И сгустился туман - Джули Си Дао

Воцаряется долгая тишина. Я поступила правильно, защитив разум. Кожу головы слегка покалывает – это Влад пытается нащупать правду в моих мыслях. Я закрываю глаза, склоняю голову, будто бы в печали, и сосредоточиваюсь на укреплении щита, чтобы противостоять вторжению.

– Брак с Артуром погубит тебя прежнюю, – убеждает меня Влад. – Ты говорила, что мы с тобой равны. А он – ровня ли тебе? Куда делось твое желание большего?

– Я не вправе желать большего, – спокойно отвечаю я. – У меня будет красивый дом, доброе имя и любящий муж. В конце концов, моя родственная душа – Артур, а не ты.

Глаза Влада темнеют, становятся ядовито-зелеными.

– Но ведь мы не случайно нашли друг друга. Разве не ты намекала, что нам было суждено встретиться – возможно, на века?

Я встаю со скамьи. Влад такой высокий, что даже когда я стою, наши глаза находятся почти на одном уровне.

– Влад, я от тебя устала, – с искренней злостью говорю я. – Устала от того, что ты тянешь меня, слов но воздушного змея, куда только тебе заблагорассудится. Я умоляла тебя позволить мне быть с тобой, но ты меня отверг. А теперь, когда я хочу оставить тебя и вернуть себе честь и достоинство, ты заманиваешь меня обратно? Это невыносимо!

Он сжимает мои руки в своей стальной хватке.

– Люси, успокойся. Ты от меня не уйдешь. – Он говорит тихо и твердо, разъяренный моим отказом.

– Зачем мне оставаться с тобой? – требую ответа я. – Я тебе не нужна. Тебя привлекают женщины, которых нужно добиваться, а не те, что бросаются тебе на шею. Ты сам мне об этом сказал. И поэтому я должна принадлежать Артуру, тогда как на самом деле желаю отдать себя… – Я обрываю фразу и отворачиваюсь, словно не могу смотреть на недостижимое.

– Кому же?

Я закрываю глаза и молчу.

Влад стискивает мою ладонь, а другой рукой берет меня за подбородок и разворачивает лицом к себе. Глаза его потемнели почти до черноты, и на мгновение мне чудится в нем огромный серый волк.

– Кому ты желаешь себя отдать? – медленно, с расстановкой повторяет он.

– Тебе, Влад, – шепчу я. – Я хочу быть твоей.

Он пристально смотрит мне в глаза, я чувствую, как слабеет моя защита, как он начинает проникать в мой разум. Но я отчаянно напрягаюсь, думая о браслете Мины, о прабабушкином кольце, обо всех, кто меня любит, и отражаю натиск.

– Я хочу быть твоей. – Повторив эти слова, я подношу руку Влада к губам, чувствуя острые грани темно-красного камня в его перстне. Взявшись покрепче, перемещаю его пальцы к моей шее и с силой оцарапываю кожу между двумя зажившими ранками. Порез обжигает меня резкой, влажной болью; от запаха крови зрачки Влада мгновенно превращаются в огромные черные круги, окаймленные алым.

Он грубо хватает меня за талию и привлекает к себе, но я упираюсь ладонями ему в грудь. Этому созданию не нужно дышать, однако его широкие плечи вздымаются и опадают, словно от громадного усилия. Я медленно приближаю голову – теперь наши лица разделяет не больше дюйма.

– На этот раз, – едва слышно произношу я, – я хочу испытать наслаждение. Дай мне то же, что дал Джонатану.

Влад выпускает клыки, и мою страсть разбавляет страх. Я в руках монстра, способного одним движением руки оторвать мне голову, и все же я осмеливаюсь играть с ним, как он играет со мной. Он хватает меня за ягодицы, до хруста костей сжимает в объятьях и жадно слизывает с моего горла кровь. Я напрягаюсь, помня жуткую боль укуса, но клыками он меня не касается. Его ледяной язык медленно скользит по моей шее к ключице. Сорвав с моих плеч ночную сорочку, Влад открывает мои груди ласкам своего умелого, ловкого языка. Кончики клыков легко, словно перышко, щекочут мне соски. С хриплым вскриком я запрокидываю голову, зажмурившись от невыносимо сладостного ощущения.

Влад вскидывает подбородок и устремляет на меня порочный взгляд бездонных, обрамленных кровавыми кругами зрачков.

– Ты жаждешь наслаждения, Люси, и я тебе его подарю, – шепчет он. – Мы оба знаем, что Артур тебе этого дать не способен. Он не знает, чего ты хочешь, а я знаю.

Одним резким движением он сажает меня к себе на колени лицом к нему. Он холоден и тверд, как гранит. Я обвиваю ногами его бедра и трепещу, утонув в его объятьях. Влад присасывается губами к порезу на моем горле, а его руки скользят вверх по моим ляжкам, задирая подол сорочки. Когда большой палец добирается до промежности, я начинаю нетерпеливо ерзать, стараясь направить его, куда нужно.

Не поднимая головы, Влад смеется.

– Я уже задавал тебе вопрос, с чего ты взяла, будто решать тебе. Так с чего же?

Внезапно он всем хищным лицом прижимается к моему лицу и целует в губы. Я хватаю ртом воздух. Это все равно как вдохнуть на морозе или первый раз окунуться в холодную воду. Ему удается не задевать меня клыками, я чувствую только губы, настойчиво раскрывающие мои, и жадный язык, пробующий меня на вкус. Ничего похожего на поцелуи Артура: в этих есть какая-то скрытая злоба, почти ненависть, как будто Влад понял, что сыграл мне на руку. Его рот отдает ржавым привкусом моей крови – густым, металлическим, пьянящим.

Я отчаянно льну к нему, обвив руками шею, и предоставляю его губам полную свободу действий. На секунду он отстраняется; я судорожно дышу, его глаза сверкают. А потом внезапно, без предупреждения, его рука, лежавшая на моем бедре, оказывается во влажной щели у меня между ног: всего одно движение, медленное и грубое. Меня пронзает электрический ток, я опять запрокидываю голову и почти хнычу, вымаливая еще. Довольный, он смеется, и его пальцы снова скользят, жестко и сладостно, сзади к переду. Меня бьет неудержимая дрожь, я цепляюсь за Влада руками и ногами так крепко, что даже он с его необычайной силой вряд ли сумел бы меня сбросить.

– Думаешь, Артур так умеет? – мурлычет он мне на ухо, продолжая ласкать меня длинными пальцами. – Отвечай.

– Нет, – выдыхаю я, понимая, что именно это он хочет услышать.

Каким-то образом мое неопытное тело само знает, как себя вести. Я выгибаю спину, мои бедра под его рукой движутся взад-вперед. Я полностью утратила связь с реальностью: сейчас я не вижу кладбища, не чувствую запаха земли, не слышу стрекота сверчков. Вся моя вселенная уменьшилась до единственной точки соприкосновения его пальцев и моей плоти.

Однако я не