Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

— Стой! — хочу крикнуть, однако из пасти снова вырывается только рык.

— Даже не надейся, что я уйду, — спокойные мудрые глаза смотрят на меня. — Я двести лет ждал истинную не для того, чтобы потерять ее через несколько месяцев из-за какой-то Тьмы.

Он скалится, но я чувствую его через метку слишком хорошо. Савве страшно не меньше остальных.

— Ты боишься меня…

— Да. Мне страшно, Ева, — признается пепельный волк. — Очень. У тебя глаза чернее ночи, и размер крупнее. Ситуация, прямо скажем, не в мою пользу. Но я все равно никуда не уйду.

— И мы, — доносится рычание Власа.

Демьян ничего не говорит, просто делает один шаг ко мне. Медленно, не сводя с меня горящих глаз. Метка снова вспыхивает, и вместе с ней приходит его упрямая решимость.

Они боятся тебя.

Да. Боятся. Но почему-то не уходят.

— Я видел тебя там, — продолжает Савва. — Видел, что ты сделала с Деяном. Видел городских, Краснова. Все видел. А знаешь, что я видел еще? Того щенка, который прибежал к тебе.

Замираю.

— Ты могла разорвать его. Но спрятала когти, чтобы не поцарапать, и погладила. А потом отправила к бабушке. Это тоже была ты, Ева. Не только та, которая убивала.

Он пытается тебя обмануть.

— Я убила их, — отвечаю. — Я!

— Да, — неожиданно говорит Савва. — Ты убила их. И я не стану говорить, что завтра тебе не будет от этого больно. Будет. Может быть, еще очень долго. Но если сейчас отдашь ей себя, боль не исчезнет. Исчезнешь ты.

Тьма сжимается вокруг сознания, будто старается оттащить меня от его голоса.

Останься. Тебе больше не придется ничего чувствовать.

Савва подходит еще ближе, но не касается меня. Просто смотрит.

— Ты просила найти тебя, если потеряешься. Я нашел. Дальше сама, Ева. Я не могу вытащить тебя силой.

Смотрю на него. Потом на Демьяна и Власа. Они действительно боятся.

Я чувствую это через метку вместе с любовью, тревогой и отчаянной потребностью вернуть меня. В груди становится больно.

Они видели чудовище. Они никогда не забудут то, что ты сделала…

— Я монстр, — всхлипываю, из пасти срывается лишь тихий скулеж.

— Нет, — тихо произносит Савва. — Ты наша девочка. Идем домой.

Домой… Это слово оказывается сильнее всего остального.

Яркими вспышками в памяти появляются картинки: дом, кухня, вечные перепалки Власа с Демьяном, улыбка Саввы. Улыбки бабушки и дедушки.

Вспоминаю, как впервые за много лет просыпалась и не боялась нового дня.

Метка пылает, словно напоминая, что я жива. Трое моих волков рядом. У нас есть будущее.

Не возвращайся. Тебе никогда не простят того, что ты сделала…

— Возможно, — отвечаю Тьме.

Глупо спорить, особенно после того, что случилось.

— Но это мое тело. И моя жизнь. Я выбираю жить дальше.

Тьма бросается на меня изнутри, пытаясь удержать, но я уже тянусь в другую сторону. К ним. К своим Диким Альфам.

Обращение начинается болезненно. Огромное тело сводит судорогой, кости ломаются, черная шерсть исчезает.

Я падаю на колени уже человеком и едва успеваю опереться руками о землю, прежде чем меня снова выворачивает.

Савва оказывается рядом первым. Прижимается горячим боком, пока меня трясет. Я разворачиваюсь к нему и начинаю плакать.

— Я их убила, Савва. Столько волков… Я даже не знаю, сколько.

Он не спорит и не пытается убедить меня, что они заслужили смерть. Просто закрывает глаза.

— Я знаю.

Демьян садится рядом и утыкается лбом в мое плечо. Влас укладывается у моих ног, и метка отзывается теплом сразу от троих. Они любят меня. Я чувствую.

— Мне так плохо, — шепчу, уткнувшись в мохнатую шею Саввы. — Не хочу сейчас возвращаться туда.

— Тогда не будем возвращаться, — отвечает Демьян. — Посидим здесь столько, сколько тебе нужно.

Закрываю глаза. Метка пульсирует ровно и спокойно, связывая нас четверых нерушимыми узами. И впервые за эту ночь внутри действительно становится тихо.

Тьма никуда не исчезла. Но теперь я знаю, что она не имеет надо мной власти.

Настает утро…

Глава 69. Домой

Ева

Месяц спустя…

Просыпаюсь от того, что мне безумно жарко.

Очевидно, три огромных оборотня опять решили, что совместный сон создан исключительно для того, чтобы похоронить меня под ними.

Пытаюсь пошевелиться. Влас обнимает меня поперек живота и отпускать явно не собирается.

— Влас, — сонно бормочу. — Мне жарко.

— А мне нормально. Даже шикарно. Ты такая мягкая, детка…

— Очень рада за тебя, — копошусь в попытках освободиться.

— Отпусти ее, — рычит с другой стороны Демьян.

— Ага, щас! Сам отпусти!

— Я ее вообще-то не держу.

— Зато ногу на нее положил.

— Потому что ты вытолкал меня на край! — теряет терпение старший.

Открываю глаза и встречаюсь взглядом с Саввой. Он лежит напротив и с совершенно невозмутимым видом наблюдает за происходящим.

— Может, поможешь? — фыркаю.

— Нет. Мне интересно, кто победит, — он встает и лениво натягивает джинсы.

Месяц назад я проснулась в лесу после самой страшной ночи в своей жизни. Я боялась закрыть глаза, потому что видела море крови и трупы городских.

Сейчас вокруг меня ворчат мои истинные. Влас нагло зарывается носом в мои волосы, Демьян отвоевывает одеяло, а Савва смотрит на все это безобразие и качает головой.

Мы здесь и мы вместе.

Савелий уходит на кухню. Мне требуется еще несколько минут, чтобы освободиться из объятий Власа, после чего он тут же переворачивается на живот и засыпает. Кто бы сомневался…

Натягиваю платье и спешу на кухню.

— Я помогу, — подхожу к блондину.

— Тогда режь овощи, — он вручает мне нож.

Устраиваюсь рядом, и некоторое время мы готовим молча.

За окном обычное деревенское утро. Где-то вдалеке слышатся звук пилы и крики деревенских. Следы нападения еще видны, но с