следующее утро, все стало яснее. Одно из вчерашних ощущений запечатлелось у меня в голове: ощущение, что я маленький зверек под пристальным взглядом гораздо более крупного существа. Потому что именно так все и было. Крылатые, корпорации, Дома... все они были намного больше и могущественнее меня. Я был мышью, мечущейся между лап огромных, нависших хищников, любой из которых мог раздавить меня, даже не заметив.

Если я был мышью, то и мыслить должен как мышь. А это означало, что я должен действовать в тени. Эти группы могли быть большими, но они неповоротливы. Пока я не привлекал их внимания, пока я показывал им только то, что они ожидали увидеть, они никак не могли понять, что я делаю на самом деле. Мне просто нужно было замаскироваться и выждать время.

И я начал применять это на практике.

На первом месте в моем списке дел стоял новый сигл. Уже некоторое время я мечтал о каком-нибудь агрессивном сигле, который позволил бы мне дать отпор врагам, с которыми я постоянно сталкивался, но постепенно начал понимать, что “давать отпор” - это неправильный взгляд на вещи. Мне не нужно сопротивляться, мне нужно выжить. И лучший способ сделать это - остаться незамеченным.

На данный момент единственным реальным способом скрытности была невидимость, которая, хотя и была эффективной, имела ряд серьезных недостатков. Сиглы дифракции и видения вместе взятые съедали больше половины моей эссенции и требовали постоянной концентрации, а это означало, что, пока они оба работали, было очень трудно делать что-то еще. Мне нужно было что-то такое, что скрывало бы мою личность, но при этом работало бы в фоновом режиме, пока я сосредоточен на других делах. И так случилось, что прошлой весной я наткнулся на человека с сиглом, который, как мне показалось, мог бы стать именно тем, что я искал.

Через два дня после встречи с Байроном я получил еще одно предложение о работе. Как и в прошлый раз, сообщение было отправлено с анонимного номера, и в нем в неопределенных выражениях говорилось об охране Колодца. Я внимательно прочитал сообщение, затем отправил ответ с просьбой предоставить более подробную информацию. В ответ я получил сообщение, что они не могут сообщить никаких подробностей в связи с конфиденциальным характером операции и что меня полностью проинформируют ближе к сроку.

Я надавил на них, но они отказались идти на попятную, настаивая на том, что это те же условия, которые они предлагают всем, что я могу принять их или отказаться, и предупредив, что если я откажусь, это может негативно отразиться на желании других работодателей обращаться ко мне впоследствии.

Я думал об этом в течение дня, затем вежливо поблагодарил их и отказался. Больше я никогда не слышал об этом номере.

Я снова связался с Байроном. Мне не очень хотелось отвечать на его сообщения, но я чувствовал, что он - или Марк - может начать искать меня, если я этого не сделаю. Байрон снова извинился за поведение Марка и сказал, что сожалеет о том, как закончилась наша встреча. Я ответил нейтрально, но когда Байрон предложил встретиться еще раз, я сказал только, что мне нужно время, чтобы подумать об этом. Я учился.

Январь подходил к концу. Мое финансовое положение было не самым лучшим: с начала зимы я стал находить все меньше и меньше Колодцев, а цены на еду и отопление в Лондоне взлетели до небес. Судя по тому, как развивались события, деньги у меня должны были закончиться где-то к середине лета.

Но, прежде чем это произошло, я наконец получил ответ от Калхуна. Проснувшись однажды утром, я обнаружил его сообщение, в котором говорилось, что через два дня в Лондон прибудет Джоанна Мейзел и что я должен договориться о встрече с ней и ее начальником службы безопасности при первой же возможности.

Глава 16

Отель находился недалеко от вокзала Виктория. С зелеными растениями и флагами Великобритании, торчащими с первого этажа, и парадным крыльцом, похожим на греческий храм, он был похож не столько на отель, сколько на особняк очень эксцентричного миллионера. У меня были некоторые проблемы со швейцаром, но имя Джоанны в конце концов помогло мне пройти.

Оказавшись внутри, я растерялся, куда мне идти. Пройдя по бело-черному кафельному коридору, я попал в приемную с диванами, с потолка свисали причудливые люстры. В углу стоял телевизор с плоским экраном, настроенный на новостной канал. Баннер внизу гласил: “ЦЕНЫ НА ЭНЕРГОНОСИТЕЛИ В Великобритании ДОСТИГЛИ РЕКОРДНО ВЫСОКОГО УРОВНЯ”; над баннером канал показывал американского ведущего ток-шоу.

"...но чистая совесть стоит бакса или двух", - говорил ведущий ток-шоу. Его аудитория разразилась аплодисментами, и он сам несколько раз похлопал, прежде чем продолжить. "Я готов заплатить... это важно! Я готов платить четыре доллара за галлон". Он ухмыльнулся. "Черт, да я буду платить пятнадцать долларов за галлон, потому что езжу на Tesla". Зрители рассмеялись.

Джоанны нигде не было видно. Я повернулся и ушел.

В конце концов я нашел ее в ресторане отеля. На стенах были нарисованы лесные пейзажи, а окна выходили на заросшие листвой витрины, придавая заведению идиллический вид райского сада. Джоанна и незнакомый мне мужчина сидели за столиком, и Джоанна помахала мне рукой, как только я вошел. "Привет, Стивен, - с улыбкой сказала Джоанна, когда я подошел. "Давно не виделись".

Когда я впервые увидел Джоанну Мейзел, она показалась мне самой красивой девушкой, которую