Если б эльфы были пчелами... - Виктория Кравцова

Брумгар в лагере обещал, что будет держать горы. Я представил его безбородого собрата и почему-то подумал, что сейчас это показалось бы почти счастливой судьбой.

— Потери? — спросил Каргош.

Гоблин сглотнул и продолжил срывающимся от усталости голосом:

— Двадцать восемь гномов и карликов убиты. Сорок пять ранены. У зверолюдов двенадцать погибших, двадцать раненых. Люди… около двенадцати завалило. Рагнар жив. Легко ранен. Ушел домой.

Он снял с пояса маленькую металлическую пластинку. На ней проступили руны связи. Брумгар записал сообщение заранее, чтобы гонец не перепутал слова. Гоблин прочитал, глядя на пластинку:

— «Алтарь можно отстроить заново. Народ — нет. Скажите Торнвалю: неорина меньше на добрую половину, но тоннель держит».

Каргош выдохнул через нос.

— Упрямый бородач.

— Он еще просил передать, что один из людей наступил на собственную мину, — добавил гонец. — И что это было самым приятным звуком за весь день.

Я не успел спросить, что значит «Рагнар ушел домой». Над восточными холмами вспыхнуло новое голубое зарево. Оно было слишком далеко для обычного сигнального огня, слишком ровным для пожара. Тариэль повернул голову.

— Еще один портал.

Второй гонец, который все это время стоял у камней, поднял лицо к небу. В его глазах отражалось голубое свечение.

— Не еще один, — выдохнул он. — Первый над землями зверолюдов. Прямо у Кургана Праматери.

Каргош посмотрел на свои ряды, потом на обломки пиявки. Вокруг капища лежали его воины. У некоторых уже закрыли лица. Другие еще звали лекарей. Он снял с пояса рог и протянул его ближайшему орку.

— Сорок бойцов. Пусть идут к восточной дороге. Мы закончили здесь.

— А ты? — спросил я.

— Я тоже закончил.

Он поднял копье, но не сразу смог опереться на него. Боромир шагнул вперед, однако Каргош отмахнулся.

— Не тащи старого орка. Я сам дойду до портала.

Над капищем снова зашевелились красные ленты. Одна сорвалась с обломка и улетела на север. Я прислушался к своему Рою — две тысячи сто пятьдесят, может, две тысячи сто сорок. Считать мешала дрожь в руках.

— Элранд, — позвала Хельга.

Я обернулся. Она стояла у голубого света, придерживая Тариэля за локоть. Тот сжимал пальцы, пытаясь остановить дрожь. Грок и Ардаль уже шагали в портал. Боромир помогал раненому троллю. За светом нас ждали леса зверолюдов. А вместе с ними — их святыня.

Глава 26. Как правильно будить древние корни

Портал выплюнул нас в холодный воздух. Я успел сделать вдох и сразу пожалел об этом. Во рту разлился вкус меди, будто я лизнул старую монету. Желудок скрутило, земля ушла из-под ног, а потом вернулась слишком резко. Я рухнул на одно колено и уперся ладонью в мокрую траву. Нас всех, кажется, перемешало в пространстве, портальные пути стали слишком нестабильными.

Следом за мной из света вывалился Тариэль. Он приземлился на спину, перекатился и долго лежал, глядя в серое небо. Голубое магическое окно уже закрывалось, его края дрожали и сжимались, будто кто-то тянул ткань с двух сторон.

Последним из портала вылетел Ардаль. Грок успел ухватить его за ворот, иначе друг приземлился бы лицом в камни. Ардаль повис в его руке, белый, с закрытыми глазами.

— Я сам, — пробормотал он.

— Конечно сам, — ответил Грок и поставил его на ноги.

Ардаль постоял в ожидании, пока земля перестала качаться, потом нашел взглядом ближайший валун и прислонился к нему плечом. На лице у него не осталось прежней насмешливой свежести. Зато глаза работали: быстро прошлись по холмам, порталу, товарищам, небу.

— Все целы? — спросила Хельга.

Она стояла рядом, но голос доносился словно из конца длинного коридора. Я поднял голову. Медведица держалась прямо, только пальцы одной руки судорожно сжимались и разжимались. Через вассальную нить от нее шла горячая волна усталости, которую она старательно прятала.

— Целы, — отозвался Боромир.

— У меня внутри все поменялось местами, — пожаловался Грок, держась за живот. — Что у вас за магия такая, шиворот-навыворот?

Вопрос его остался без ответа, так что был сочтен риторическим. Ардаль отлепился от валуна и попытался встать ровнее. Не вышло. Он достал из рукава тонкую пластинку сланца, провел по ней пальцами, и земля под нашими ногами едва заметно вздрогнула. Впереди, на склоне, из грязи поднялись три низких каменных гребня. Невысокие, до колена, они не могли остановить железного зверя, но закрывали нас от беглого взгляда с дороги.

— Мелочь, — выдохнул Ардаль. — Но пусть смотрят на что-нибудь другое.

— Ты точно не хочешь обратно в госпиталь? — спросила Хельга.

— Там у меня отняли право командовать.

— Лекарь отнял у тебя право падать в обморок.

— Это временно.

Он снова прислонился к камню и посмотрел на нас уже внимательнее.

— По дороге не идем. Зайцы наверняка оставили проход между северным холмом и руслом — если люди двигаются строем, они его не проверят. Грок, держись рядом с Хельгой. Боромир, если начнут стрелять, ставь щит не перед собой, а поперек склона. Элранд…

— Смотрю вперед.

— Я хотел сказать: не распыляй Рой без нужды.

— И это тоже.

Он удовлетворенно кивнул, будто получил ровно тот ответ, на который рассчитывал. Тариэль, поднимаясь, протянул ему руку. Ардаль посмотрел на нее, потом поднялся сам, оттолкнувшись от валуна.

— Больше мелких заклинаний, — сказал он. — Меньше героизма. У нас сегодня уже есть один эльф на эту должность.

— Значит, теперь ты умнее, — сказал Тариэль, поднимаясь.

Грок укоризненно посмотрел на него с земли:

— Верни как было, а то совсем скучно будет.

Я попытался рассмеяться, но во рту стало еще сильнее отдавать железом. Руки дрожали. Не от страха — или не только от него. Частые переходы через порталы оставляли след в теле, ведь каждый раз пространство сжимало меня, проталкивало сквозь себя, а потом отпускало на другой стороне. До сегодняшнего дня я считал, что самое неприятное в портале — это когда он