Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

- Это имеет значение?

- Ты же ветврач. Должна знать, что происходит весной с волками.

- Он же не волк. Он, как-никак, разумен.

- Весной практически невозможно встретить оборотня в человеческой ипостаси. Как и у волков, у них это период размножения. Весной они животные.

- И что с того?

- Каждую весну Грэм уходил в Библиотеку и практически все время оставался в человеческой ипостаси.

- Вы что пытаетесь мне доказать, что все это время у него никого не было?

- Вот именно.

- Глупость. Что, оборотни не занимаются сексом в человеческом обличии?

- Господи, - вздохнула Рената, - придется все объяснять на пальцах. Гектора бы сюда! Ну, да ладно...

Выслушанная длинная лекция о социальном устройстве, сексуальной активности и размножении оборотней ничего мне не доказала. Для общего образования, конечно, полезно, но ситуации не меняет. Ну не могла я поверить, что Грэм хранил мне верность все это время.

- Я тебя убедила? – спросила Рената с надеждой.

- Нет, - твердо ответила я. - То, что вы пытаетесь донести – голословно. У меня нет никаких оснований вам верить.

- Хорошо. Я скажу тебе еще кое-что. Грэм – очень сильный маг-трансформатор. Его способности уникальны. Тебе, например, ни один другой трансформатор не смог бы помочь с обращением. Только Грэм. В нем смешались две уникальные генетические линии, и дали вот такую мутацию. Для любого клана оборотней было бы очень желательно иметь такого сильного трансформатора. Если Грэм останется единственным, очень скоро клан вервольфов превысит по численности все остальные вместе взятые. Разумеется, это никого не устраивает. И леди Рисс спит и видит полукровок от Грэма в каждом клане. Так вот пока таких полукровок нет.

- Кто такая леди Рисс?

- Львица. Руководительница совета кланов. И потрясающе красивая женщина. Ты должна была видеть ее портрет.

- Ну, кажется, видела, - я пожала плечами, вспомнив запредельную красавицу с рисунка. - Вот только насколько он приукрашен?

- Ну, как тебе сказать. Это очень хороший портрет. Я бы сказала, одно из лучших ее изображений. Только даже Марта не смогла передать всей ее прелести.

- Так не бывает, - вздрогнула я. Мысль о том, что Грэм хотя бы даже просто знаком с этой красавицей не прибавила мне настроения.

- Представь себе, бывает. Это особая магия. Так о чем я говорила? Ах, да! Леди Рисс. Вижу, она произвела на тебя впечатление. Так вот, когда Грэм так и не соблазнился ни одной из предложенных красоток, львица решила сыграть ва-банк и взялась за дело сама.

- Что?!

- Вот-вот! Ты женщина и у тебя такая реакция. А теперь представь, что с мужиками в ее присутствии происходит.

- И... – я больше не могла претворяться, что мне безразличен этот разговор.

Рената это заметила, но продолжала рассказывать совершенно спокойно.

- Она попыталась его соблазнить. Но, то ли момент был выбран неправильно, то ли воли у парня оказалось больше, чем она рассчитывала, только он от нее сбежал.

- Сбежал?

- Да. С того момента и до самого перехода сюда, он все время старался не оказываться с ней в одном помещении. А если уж этого нельзя было избежать, ни разу не оставался с ней наедине. Когда леди Рисс приезжала в Библиотеку, он ни на шаг не отходил либо от меня, либо от Гектора. Грэм даже ночевал в кабинете у смотрителя. В общем, леди Рисс так и не смогла до него добраться.

- Кто такой этот Гектор, о котором вы все время говорите?

- Смотритель Библиотеки, наш с Грэмом друг и просто очень хороший человек.

- Человек?

- Да, представь себе. Люди там тоже есть.

Я поежилась. Мысль о красавице-львице не давала мне покоя.

- Почему я должна верить вам, что этой драной кошке не удалось его соблазнить?

- Потому что у львов по-прежнему нет уникального трансформатора. И не предвидится в обозримом будущем тоже, - улыбнулась Рената. - Но мне нравится, что ты так ее назвала.

- Почему?

- Ты ревнуешь.

- Еще чего!

- Алена, пожалуйста, ответь мне на один вопрос.

- Смотря какой.

- За эти три года у тебя были романы?

- Конечно!

- А если подумать?

Черт, ну что я себя веду, как девчонка! Да какое мне дело до нее! Почему я обороняюсь, словно в чем-то перед ней виновата?! Да еще и вру, к тому же. Больно надо!

- Хорошо, вы правы. У меня не было романов. И знаете почему? Потому что в моей жизни был красавец-оборотень, подаривший мне не только первый поцелуй, но и первую трансформацию. И самосознание. Вы ведь все это знаете, Рената. И прекрасно понимаете, что любой, кого я могла встретить после, проигрывал рядом с ним. Но, тем не менее, в мои пятнадцать лет, я справилась с юношеским эгоцентризмом и отпустила его к его народу, которому он был так нужен. И знаете, что он сказал мне, Рената? Он сказал, что найдет способ вернуться, чего бы ему это ни стоило. Вот только нашел он его, когда теперь уже я его народу понадобилась. А я понадобилась. Я, кажется, понимаю теперь, зачем. Оборотням нужен лекарь. Уж не знаю, чем им мой отец не подошел, но они выбрали меня. И не надо мне говорить, что Грэму наплевать на это. Я видела, какими глазами он смотрел, как я работаю. На меня он так не смотрел. Только на мою работу. Вы жили с сознанием того, что некрасивы, так что должны меня понять. У меня нет комплекса сверхполноценности. Я знаю, что невзрачна. Я знаю, что сама, как женщина, никогда подобного взгляда не заслужу. И вы всерьез пытаетесь заставить меня поверить в то, что я смогу конкурировать с какой-нибудь леди Рисс? Знаете, может, вы и не врете. Может Грэм действительно хранил мне верность все это время. Но он был тогда ненамного старше меня и к тому же в чужом мире. А сейчас, когда налет подростковой романтики слетел, он никогда уже не увидит во мне свою Елену Прекрасную. Великого целителя – это да. А женщину... Господи, да он же до меня даже дотронуться не хочет! Он шарахается от меня!

- Алена, Алена... – Рената вздохнула, - слышала бы ты себя сейчас! Какую же чушь ты несешь! Ты так ничего и не усвоила из того, что я рассказала тебе об оборотнях.