Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

— Время точное? — спросил де Марсан, ещё раз просмотрев отметки.

— Нет. Дежурный иногда записывал выдачу позже, когда освобождался. Теперь будет отмечать сразу.

— А этот человек признал, что листал дальше?

— Сначала сказал, что не помнит. Потом вспомнил, зачем вообще брал книгу. О соседних страницах ничего определённого не сказал. Может, действительно забыл. Он берёт этот журнал почти каждый день.

Гаспар вернул лист и откинулся на спинку кресла.

— Значит, пока у тебя человек, который мог прочитать запись. Как и несколько других, но этот всё-таки заинтересовал тебя больше.

— Поэтому его и проверяю, — ответил Леклер. — Не обвиняю.

Он перевязал журнал заново и поднялся. Вместо того чтобы продолжать разговор в кабинете, велел позвать вчерашнего дежурного и старшего писаря.

Их посадили в небольшой комнате рядом с хранилищем текущих бумаг. Здесь стояли длинный стол, два табурета и шкаф, куда вечером убирали рабочие книги. Замок на его дверце был старый, с широким железным щитком; дерево вокруг скважины давно потемнело и истёрлось от ключей.

Дежурный выглядел так, будто ночь у него была не лучше, чем у Леклера. Он ещё раз перечислил, кому передавал журнал, иногда сверяясь со своей черновой записью. Там, где не был уверен во времени, так и говорил.

Гаспар спросил, где находилась книга до вечера. Большую часть дня она лежала на обычном месте, но после восьми дежурный убрал её в шкаф: в коридоре скопилось слишком много посыльных. Ближе к девяти журнал снова достали.

— Кто именно? — уточнил де Марсан.

Мужчина нахмурился.

— Вот этого точно не скажу.

Матье не дал ему перебирать имена наугад.

— Тогда не вспоминайте человека. Вспомните ключ. Где он был?

— Обычно у меня. Второй — у старшего.

Писарь тут же покачал головой.

— Мой в тот час был при мне. Я закрывал нижний шкаф после вечерней сверки.

Дежурный потёр лоб.

— Значит, мой. Хотя я выходил встречать курьера с восточной дороги и, кажется, забирал его с собой.

— Не пытайтесь вспомнить сам ключ, — сказал Леклер. — Расскажите, куда ходили.

После короткой паузы мужчина вспомнил пакет из Сен-Дени. Курьера встретили во дворе, имя сверяли по утренней записке, на всё ушло пять или семь минут. За это время старший писарь тоже ненадолго вышел в соседнюю комнату за чистой бумагой. Шкаф, насколько оба помнили, оставался заперт.

Гаспар оглядел помещение. Через него постоянно проходили писари и люди наблюдения. Отдельного караульного возле шкафа никто никогда не ставил, да и прежде такая мера показалась бы нелепостью.

— Сколько вообще от него ключей?

— Два, — ответил писарь.

Леклер посмотрел на него.

— Два, которыми пользуетесь каждый день.

Старший замолчал, потом перевёл взгляд на шкаф.

— Есть ещё запасной. В хозяйственной кладовой.

Дежурный тоже вспомнил о нём. Запасной держали на случай сломанного замка, потерянной связки или срочной необходимости открыть шкаф ночью, когда нужного человека не было на месте. Когда им пользовались последний раз, ни один сказать не смог: выдачу таких ключей никогда отдельно не отмечали.

Через несколько минут в комнату пришёл служащий, отвечавший за мебель, замки и внутренние помещения. О запасном ключе он знал, но на связке при нём его не оказалось.

— Он в кладовой, господин Леклер, в закрытом ящике. Открыть могу я, мой помощник или старший ночной смены.

— И если кто-то берёт оттуда ключ?

Мужчина помедлил.

— Обычно берут при мне и возвращают туда же. Ночью старший может взять сам, если что-то случилось.

— Где это отмечают?

— Нигде.

Матье кивнул.

— С сегодняшнего дня будете отмечать: кто взял, когда и зачем.

Они вместе прошли в кладовую в конце коридора. Пахло воском, деревом и маслом для петель. На полках лежали подсвечники, скобы, новые замки, шнур, чернильницы и десятки вещей, о которых обычно вспоминали только после того, как они ломались.

Ящик с запасными ключами стоял под нижней полкой. Хозяйственный служащий отпер его своей связкой и вынул длинный железный ключ с выбитым номером.

Гаспар взял его в руку.

— Только от этого шкафа?

— Нет. Несколько таких же. Замки ставили одной работы.

Вернувшись в соседнюю комнату, Леклер вставил ключ в скважину. Дверца открылась сразу.

— И многие знают, что он сюда подходит? — спросил Гаспар, пока хозяйственник убирал связку обратно.

— Старшие знают. Кто давно служит, тоже мог видеть. Никакой тайны из этого не делали.

— Вчера его кто-нибудь брал?

— Мог взять, но я не видел. Помощник говорит, что тоже не выдавал. Ночной старший пока ничего не вспомнил.

Матье вынул ключ из замка.

— Ящик опечатать, этим ключом пока не пользоваться. На шкаф сегодня поставят другой замок.

Хозяйственник нахмурился.

— А если рабочий сломается ночью?

— Тогда ночной старший возьмёт запасной при втором человеке и оставит на листе время. То же самое днём.

Мужчина немного подумал, затем спросил, менять ли остальные замки той же работы.

— Сегодня только там, где лежат текущие наблюдения и адреса, — ответил Леклер. — Остальные позже. Если начнём менять все двери сразу, к обеду Бельрив решит, что у меня вынесли половину бумаг.

Когда служащий ушёл, Гаспар вернулся к шкафу и провёл пальцем по старому железному щитку.

— Получается хорошо. Один ключ мог открыть несколько дверец, многие об этом знали, а кто брал его раньше, никто не записывал. При этом человек, державший вчера журнал дольше нужного, мог вообще этим ключом не пользоваться. Да и саму запись можно было прочитать днём, пока книга лежала у дежурного.

— Именно.

Де Марсан потёр ладонью лицо.

— Прекрасное расследование.

— Другого пока нет.

Вернуться в кабинет они не успели. Из конца коридора появился ночной старший — мужчина лет сорока пяти, сухой, с усталым лицом и следами чернил на манжете. По виду он уже слышал, что от него требуется, и был этим недоволен не больше и не меньше, чем человек, которого второй раз за утро заставили вспоминать мелочи обычной службы.

— Вы просили обо мне, господин Леклер.

Матье жестом пригласил его в комнату.

— Запасным ключом от этого шкафа ночью пользовались?

— Конечно.

— Часто? — спросил Гаспар.

Ночной старший покачал головой.

— Нет, но бывало. Последний раз недели две назад, может, чуть больше. У нижнего шкафа сломался язычок. Нужны были бумаги к утренней отправке, основной ключ застрял, я взял запасной из кладовой.

Леклер уточнил, был ли кто-нибудь рядом. Помощника хозяйственника в ту ночь не было, дежурный ходил за мастером; за столом сидел писарь, ещё один человек из наблюдения ждал донесение, возможно, поблизости находился курьер. Точнее старший уже не помнил.

— Ключ потом сам вернули? — спросил