Звериное начало. Том 1 - Ксен Крас

– То есть мы заразились этой тьмой, когда были в лесу?

– Нет, – покачала головой женщина, – Скорее всего, когда встретились с последователями отрекшихся. Они и раньше умели заражать, но не делали это так просто. Впрочем, свэты всегда легко подвергались воздействию, а ваши заклинатели и лекари и подавно. Их разум и души открыты для нового, тьма, поселившаяся в них, крепнет намного быстрее, а все их мысли становятся видны отрекшимся. Это позволяет влиять на зараженных, убеждать, уговаривать, поощрять, если те приходят сами. Во время последних сражений полегло немало заклинателей и целителей, а сколько за все годы противостояния – и вовсе не сосчитать. Именно поэтому в мире до сих пор их очень и очень мало. А когда-то эти две профессии считались почетными и высоко ценились на всех материках. Знания передавались от одного нескольким ученикам и жизнь в большинстве земель налаживалась.

– Хотите сказать, что у меня и Алорэ все плохо? Думаете, что если бы мы не прибыли, то перешли бы на сторону отрекшихся? – Фэйэна эти слова скорее позабавили, в то время как Наэм вел себя необычайно тихо и только переводил взгляды с одного беседующего на другого.

– Вскоре вы не только во сне станете нападать на тех, кто вас окружает, но и во время бодрствования. Вполне возможно, вы до последнего не будете замечать в себе изменений и смеяться над нашими словами. Тем не менее, тьма в вас разрастается, и совсем скоро сможет полностью поглотить вас, полностью подчинить себе. Вы станете очередной ступенью для отрекшихся, новыми слугами, хотите вы того или нет. Ты отказался от испытания, даже не пожелал попробовать, и все это лишь потому, что твой разум уже частично порабощен. Тьма боится, что ты все поймешь. Боится, что ты начнешь бороться с ней и потому она руководит твоими мыслями и эмоциями, делает все, чтобы ты оставался в состоянии покоя и не пытался докопаться до истины.

– Вы меня плохо знаете, – заметил заклинатель, – Я всегда такой. Не собираюсь я вам ничего доказывать, но лучше поверьте на слово и завязывайте с возвышенными речами и великими миссиями. Гонору больше, чем у Верхушки!

– Это правда, Фэ всегда такой, – поддакнула сестра Фэйэна, – Дело не во тьме, а во вредности и паршивом характере!

– Паршивый характер лучше, чем блохи, – незамедлительно парировал черноволосый свэт. Спорить с его доводами женщина не стала.

– Мы сказали свое слово, – упрямо заявила Ойэ.

– Двое из вас уже почти исцелились, мы дадим вам зелья, которые помогут окончательно прийти в себя, – голос Айэ, казалось, может отскакивать от стены и звучать при этом как тонкий перезвон колокольчиков, – Но другие… Мы не станем выпускать двух оставшихся, как бы вы ни были недовольны. Мы не можем подвести Эйэ.

– Эйэ… – Рэйара шумно выдохнула через нос, – Откуда вы его знаете и почему помогаете ему? Может, вы знаете, когда он и Таэль прибудут сюда?

– Завтра, – на лице Ойэ вновь заиграла мягкая и теплая улыбка. Сейчас, когда она выглядела значительно старше, она походила на заботливую старшую сестру, а то и вовсе на мать. Хорошую, а не ту, что жила лишь в редких и несчастливых воспоминаниях перевертыша, – Эйэ остановится в доме у причала, и вместе с ним еще один ваш брат.

– Таэль нам не брат, – проворчал Фэ в полголоса, скорее по привычке – отрицать родственные связи с призывателем давно стало привычным занятием. Слова мужчины проигнорировали, даже не посмотрев на свэта.

– Мы помогаем Эйэ всю его жизнь, – засмеялся Айэ, – С самого его рождения. Эйэ – наш сводный брат и, хоть он и пошел по отличному от нашей семьи пути, он продолжает быть нашей кровью.

– Брат? Я не знала, что у него есть хоть какая-то семья, – перевертыш посмотрела сначала на одного брата, затем на второго, но оба свэта были удивлены ничуть не меньше ее. Даже с лица заклинателя на время стерлось самодовольство – он, проводящий в компании учителя долгие часы, не предполагал ничего подобного.

– У каждого рожденного есть семья, даже если он не знает ее. У каждого сотворенного есть создатель, который, чаще всего, именуется семьей, – медленно, будто говорила с глупыми детьми, пояснила Ойэ, – Он скрывал от вас свое происхождение?

Рэйара пожала плечами. Несколько раз она что-то спрашивала про родню Эйэ, тот не говорил ничего конкретного и лезть с расспросами дальше перевертыш не посчитала правильным. Ее саму нередко винили в происхождении, за которое она не могла отвечать, и ковыряться в душе предводителя отряда, терзая его неудобными вопросами не позволяла совесть.

Сам Эйэ никогда не смеялся над родителями перевертыша, не осуждал за поведение и привычки, обучал, если она просила и не называл «полукровкой». Ни один из братьев, за исключением Таэля, не называл ее этим неприятным словом, вместо этого они называли ее сестрой, подчеркивая свое отношение и родство. К тому же, в заклинателе женщину чаще интересовали совсем иные вещи и наличие братьев или сестер не могло на это повлиять.

Почему-то перевертышу никогда не приходило в голову, что Эйэ может чего-то смущаться. Могущественный и знающий заклинатель, по мнению Рэ, как она сейчас осознала, появился из неоткуда уже с тем багажом знаний и способностей, который у него имелся, и просто-напросто начал жить. Откуда у него целое полчище знакомых, почему он знает не только жителей Общины, но и очень многих за ее пределами, почему именно он собирает отряды и какое отношение свэт имеет к артефактам, которые поручили отыскать его семье – эти вопросы порой появлялись в голове полукровки, однако, она не стремилась предпринимать хоть какие-то попытки найти ответы. Принимала как должное.

Рэйара испытывала чувства и нередко видела взаимность, однако никуда дальше взглядов и редких теплых слов ничего так и не зашло. Эйэ не подпускал женщину ближе некоторой границы. Почему? Его глаза излучали тепло, перевертыш ни разу не слышала твердого «нет», и, что куда важнее – не видела предводителя в обществе других женщин. Он сторонился увеселительных заведений, ходил с удовольствием только на балы, но и там, как только танец заканчивался, становился прежним, безэмоциональным. Мужчина отгораживался ото всех, в том числе и от Рэйары.

Когда, как и почему он стал предводителем отряда? Почему именно ему доверяли сложные задания, которые могли иметь летальный исход, но при этом Верхушка не слишком уважала Эйэ?