Битва за Дальний Восток. От противостояния к Антанте - Владимир Виленович Шигин

мира» Гуго Гроция. Кроме этого, Гаага уже имела опыт проведения международных встреч и была готова финансировать конференцию. В знак уважения к инициатору нидерландская королева Вильгельмина предложила дату открытия конференции на 6 (18) мая – день рождения Николая II.

* * *

Николай II выбор места и дату одобрил. Остальные не возражали. Итак, конференция стала неизбежной. Всего было решено собрать дипломатов и парламентариев из двадцати европейских стран, а также из важнейших держав мира.

Обсуждать предполагалось тему мирного разрешения международных конфликтов, а также возможность использования третейского разбирательства и посредничества. Помимо этого, Россия предлагала обсудить «заморозку» на какое-то время модернизации армий, флотов и военных бюджетов, запрещения введения нового оружия и новых взрывчатых веществ, строительства подводных лодок и судов с таранами, а также метания снарядов с воздушных шаров.

Помимо всех европейских держав, на конференцию были приглашены США, Мексика, Китай, Япония, Персия и Сиам. Римского папу звать не стали по просьбе Италии, а Болгарию по требованию Турции допустили без права голоса.

«Мир был уже поражен, – писал французский историк Жан де Лапрадель, – когда могущественный монарх, глава великой военной державы, объявил себя поборником разоружения и мира в своих посланиях… Удивление еще более возросло, когда, благодаря русской настойчивости, конференция была подготовлена, возникла, открылась».

Сами заседания проходили в мае – июне 1899 года в королевском Лесном дворце. Учитывая инициативу России в созыве конференции, вел ее наш посол в Англии барон Стааль. Разумеется, что никакого единства во мнениях не получилось. Каждый «тянул одеяло на себя», пытаясь улучшить свое положение за счет соседа. Никто не пожелал хоть как-то ограничить свой военный бюджет, но желали, чтобы его сократили все другие.

Самую негативную реакцию вызвала у наших делегатов позиция французской делегации. Французы интриговали и обманывали на каждом шагу. Первым не выдержал старик Мартенс. Поймав в перерыве между заседаниями французского депутата, он взял его за шиворот и сказал:

– Вы вроде бы наши друзья и союзники, но не только не помогаете нам, но, напротив, на каждом шагу пакостите, выступая против предложений России в военной и морской комиссиях, а потому вашу позицию я считаю подлой, а вас самих подлецами! Можете за это вызвать меня на дуэль!

Услышать такое из уст профессионального дипломата было просто невероятно. Но, видимо, Мартенса довели… на дуэль его, разумеется, никто не вызвал.

Несмотря на все разночтения и дрязги, конференция впервые приняла международные конвенции о законах и обычаях войны, заложившие основу будущего международного гуманитарного права. Это был уже настоящий прорыв!

Все решения оформляли отдельными актами. При этом державы могли подписывать их или не подписывать. В итоге конвенцию о мирном разбирательстве споров и о морской войне подписали все участники. Конвенцию о сухопутной войне отказались подписать Швейцария, Турция и Китай. Декларацию о бросании снарядов с аэростатов почему-то не подписала Англия, а декларацию о запрещении снарядов, испускающих смертельные газы, – Англия и США.

Наконец, под занавес российский депутат Федор Мартенс предложил подписать самую важную конвенцию «О мирном решении международных столкновений». Конвенция установила право вмешательства третьих держав в столкновение между двумя другими как до войны, так и после открытия военных действий, посредством предложения «добрых услуг». Здесь никаких возражений ни у кого не имелось, хотя сразу было понятно, что выполнять это мало кто будет.

В конце работы конференции для решения споров между державами Гаагская конвенция учредила постоянный международный третейский суд и разработала особый порядок судопроизводства.

Надо сказать, что за свою инициативу в деле созыва Первой международной конференции по разоружению чиновник российского МИДа Федор Мартенс был вскоре выдвинут на Нобелевскую премию мира. Причем в будущем на эту премию его будут выдвигать еще 26 раз! Это абсолютный рекорд в истории присуждения Нобелевской премии. Но почему-то Мартенсу Нобелевскую премию так и не дали. Причина лежит на поверхности, Федор Мартенс был русским!

Надо сказать, что в секретариате ООН по сей день стоит бюст Николая II и помещено его «Обращение к державам мира» о созыве первой Гаагской конференции. Помнить об этой главе нашей истории надо.

Часть вторая

Дальневосточный вектор

Глава первая

В конце 90-х годов XIX века главные европейские державы вступили в схватку за обломки умирающей Маньчжурской империи. Первыми на этот раз в атаку рванули немцы, стартовавшие в колониальной игре последними. Кайзер Вильгельм опасался, что конкуренты монополизируют все мировые рынки и ресурсы и он останется с пустым карманом. Начал Берлин с малого – постарался заполучить на северном побережье Китая военно-морскую базу для обеспечения своего будущего Тихоокеанского флота. Убийство китайскими хунхузами в ноябре 1897 года двух немецких миссионеров дало Вильгельму предлог для решения этого вопроса. Экспедиционный корпус, посланный кайзером, захватил окрестности города Кяочоу, известного впоследствии как Циндао. У Пекина не оставалось выбора, и он предоставил Германии в аренду на 99 лет морской порт, а также угледобывающие и железнодорожные концессии. В ходе последующих интриг выгодные концессии заполучили Англия и Франция. Соединенные Штаты Америки также ввязались в дальневосточную схватку, приобретя в 1898 году Гавайи, Уэйк, Гуам и Филиппины, на овладение которыми претендовали также Германия и Япония.

Что касается России, то пытаясь хоть как-то защитить целостность Китая, она не только осталась в одиночестве, но и явно опаздывала приобрести незамерзающий порт на китайском побережье, чтобы хоть как-то уравнять шансы с остальными европейскими странами.

Необходимо было решать, какой именно порт занимать, причем делать это быстро и решительно. Для этого был нужен деятельный и смелый флотоводец, способный принимать самостоятельные решения. Из всех возможных кандидатур выбор императора остановился на контр-адмирале Дубасове.

Новый командующий российской Тихоокеанской эскадрой родился в семье отставного лейтенанта флота. Окончил Морской корпус. В 60-х годах служил на Сибирской флотилии, совершил кругосветное плавание.

Вернувшись на Балтику, окончил гидрографические классы Морской академии. Затем служил в Гвардейском экипаже на императорских яхтах. В 1877–1878 годах участвовал в войне с турками на Дунае. Отличился как командир минных катеров. Неоднократно участвовал в минных постановках, смелых рейдах и атаках турецких кораблей. В мае 1877 года вместе с лейтенантом Шестаковым атаковал и потопил турецкий броненосный монитор «Сейфи». За этот подвиг получил Георгиевский крест 4-й степени и стал национальным героем России. Впоследствии до конца войны командовал на Дунае канонерской лодкой и командиром отряда кораблей.

После войны Дубасов был назначен флигель-адъютантом императора и командовал отрядом миноносок на Балтике. Затем поочередно командовал крейсером «Африка», фрегатом «Светлана» и броненосным фрегатом «Владимир Мономах». На последнем сопровождал наследника престола Николая Александровича (будущего Николая II) в его плавании на Дальний Восток. По возвращении командовал броненосцем «Петр Великий». В 1892–1896 годах Дубасов состоял морским агентом в Германии. В 1896 году был назначен младшим флагманом Тихоокеанской эскадры. Отбыв