Испытание воли - Владимир Александрович Сухинин

— Говорил, говорил, — смеясь, ответил Сильтак.

— Так в чем обман? Империя, как видишь, разделилась, так что все, что говорю, дружище, истинная правда. А там хочешь верь, хочешь не верь.

— А давай проверим, — предложил старый гладиатор. — Вот заберет милорд с собой наместника или тот откажется?

— Заберет, — с важным видом ответил Карреда, — он зачем меня взял?

— И зачем? — с улыбкой спросил Сильтак.

— Затем, чтобы убедил этого знатного воина обрести лучшую судьбу героя. Себя показать и на людей посмотреть.

— Эка ты завернул, старый хрен, — крякнул, услышав витиеватую речь Карреды, Сильтак.

— Сам морковка, — беззлобно ответил горец. И с важным видом аристократа поехал дальше.

— А вы что скажете, милорд? — спросил Антона Сильтак.

— Я даже забыл, что он недавно наплел, и почти поверил, — честно признался Антон. — Но вот что я хочу тебя спросить, Карреда, ты к дуэли готов?

— К какой дуэли? — удивленно переспросил старик.

— Ну ты же вчера соблазнил кое-кого.

— Я? Да как вы такое могли подумать, ваша милость, в моем-то возрасте… Вот вы вчера увели у меня невесту. Так это вы хотите со мной сражаться за ее руку и сердце?

— Нет, Карреда, я оставлю Муаниту тебе. Просто вчера ты был занят. Кхм, — многозначительно откашлялся Антон. — Она осталась одна и скучала, я ей, Карреда, помог скрасить одиночество.

— И какова она? — скосил глаза старик.

— Очень хороша. А тебе как, понравилось вчера?

— Занятно было, — туманно ответил Карреда и хитро ощерился. Затем перевел разговор на горянку. — Муанита она спокойная, это главное. Но чтобы на ней жениться, милорд, мне нужно, чтобы вы дали мне в дар дом и приданое за этой во всех отношениях достойной женщиной. А пока я поживу в замке, тем более что у Франси есть свободная комната.

Сильтак с огромным удивлением посмотрел на Карреду.

— Ты что, старый, к Франси подкатываешь?

— Я? Что ты? Где я и где госпожа Франси? Она сенешаль. А я…

— А ты сын короля, — ответил Антон, — и такой версии держись, больше ничего не выдумывай.

— Как скажете, ваша милость.

— Ты, Карреда, уже определись, я тебе милорд или ваша милость, — усмехнулся Антон. — Если ты мой вассал, то я тебе милорд, если ты посторонний, то ваша милость…

— Как, ваша милость, сын короля может быть вассалом простого рыцаря, — спокойно и внешне рассудительно ответил старик. Антон задумался.

— А ты ведь прав, Карреда, ты теперь мой советник и баронет.

— Пойдет, — кивнул Карреда, — только мне приодеться надо, не в таком же виде мне ходить…

— У Франси попросишь, она тебе даст, — двусмысленно произнес Антон.

Он замолчал. В его голове стала складываться примерная картина, как разыграть свои карты у графа Мольта. У него есть четыре племени, это четыре владетельных аристократа. Почти триста воинов, которые укрепили его положение. Он может просить графа дать ему баронство и стать вассалом графа. Не просто выйти из вассалитета барона Газана, а укрепить положение самого графа, и такой союзник графу не помешал бы.

«Только надо продумать, как все это преподнести, — задумался Антон. — Во-первых, сын короля ломбардов…»

— Карреда, как звали его отца?

— Это какого? — живо обернулся к Антону старик.

— А что, у тебя их было много?

Карреда хитро прищурился.

— Это смотря что вы хотите от меня узнать, милорд.

— Я тут продумываю одно дело, и мне нужно, чтобы ты предстал как сын короля, но надо знать имя этого короля.

— Так его все знают. Карреда Пятый.

— Как? — ошарашенно воскликнул Антон.

— Вы плохо слышите, милорд. Карреда Пятый, — повторил старик.

— Я приеду и спрошу у Аристофана. Что-то сомневаюсь я, чтобы короля ломбардов звали так же, как тебя.

— А он Карреда Шестой, — рассмеялся Сильтак.

— Нет, я не наследник, поэтому просто Карреда, — ответил горец. Антон сплюнул в снег.

— Ты, старый, совсем меня запутал. У тебя правда мешается с вымыслом, и я не знаю, чему верить. А попасться на вранье у графа Мольта я не горю желанием… Как звали наследника короля ломбардов?

— Старший сын от имперской матроны был Агиляр, — задумавшись, помолчав и помрачнев лицом, ответил старик, — второго сына назвали Рандафело. Он был от дочери франкского маркиза… А потом уже отец очень хотел сына от молодой эгейки, но на самом деле моя мать была из народа джудиосов.

— Это как так? — Антон был полностью сбит с толку и не знал, чему верить, а чему нет.

— А так, милорд. У джудиосов принадлежность к народу определяется по матери. Отец у нее эгейский сатрап. А мать джудиоска из богатой семьи. Очень богатой, милорд. Но ни один просвещенный монарх не женится на джудиоске, и поэтому все мою мать считали эгейкой.

— Знаешь, Карреда, я совсем уже запутался, — признался Антон. — Я лучше пока тебя ни о чем спрашивать не буду.

— Как скажете, милорд, — с чувством большого достоинства ответил Карреда. Сильтак, слушая, заметил:

— По повадкам Карреда не горец и не простой человек, вполне может быть сыном короля, у него чувствуется имперское воспитание. Но вот что он делает у ирладов, я понять не могу.

— Прячусь, — ответил Карреда. И Антон вместе с Сильтаком удивленно посмотрели на старика. Некоторое время размышляли над его словами, а затем Сильтак спросил:

— От кого, Карреда?

— От Агиляра. Я предрек ему смерть от моей руки. Я когда-то был маленький…

— Стоп, Карреда! — Антон решительно остановил старика: — Хватит рассказов, лучше помолчи. Иначе я, пока доеду до племени, с ума сойду. Хватит, — отрезал Антон. — Сильтак, больше ни о чем Карреду не спрашивай.

— Понял, милорд, — ответил гладиатор. Кинул косой взгляд на горца, который ехал невозмутимый как Будда, и отвернулся.

После того, как успешно прошли переговоры с племенами, и перед тем, как убыть к себе в замок, Антон задержался в горах на семь дней. Распределил и показал места обитания всем трем племенам. Потерявшему много воинов племени под предводительством вождя Таримгарда Антон выделил земли недалеко от племени Боудики. Два небольших племени, понесших значительные потери, по