Северная сага. Медвежья доля - Вячеслав Калинин

На флагманском свейском драккаре Сергей пробился к корме. Там, за грудой бочек и мешков, укрылся вражеский ярл. Он был высок, широкоплеч и выглядел очень опасным противником. В руке ярл держал секиру с широким лезвием, выкованным из отменной стали, на длинной рукояти которой сверкали серебряные кольца. На плечах ярла — посеребренная кольчуга и медвежья шкура, на ногах — кожаные штаны, а ниже — синие обмотки и короткие, удобные ботинки.

— Ты кто такой? — прохрипел свей, выскакивая навстречу Сергею из укрытия. — Наемник? Купец? Пират?

— Я — тот, кто отправит тебя в Вальхаллу, как уже сделал с твоим хольдом и еще десятком хирдманов, — спокойно ответил Сергей. — Или в Хель — это как повезет.

— Дерзкий, — усмехнулся кормчий. — Меня зовут Арнульф. Запомни это имя, когда будешь гореть в Муспельхейме36.

— Твое имя мне ни к чему, — ответил Сергей и бросился в атаку.

Они сошлись в кормовой раковине, и звон стали разнесся над морем. Арнульф был силен — его секира вращалась с такой скоростью, что казалась сверкающим колесом. Но Сергей был быстрее. Он уходил от ударов, кружил, вынуждая ярла тратить силы. Пот покрыл лоб Арнульфа, дыхание сбилось.

— Не можешь меня достать? — усмехался вражеский ярл, нанося удар за ударом.

— Не хочу торопиться, — отвечал Сергей, уклоняясь. — Ты должен устать, чтобы твоя смерть была мучительной.

— Ах ты, нидинг! — зарычал Арнульф, широко замахиваясь для особо сокрушительного удара.

— Сам такой, — ответил Сергей, ныряя под секиру и вонзая меч в живот ярла.

Арнульф замер, посмотрел вниз, на клинок, торчащий из его живота, потом на Сергея. Попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип, а после — фонтан крови.

Сергей выдернул клинок резким движением и свей рухнул плашмя, лицом на палубу. Кровь хлынула из раны, заливая доски, и медвежья шкура намокла и потяжелела.

— Ярл Арнульф мертв! — заорал Сергей, грозно воздев клинок в небо. — Сдавайтесь или умрете все!

Голос его, разгоряченный битвой и яростью, перекрыл шум схватки. Оставшиеся в живых замешкались. Кто-то бросил оружие, кто-то попытался бежать к борту.

— Не сдаваться! — заорал один из свейских хирдманов, высокий детина с рыжей бородой. — Он врет! Ярл жив!

— Врешь ты! — вскричал подоспевший Асмунд и разрубил рыжего с плеча до пояса.

После этого сопротивление свеев на вражеском флагмане сломалось. Они побросали оружие и подняли руки.

Вовремя. Протараненный «Вороном» свейский драккар начал тонуть.

— Пленных связать и на «Ворона»! — приказал Сергей. — Хватайте все, что успеете, и бегом на наш корабль!

Хирдманы поспешно приступили к исполнению приказания — времени оставалось мало, вода уже подбиралась к весельным лючкам тонувшего свея.

На соседних кораблях бой пока еще продолжался, но уже не такой ожесточенный.

На втором свейском драккаре, лишившимся всех командиров, свеи попытались дать деру, но люди Маклауда и Рилана не позволили им осуществить план, добив всех противников поголовно.

Третий драккар — тот, что атаковал снекку — оказался не более удачливым. Его кормчий, хоть и опытный воин, не сумел оттеснить Венсана и вынужден был отступить на свой корабль, где и нашел смерть вместе со всеми товарищами.

— Тонет, — с сожалением сказал Асмунд, глядя на свейский флагман, погружающийся в воду.

— Пусть, — ответил Сергей. — Все равно у нас нет столько гребцов.

Глава 5

Кровь на палубах уже начала подсыхать. Сергей приказал перевязать раненых и собрать трофеи. Сам он прошелся по обоим захваченным драккарам, осматривая добычу.

Трофеем, помимо самих кораблей, стал их груз — меха, янтарь, несколько бочек с медом, пивом, сундук с серебряными монетами и куча доспехов с оружием — копьями, мечами, топорами, кольчугами, шлемами — всë хорошего качества.

— Неплохо, — заметил Венсан, осматривая добычу. — Особенно корабли!

— Продадим лишнее в Данциге, — ответил Сергей, стягивая кольчугу. — Поделим по справедливости.

— О, это ты умеешь, ярл! — радостно завопил Маклауд, перевязывая пораненную руку. — С тобой мы все уже богачами стали!

Раненых было много — и среди своих, и среди пленных, но Сергей приказал перевязать пока лишь своих. Свеев он собирался сначала допросить и только потом решить, как с ними поступить.

Сергей подошел к тяжелораненым, уложенным на палубу.

— Как они? — спросил Сергей у Редферна, склонившегося над двумя франками из числа воинов Венсана.

— Этот не жилец, — ответил Редферн, кивая на одного. — Копье пробило легкое. Я могу только облегчить его страдания.

— Сделай, что сможешь.

Редферн зашептал молитву — на латыни, быстро, горячо. Его голос дрожал, но руки были тверды, когда с помощью кинжала он избавил несчастного от страданий.

— Готов, — сказал Редферн. — Но хотя бы умер спокойно. Это тоже важно.

Сергей кивнул и отошел к пленным. Пора поговорить с ними.

Связанные свеи сидели на корме и хмуро смотрели на победителей. Их было человек двенадцать — все остальные погибли.

— Кто из вас старший? — спросил Сергей.

Все промолчали. Тогда он вытащил меч и подошел к самому молодому, светловолосому парню с испуганными глазами.

— Ты скажешь?

— Скажу, — прошептал тот. — Только не убивай.

— Не убью, если скажешь правду.

И парень заговорил.

Он дрожал, но говорил охотно. Слишком охотно — Сергей это сразу заметил. Такие часто либо лгут, либо говорят полуправду, надеясь выторговать себе жизнь. Но сейчас у него не было времени на долгие допросы с пристрастием.

— Как тебя зовут? — спросил он свея, присаживаясь перед ним на корточки.

— Торкель, — ответил тот, отводя взгляд.

— Куда вы шли, Торкель?

— В Данциг, а оттуда — дальше по Висле. Ярл Арнульф слышал от купцов, что лехитский князь Лешко собирает большое войско. Он нанимает всех — данов, свеев, норегов, фризов, вестманнов. Обещает хорошо платить. Мы направлялись туда, чтобы наняться.

— Где ярл узнал про Лешко?

— В Бирке. Там, на пиру, какой-то купец из Гнезно к ярлу подошел. Сказал, что нужны опытные воины, что платят серебром и землями. Ярл Арнульф заинтересовался. Он всегда хотел землю — своей у него не было, только корабли и люди.

— И много таких, как вы?

Торкель пожал плечами:

— Я слышал про нескольких ярлов с хирдами вроде нашего. Из Свеаланда, из Гёталанда, кто-то