Шляпа Вермеера. XVII век и рассвет глобального мира - Тимоти Брук

всем статьям. Монгольские и китайские покупатели тоже были очарованы внешним видом этих изделий. То, что мы сегодня называем «китайским фарфором», родилось в результате случайного межкультурного пересечения материальных и эстетических факторов, которое преобразило производство керамики по всему миру. Так, сирийские гончары при дворе Тамерлана начали придавать своим изделиям китайский вид в начале XV века. По мере того как в XVI веке мировая торговля керамикой расширялась до Мексики, Ближнего Востока и Иберии, а в XVII веке — до Англии и Нидерландов, местные гончары подхватывали этот тренд. Они пытались — хотя долгое время это не удавалось — имитировать внешний вид китайского сине-белого фарфора. Прилавки с керамикой на рынках XVII века за пределами Китая были заставлены второсортными подделками, которые не шли ни в какое сравнение с оригиналом.

Голландские читатели впервые узнали о китайском фарфоре в 1596 году от купца Яиа Хюйгена ван Линсхотена, своего соотечественника, который торговал в Португалии и оттуда отправился в Индию. Популярный «Путеводитель» ван Линсхотена вдохновил новое поколение голландских купцов. Ван Линсхотен увидел китайский фарфор на рынках Гоа. Хотя он никогда не бывал в Китае, ему удалось собрать достаточно достоверную информацию об этом товаре. «Рассказать о фарфоре, что там производится, — так он рассказывал о Китае то, что узнал на Гоа, — так никто не поверит, и это не то, что каждый год доставляют в Индию, Португалию, Новую Испанию и повсюду!» Ван Линсхотен узнал, что фарфор производят «внутри страны» — в Цзиндэчжэне и за границу вывозят только второсортный товар. Лучшие изделия, «настолько изысканные, что с ними не сравнится ни одно хрустальное стекло», хранились на родине и предназначались для императорского двора.

Индийские купцы поставляли китайский фарфор на субконтинент по меньшей мере с XV века. Они приобретали фарфор у китайских торговцев в Юго-Восточной Азии, а те привозили его из портов юго-восточного побережья Китая, куда его отправляли производители керамики из внутренних районов страны. Развитие морского торгового пути вокруг Африки неожиданно открыло европейский рынок. Португальцы первыми среди европейцев стали покупать китайский фарфор на Гоа, хотя довольно скоро они расширили свои торговые маршруты на юг Китая, где могли вести дела напрямую с китайскими оптовиками. Этот маршрут хотели освоить и голландцы, и со временем им это удалось. Но первая крупная партия китайского фарфора была доставлена в Амстердам отнюдь не усилиями голландских предпринимателей, а в результате соперничества голландцев и португальцев в открытом море и тоже возле острова Святой Елены. В 1602 году, за 11 лет до потопления «Белого льва», голландская флотилия захватила там португальский корабль Sao Tiago («Святой Яков»). Каракка сдалась без боя и была доставлена в Амстердам со всем грузом. Так в Голландию через доки этого порта впервые попало фарфоровое сокровище, и покупатели со всей Европы сражались за каждое изделие. Голландцы назвали его kraakporselein, «краакский фарфор», отдавая должное португальской каракке, источнику ценного груза.

Годом позже следующий крупный груз фарфора прибыл в Нидерланды тем же путем. Каракка Santa Catarina была захвачена у берегов Джохора в Малаккском проливе, на маршруте, соединяющем Индийский океан с Южно-Китайским морем. Это был самый громкий захват судна в новом веке. На борту Santa Catarina находилось сто тысяч фарфоровых изделий общим весом более 50 тонн. Помимо этого судно перевозило 1200 тюков китайского шелка, который хорошо продавался, потому что производство шелка в Италии в том году упало. Торговые представители коронованных особ Северной Европы стекались в Амстердам с указанием заплатить любую цену.

Захваты Sao Tiago и Santa Catarina, как и потопление «Белого льва», были лишь локальными стычками в куда более масштабной войне, которую голландцы вели не столько против португальцев, сколько против испанцев. Португальцы были младшими партнерами испанцев в 1580–1640 годах, когда их короны были объединены, и это в глазах голландцев делало их законным объектом нападений. Но Испания была заклятым врагом, государством, которое оккупировало Нидерланды в XVI веке и ожесточенно подавляло движение за независимость Нидерландов. Перемирие, подписанное Испанией и Соединёнными провинциями в 1609 году, на некоторое время положило конец прямым военным действиям в Нидерландах, но за пределами Европы борьба между Испанским королевством и Республикой продолжалась.

Однако соперничество в открытом море — испанцы небезосновательно называли его пиратством — имело отношение не только к борьбе голландцев за независимость. Речь шла о разделе сфер влияния. Корни этого противостояния уходят в 1493 год. Годом ранее Колумб совершил свое первое путешествие в Вест-Индию. После открытия новых земель по ту сторону Атлантики папа римский издал буллу, согласно которой Испания получала исключительное право на владение землями к западу от меридиана, проходящего в 100 лигах западнее островов Зеленого Мыса у побережья Марокко, а Португалия могла претендовать на новые территории восточнее этой линии. Все остальные европейские государства были лишены какого-либо права торговать с недавно открытыми регионами или владеть ими. Испания и Португалия изменили условия папской буллы 1493 года, заключив годом позже Тордесильясский договор. Это соглашение переместило разделительную линию на 270 лиг дальше на запад, возможно, потому, что португальцы знали или, по крайней мере, подозревали, что к востоку от нее может оказаться часть территории Южной Америки (они как в воду глядели: там находилась нынешняя Бразилия).

В Тордесильясском договоре не было ни слова о том, где должна проходить демаркационная линия на обратной стороне земного шара, поскольку ни одна из участниц договора там еще не побывала. Так что Португалия и Испания быстро снарядили экспедиции, которые отправились в кругосветную гонку в противоположных направлениях: Португалия — через Индийский океан, а Испания — через Тихий. Они знали, что Китай находится на другой стороне земного шара и любой, кто сможет утвердить свое присутствие в той части света, получит самый ценный приз. Правители Китая не горели желанием позволить какому-либо государству закрепиться на китайской земле. Иностранцам разрешалось находиться в Китае только в качестве временных гостей в составе дипломатических миссий. Концепция дипломатического посольства была достаточно гибкой и понималась сторонами тале посольства из соседних государств, которые преподносили «дань» китайскому трону, действовали де-факто как торговые делегации. Послам разрешалось заниматься торговлей, но в умеренных пределах. Торговцам надлежало стать послами, к чему и стремились португальцы. Они достигли Китая раньше испанцев и предприняли решительные усилия, чтобы открыть официальные каналы связи с китайским двором. Постоянно получая отказ, они были вынуждены довольствоваться незаконной торговлей у побережья островов. Неофициальное соглашение, заключенное в середине XVI века, наконец обеспечило им плацдарм на узком полуострове на южном побережье, известном как Макао, там они и окопались, основав крошечную колониальную базу, откуда