«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

к ней перекрыты. У него в руках Сара — потенциальный заложник. Плюсы…» Ред едва удержался, чтобы не усмехнуться. «Мое природное обаяние. И отмычка». Он взглянул на металлическую решетку, преграждавшую вход на лестницу. Если бесшумно отпереть замок, у него появится преимущество внезапности. Этого Селкирк не ожидает.

Ред достал из кармана отмычку и принялся за работу. Замок был большого размера, не рассчитанный на то, чтобы противостоять умелому обращению. Один за другим штифты становились в нужное положение.

⠀⠀

Селкирк переступил с ноги на ногу и взглянул на часы.

— Когда же он, такой-сякой, уберется восвояси?

Никакого ответа он не ждал, и Сара промолчала. Она не знала, чего ей больше хотелось: чтобы Ред пришел и спас её или чтобы он ушел невредимым.

Сзади!

Уголком глаза Сара уловила едва заметное движение на лестнице. Кто-то приближался к ним. О боже, это Ред! Сара тут же отвернулась, чтобы его не выдать. Показав пальцем через перила, она разочарованно воскликнула:

— Он уходит!

Селкирк, конечно, посмотрел в ту сторону.

Реду больше ничего и нужно не было. Он пробежал несколько шагов и прыгнул на Селкирка. Схватив обеими руками кисть его руки с пистолетом, Ред дернул её вниз и в сторону. Прозвучал выстрел, пуля с визгом ударилась в балюстраду — осколки бетона полетели во все стороны. Не обращая внимания на удары, которые наносил ему левой рукой Селкирк, Ред снова и снова колотил его правую руку о перила, пока пистолет не выпал из пальцев. Ред оттолкнул пистолет ногой, он отлетел от балюстрады и заскользил вниз по лестнице. Сара бросилась вдогонку, схватила его и, держа обеими руками, навела на них. Она не так уж хорошо умела стрелять из пистолета: это оружие она недолюбливала и в стрельбе упражнялась куда меньше, чем в метании ножа.

Ред и Селкирк сплелись в тесном объятии, и стрелять Сара боялась. Она увидела, как Ред поставил Селкирку подножку, и оба, кряхтя от натуги, покатились на пол. Селкирк сумел высвободить руку и попытался выдавить Реду глаз, но Ред увернулся и боднул его головой. Затылок Селкирка ударился об пол.

Селкирк взглянул на Сару, увидел, что она держит их под прицелом, и неожиданно обмяк. Широко улыбнувшись, он поднял обе руки вверх.

Ред поднялся и отступил на шаг назад, не сводя с Селкирка глаз.

— Давно бы тебе появиться, — сказала ему Сара.

Он взглянул на нее.

— Да? Так вот, хватит нам с тобой встречаться таким способом.

Она хрипло рассмеялась, и Ред нахмурился.

— С тобой все в порядке?

— Если не считать множества ушибов и царапин? Так вот, меня чуть не изнасиловал один маньяк, за мной была погоня, меня захватили и угрожали смертью, и на моих глазах хладнокровно застрелили симпатичного пожилого человека только за то, что он хотел мне помочь. А в остальном у меня все прекрасно.

Ред что-то проворчал и посмотрел на Селкирка, который все еще стоял с улыбкой на лице, сцепив руки на голове. Его улыбка Саре не понравилась. Чему он так радуется?

— Где твой пистолет? — спросила она Реда.

Тот усмехнулся и пожал плечами.

— Я так спешил, что забыл его дома.

Она пристально посмотрела на него.

— Ты пришел без оружия?

— Я решил, что тебе надо малость помочь.

Она не знала, что и подумать. Сердце у нее защемило. А что, если бы Селкирк оказался проворнее? Что, если бы он следил за лестницей, а не за главным входом?

— Он ждал, когда ты сдашься и уйдешь.

— Еще немного, и я бы так и сделал — если бы ты там не наследила. Кроме того, он убил сторожа. Зачем бы ему это понадобилось, если не для того, чтобы тот не рассказал мне, где вы? А если бы вы ушли из башни и исчезли в ночи, зачем было его убивать? — Ред пожал плечами. — Железная логика. С таким же успехом он мог бы оставить мне записку, что отправился наверх.

Сара видела, как потрясли Селкирка его слова. Улыбка на его лице дрогнула.

— Мне и в голову не могло прийти, что вы будете без оружия, — сказал он. — Я был бы рад обойтись без перестрелки.

— Ну да, — ответил Ред, — расстреливать случайных прохожих больше по вашей части. — Он неодобрительно покачал головой и повернулся к Саре. — Ну, а теперь, когда мы его заполучили, что с ним делать?

— Сдать полиции. Преднамеренное убийство. Я свидетельница.

— Открытый суд? Слишком рискованно. Кто-нибудь может наговорить лишнего. К тому же зачем вообще устраивают суд? Чтобы установить виновного. У тебя есть какие-нибудь сомнения, что он виновен? Единственное, чем может кончиться суд, — тем, что двенадцать болванов-присяжных отпустят его на свободу. Я вижу по меньшей мере два вполне правдоподобных сценария, как можно оправдать его и вместо этого обвинить меня или тебя. Это тебя устроит?

«Неужели Ред хочет сказать, что его надо казнить прямо тут, на месте? Взять правосудие в свои руки?»

— Я не могу его пристрелить, как он пристрелил сторожа.

— Это куда проще, — сказал Ред. — Меньше возни.

Она стояла прищурившись и держа Селкирка на мушке.

— Да, это было бы самое логичное, — грустно сказала она и увидела, что на лице Селкирка появилась кривая усмешка. — Только если я так сделаю, значит, я такая же, как он, а я так не могу.

— А ты должна остаться самой собой. — Она взглянула на Реда. — Я ведь тебе уже как-то говорил: это грязная работа, но кто-то должен её делать.

Она снова посмотрела на Селкирка.

— Я пообещала, что больше никого не убью, если без этого можно будет обойтись.

— Пообещала? Кому?

— Духу Крейла.

— Ты права, — проворчал Ред. — Нельзя нарушать обещание, которое дал покойнику. У тебя строгие принципы. Мне это нравится. Не знаю, что бы я сказал, если бы ты его пристрелила. Наверное, попытался бы понять. Черт… Если кто и имеет право рваться к курку, так это ты — после всего, что тебе пришлось перенести.

— Как трогательно, — сказал Селкирк.

Ред повернулся к нему.

— А вы придержите язык. У нас есть для вас подходящее местечко. Оно очень далеко отсюда, и нежиться на солнце там не придется. Пища здоровая, но простая, и обстановка скорее спартанская. Но это куда лучше, чем кататься по земле в предсмертных корчах. — Он оглянулся через плечо на Сару и сделал шаг назад. — Давай отведем его вниз. Вот-вот приедет Уолт. Мы доставим его самолетом в Северное Убежище, запрем, а ключ выбросим. Годится?

— Годится.

— А если он что-нибудь попробует выкинуть…

— Ред, ты сказал, что у меня