Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

Краснов усмехается.

— Кем ты себя возомнила? Ты всю жизнь была слабейшей и такой осталась. Взгляни на себя! Ты уродлива и омерзительна! Эта сила, которой ты так хвалишься… не твоя!

Демьян рычит и делает шаг вперед, но я останавливаю его. Это не наш бой.

Ева смотрит на того, кого всю жизнь считала отцом. До меня доходят ее чувства. Омерзение, презрение, желание покарать. Страха там больше нет.

— Я всю жизнь пыталась заслужить твое одобрение. Думала, если стану сильнее и удобнее, ты однажды увидишь во мне дочь. А теперь мне смешно, потому что я столько лет боялась того, кто ради власти готов убивать детей.

Краснов оскаливается.

— Следи за языком, девчонка.

— А иначе что? Снова накажешь меня? Я жду… папуля. А ты все болтаешь.

Земля под лапами вздрагивает.

Ева выгибается, и я чувствую через метку новый всплеск силы.

Черные когти исчезают, ее кожа покрывается шерстью, тело стремительно меняется.

Кости ломаются, лицо вытягивается, и через несколько мгновений на месте хрупкой девушки стоит огромная черная волчица с сочащимися Тьмой глазами.

Невольно кошусь на Демьяна. Он всегда казался чудовищно большим. А Ева выше и крупнее.

Краснов тоже это понимает. Не теряя времени, бросается на нее.

Она встречает его ударом лапы.

Краснов отлетает, врезается в стену дома и снова поднимается. Отряхивается. Следующая атака заканчивается еще быстрее: Ева перехватывает его, валит на землю и ломает переднюю лапу.

Через метку меня накрывает ее болью. Годы унижений, холод родного дома, презрение отца, предательство сестры и жениха смешиваются со страхом и криками детей. Все, что Ева столько лет прятала внутри, наконец выходит наружу.

Краснов пытается вырваться из-под мощных лап и впервые смотрит на нее со страхом.

Но Ева уже не та девочка, что хочет заслужить любовь отца. Ей больше ничего от него не нужно.

Черная волчица склоняется и смыкает челюсти на его горле. Краснов дергается, пытается отбиваться, когти скребут землю, но Ева только сильнее сжимает клыки. Тело под ее лапами обмякает.

Она отпускает его.

Вокруг становится тихо. Деревенские стоят среди разрушенных домов, повсюду тела городских, а мы втроем смотрим на огромную черную волчицу над телом Краснова.

Бой закончен. Только вот Тьма не ушла.

Я чувствую ее через метку, как прежде, и понимаю, что моя клятва еще понадобится.

Из-за леса медленно поднимается солнце.

Первый луч пробивается сквозь дым, ложится на окровавленную землю и касается черной шерсти Евы.

Она поднимает морду навстречу рассвету.

Затем срывается с места и убегает в лес…

Глава 68. Найди меня

Ева

Я бегу… бегу… Не знаю, сколько. Долго.

Лес сливается в одно темное пятно, ветки хлещут по морде, под тяжелыми лапами хрустит валежник, но я не останавливаюсь.

Мне кажется, если убегу достаточно далеко, то смогу скрыться от того, что случилось в деревне.

Горящие дома, кровь на земле, Деян, скулящий и отползающий от меня на сломанных лапах.

Краснов, жизнь которого медленно угасла под моими клыками. Городские волки, падающие один за другим.

Только вот от себя не убежать…

Внезапно спотыкаюсь о корень, едва удерживаюсь на лапах. Понимаю, что сил практически не осталось. Добираюсь до небольшой поляны, где меня выворачивает наизнанку.

Огромное волчье тело содрогается, желудок сводит болезненными спазмами, хотя внутри уже ничего нет. Пытаюсь отдышаться, но перед глазами снова возникает Краснов. Вспоминаю, как медленно останавливалось его сердце под моей лапой.

Я убила Альфу. И не только его.

Городских было много. Даже не знаю, сколько именно. Не знаю их имен, были ли у них семьи. Они пришли уничтожить мою стаю, убить волчат. Совсем недавно это казалось достаточной причиной. Сейчас почему-то не кажется.

Пытаюсь обратиться в человека, но не получается. Черная шерсть на месте, огромные лапы впиваются когтями в землю, а внутри знакомое присутствие.

Тебе больно.

— Да, — отвечаю мысленно и закрываю глаза. — Очень.

Я могу сделать так, чтобы не было больно.

Тьма больше не пугает. Наоборот, от нее приходит странное спокойствие. Воспоминания становятся блеклыми, крики затихают, даже тошнота немного отступает.

— Как?

Отдай мне себя.

Я должна испугаться, но вместо этого только ложусь и опускаю голову на лапы. Слишком устала.

Всю жизнь пыталась заслужить чье-то одобрение, стать сильнее, правильнее, удобнее.

А сегодня впервые ничего не доказывала. Просто защищала тех, кого люблю, и убивала тех, кто пытался им навредить.

— Что будет со мной?

Ты уснешь. Я позабочусь обо всем остальном. Больше никто не причинит тебе боль.

Звучит почти хорошо. Особенно сейчас.

Я не представляю, как вернуться в деревню и посмотреть на тела. Как встретиться с бабушкой, дедушкой, остальными. Снова увидеть собственные руки и вспомнить, что делала ими…

Закрываю глаза и позволяю Тьме укутать меня.

Но в этот момент метка обжигает живот. Сначала едва заметно, потом сильнее.

Я чувствую Демьяна… его тревогу, злость и страх. Следом в связь врывается Влас, от которого несет таким отчаянием, что мне хочется скулить. Последним приходит Савва. Его присутствие проходит через метку горячей волной, и я понимаю: они идут за мной.

Не обращай внимания.

— Они меня ищут.

Пусть ищут.

— Савва обещал…

Он найдет только то, что осталось. Ты уже почти ушла.

Наверное, Тьма права. Мне все меньше хочется возвращаться. Они живы, деревня спасена, Краснов мертв. Я сделала все, что должна была сделать. Можно наконец перестать бороться.

Но метка горит все сильнее. Она не позволяет сну окончательно меня поглотить.

Между деревьями раздается знакомый голос:

— Ева!

Распахиваю глаза. Савва. Но отвечать нет сил.

Через несколько секунд слышу Демьяна, а метка буквально заходится от чувств моих истинных. Они совсем рядом. Мои альфы.

Трое волков появляются на краю поляны. Демьян первым делает шаг ко мне, и я вскакиваю, оскалившись. Из груди вырывается низкий рык. Черный альфа замирает.

Я чувствую его страх. Он боится меня.

Влас тоже.

Видишь? Они знают, кем ты стала.