Испытание воли - Владимир Александрович Сухинин

class="p1">— Тогда зачем вы нужны, бездельники? — в ярости воскликнул Лимерий. — Вам бы только говорить умные речи да жрать за счет племени. — Немного успокоившись, он спросил: — Какие будут предложения?

— Не пора ли, вождь, нам выступить? — спросил старейшина его племени. — Наши воины уже послезавтра будут тут, пригонят скот.

— Я не против, — хмуро ответил Лимерий. — Сил напасть с трех сторон нам хватит, но сейчас нужно обезопасить себя от темных колдунов. Усильте охрану стойбища. Пусть охранение состоит из десятков, поставьте его в отдалении от стана на расстоянии ста локтей, и надо вернуть укрепление. Надо послать туда полсотни воинов.

— Скорее всего, вождь, — ответил один из старейшин, — там большие силы. Иначе сюда не пришли бы колдуны. Полсотни воинов ничего не решат.

В шатер заглянул воин, что охранял вход.

— Вождь, пришел один из разведчиков, он говорит, что у него есть что сказать тебе.

— Пусть войдет, — приказал Лимерий. Вошел молодой воин с пустыми глазами, он встал прямо и произнес:

— Я принес предложение от лорда Антея Алуринского, он предлагает вождям трех племен покровительство и земли в горах, вожди станут лордами и рыцарями.

— Кто тебя послал? — цедя сквозь зубы, проговорил вождь.

— Меня послала госпожа, что служит лорду. Если вы не согласитесь, то все тут умрут, я все сказал.

— Схватите этого дурня, — приказал Лимерий.

Два телохранителя набросились на воина, но он силой раскидал их и, зарычав, бросился на Лимерия. Тот выхватил меч и стал рубить воина по рукам, воин не обращал внимания и рвался к вождю, на него со спины насели телохранители, и скоро изрубленного и окровавленного вынесли из шатра. Даже когда его выволокли за ноги, как окровавленный кусок мяса, глаза воина горели неугасимым огнем ненависти.

— Вождь, — начал говорить шаман, — может, вправду стоит принять предложение лорда? Зачем нам война, дадут земли, у нас будет покровительство.

— Ты дурень, шаман, — резко ответил Лимерий, — нам свобода важнее покровительства, мы сами себе хозяева.

Шаман опустил голову и замолчал.

Глава 13

Погода была ясной, день выдался светлым, солнечным. Снежное покрывало искрилось под яркими лучами солнца, словно миллионы крошечных бриллиантов были рассыпаны по земле. Морозный воздух был таким чистым и свежим, что хотелось дышать полной грудью. Антон даже вспотел под своим полушубком, несмотря на холод, поэтому расстегнул ворот, чтобы немного облегчить дыхание.

Вокруг царила величественная и немного суровая красота зимней природы. Деревья стояли в снежных шапках, а сугробы дыбились, сверкали бесконечным покрывалом под солнечными лучами. Антон, несмотря на то что был занят своими мыслями, стоял, наслаждаясь моментом, чувствуя единение с природой.

Под полушубком был надет бронежилет, молот у ног Антона. Они стали привычными для него элементами снаряжения. Антон чувствовал себя комфортно в привычной одежде, ощущая себя частью этого зимнего пейзажа. Ему было удобно, не то что в сверкающей кольчуге и латах из алуринского ясеня, которые были скорее атрибутами сурового мира и не совсем подходили для этого похода.

Антон поднялся на площадку для лучников и сел, для этого он притащил снизу толстое полено. Он смотрел вдаль на узкую, истоптанную сотнями ног дорожку и небольшой подъем вверх по склону, дальше рос редкий кустарник, почти вырубленный. Просека вырубленных для построения укрепления деревьев, сваленные в кучу ветви. Еще дальше видимость терялась, так как склон поднимался, и он мог видеть только верхушку подъема, за которым начинался спуск в долину перед перевалом.

«Надо было тут ставить острог», — подумал Антон. Место удобное для разведки и для обороны, подход только с одной стороны. Обойти это место можно было только по крутому спуску, где однажды Антон помогал залезать своим воинам. Но без веревок там делать нечего.

Он скучал, пробовал завязать разговор с Просветителем, спросив его, верит ли он вампирше. Тот ответил, что носитель должен сам разбираться в этих вопросах. И Антон понял, что, видимо, способность просчитывать чужие замыслы у него есть, раз Просветитель не помогает ему напрямую.

Тогда Антон стал размышлять самостоятельно. Он мысленно крутился вокруг Изы и так, и эдак, но не мог нащупать точку опоры, чтобы понять ее действия и замысел. Она вроде бы делала то, что он приказал, но делала по-своему и забирала у него ценных воинов, превращая их в своих слуг. Антон не хотел, чтобы на его землях разросся отряд вампиров. Им надо питаться кровью, и тогда жители его владений станут кормом. А сумеет ли он усмирить набравшую силу королеву-мать, он не знал. Не придется ли ему гоняться за ними и терять время?

Почему она так поступает?.. На этот вопрос ответа не было, и Антон понял, что нужно набрать факты, посмотреть, что будет дальше, и тогда уже делать выводы.

«Факты, — решил он. — Мне не хватает фактов, только догадки и подозрения». Но подозрения могут быть свойством сильного недоверия и неприязни, которые живут в нем по отношению к вампирам и вообще к темным. Он им просто не верил и мог подозревать там, где ничего не было. «Поживем — увидим», — успокаивал он себя, но все равно не мог обрести покой. Мрачные предчувствия росли в нем, как тесто поднимаемся на дрожжах. Вскоре он понял, что это его напрягает, и спустился к костру, у которого сидели Карреда и Сильтак. Они смотрели, как Ермидан варит кашу на сале в небольшом котле.

Антон присел рядом и, помолчав, начал разговор:

— Мне что-то неспокойно на душе. Карреда, ты ведун, может, что подскажешь?

Старик вытер рукой бороду, на которой повисли капли от таяния налипших льдинок, и задумался. Сильтак глянул на Антона и, подумав, стал осторожно говорить:

— Милорд, я тоже не доверяю темной и думаю, что она может нас подставить.

— Но зачем ей это? — недоверчиво спросил Антон.

— Кто знает этих темных. Они вечно ведут свои игры, умеют притворяться, но стараются добиться своих целей. Вы знаете, какая цель у этой ведьмы?

Антон задумался.

— Ну, примерно представляю, — осторожно ответил он. — Она хочет обрести силу, убить колдуна Шузмарала, что преследует ее, и вернуться домой. Но еще она хочет, чтобы я взял ее в жены, — неохотно признался Антон.

— Это она вам сама сказала? — Старик поднял голову и удивленно посмотрел на Антона.