По следам повелителя бурь - Георгий Кан

– Яша, ты как себя чувствуешь?

– Я? Нормально.

– А мне почему-то не по себе. Кажется, кто-то смотрит из темноты. Ты когда-нибудь встречал в тайге что-то страшное?

– Мой отец вырос недалеко отсюда, в деревне Арылах. Она через реку от Ленских столбов. Детство со своими братьями, моими дядьками, он провёл в тайге. Сколько себя помню, отец всегда брал меня на рыбалку и охоту. Поэтому уже пацаном приходилось ночевать в лесу. Чего-нибудь необычного я никогда не встречал. В природе много разных звуков. Днём мы их не замечаем, а ночью слышим. У любой птицы и зверя свой голос. Каждый кричит по-своему. Деревья и скальные породы добавляют в этот концерт свои звуки. Бывает, гремят и обваливаются камни, шуршат насыпи, скрипят от ветра стволы и ветви. Если человек никогда раньше не слышал таких звуков, то они его пугают.

В это время из чащи за палатками раздалось какое-то неразборчивое бормотанье. Сашенька замерла и вцепилась в бревно, на котором сидела. Вслед за бормотаньем раздался приглушенный безумный смех. Через пару секунд он зазвучал уже по-настоящему громко. Сашеньке показалось, что сердце её остановилось. Она схватила Яшу за руку.

– Не бойся, – весело сказал он. – Это всего-навсего филин. Территорию свою обозначает. А голос у него, действительно, как у клиента психушки.

В это время у речки раздался горький женский плач. На этот раз Яша поторопился объяснить:

– Это лиса. Волки воют, а лисы это же делают по-своему. Воют как умеют. Слышишь, за рекой будто трактор заводят? Это какая-то животина вспугнула стаю куропаток, и они взлетели с тарахтящим звуком. Ладно, завтра у нас исследовательский день. Писаница ждёт нас.

– Яшка, ты молодец! Успокоил меня своими сказками, как психотерапевт, – хмыкнула Сашенька, поднялась и пошла к палатке.

Ей всё равно не спалось. Она стала думать о красной от охры скале и неожиданно увидела, что стоит на каменной террасе перед самой вершиной. Ей не было страшно. Вдруг стенка террасы стала осыпаться, и перед Сашенькой открылся вход в пещеру. Она вошла. Там было светло. На стене она увидела изображение тамги канглов, такой же, как в бурятском этнопарке. В углу пещеры что-то белело. Рукой она ощутила тепло. «Наверное, это Алмаз догнал нас», – подумала она и проснулась. Пальцы лежали на пластиковой бутылке с водой, которую нагрело солнце, бившее в распахнутую палатку. У костра слышался разговор, прерываемый восторженными возгласами.

Сашенька протёрла глаза и выкарабкалась наружу. Все стояли вокруг Якова и рассматривали что-то пёстрое у его ног.

– Привет! Доброе утро! – закричал Вася. – Иди сюда, посмотри, что принёс наш охотник!

На земле, раскинув большие крылья, лежал здоровенный глухарь. Его голова с огромными красными бровями и жёлтым крючковатым клювом была повернута набок. Коричневый глаз застыл открытым.

Сашенька встала на колено и потрогала птицу за крыло.

– Жалко.

– Их там больше десятка токовали. Вчера, когда мы сидели у костра, я услышал их перекличку. С утра взял мелкашку и пошёл проверить. Сейчас весна и самок-копалух бить нельзя, а самцов много. Так что я без вреда для популяции подстрелил одного. На обед.

Тут Сашенька почувствовала запах печёной рыбы. На решетке, пристроенной на двух крупных булыжниках, подрумянивался десяток вытянутых рыбок с красными плавниками и чёрными пятнышками на боках.

– Это линки, – сказал Матвей, – не зря донки закидывал.

– Ребята, мы перешли на самообеспечение, – засмеялся Дима, снимая на видео мангал с рыбой.

Когда после завтрака Матвей стал заваривать чай с горстью сухого шиповника, заговорил Яша.

– Поскольку я у вас экскурсовод, скажу пару слов о технике безопасности. Скала древняя, лазить по ней в одиночку опасно. Возможны обвалы. Это и жизни угрожает, и петроглифам может навредить. Вася, прошу тебя быть всё время рядом с Димой и подстраховывать его. Судя по всему, он ради хорошего кадра полезет в опасные места, как…

– Горный козёл, – закончила Сашенька.

Яша улыбнулся, поправил очки и продолжил:

– Надо быть осмотрительней. Матвей остаётся на хозяйстве, а все остальные держатся рядом со мной.

Скала действительно походила на средневековую башню. Природа с двух её сторон создала каменные плоскости, на которых снизу вверх были расположены сотни рисунков.

– Да, художники краски не жалели, – сказал Дима, снимая очередную группу изображений.

Многие картинки были начертаны широкими линиями. Издали они выглядели, как сплошное красное пятно. При внимательном же рассмотрении различались отдельные детали, фигурки людей и животных. Сашеньку заинтересовали рисунки, где контуры лосей были изображены с детёнышами внутри.

– Десять лет назад, во время экспедиции нашего университета, были сделаны современные снимки. А вот первое чёрно-белое фото общего вида скалы датировано ещё 1943 годом. Теперь цифровая технология позволяет выявить множество невидимых ранее деталей, особенности наложения рисунков, оттенки цвета краски и рельефа скальной поверхности. Писаница Суруктах-Хая – уникальный памятник культуры. Здесь каждый раз сталкиваешься с новыми деталями и смыслами, которые оставили нам древние охотники и рыболовы.

– Я хочу снять верхний ряд рисунков. Очень живописные, но как туда забраться? – сказал оператор. – Может, попробовать подобраться с той терраски у вершины?

– У тебя же на камере трансфокатор. Приближай и снимай на здоровье, – заметил Вася.

– Не-е, это не то. Детали исчезнут. Тут каждый мазок, каждая трещинка важны. Может, сообразим что-нибудь, товарищ экскурсовод?

Все посмотрели на Яшу, и Сашенька увидела, что тот колеблется. Потом буркнул «чёрт с вами» и пошёл к лодке. Он принёс брезентовый мешок, развязал и вывалил на землю альпинистское снаряжение: верёвки, карабины, металлические крючья и страховочный пояс. Картину завершали скальный молоток и каска.

У Дмитрия загорелись глаза:

– Вот это я понимаю! Вот это Яша! – завопил он.

Сашенька подержала в руках железяки и весело подмигнула Василию.

Яша с Димой по распадку с другой стороны скалы поднялись наверх. Через какое-то время они были на вершине. Яша надел на оператора страховочный пояс и каску. Потом загнал в узкую щель скальный крюк, прицепил к поясу карабин и продел через него альпинистскую верёвку. Минут десять инструктировал и наконец, держа в руках страховочный конец, спустил оператора вниз. Съемка длилась минут тридцать. Когда они оказались внизу, все увидели счастливое лицо Димы.

– И что же ты там такое снял? – поинтересовался Вася.

– Потом увидите, – важно ответил он.

День пролетел быстро. Вася и Сашенька сделали десятки снимков, но каждый раз, рассматривая скалу, находили что-то новое. Запахло чем-то вкусным. У костра хозяйничал Матвей, и из булькающего котла шли чудные запахи глухариной похлёбки.

– Похитители солнца, – задумчиво, будто про себя, сказал Дмитрий.

– В смысле? – переспросил Василий.

– Я подумал, что мы уже второй раз встречаем следы похитителей солнца. Ну, в