Фамильяры ведьм - Стейси Холлс

– Он велел нам закрыть двери, все двери в доме, чтобы она не смогла сбежать.

– Она была там?

– Только ее дух. Отец видел его, я знаю. После смерти отца ее привели к его телу, и от ее прикосновения оно начало кровить.

– Наивернейший признак колдовства, – уверенно произнес Роджер.

– Но, если это действительно произошло четыре года назад, – начала я, – почему ее привлекли к суду только сейчас? И в прошлом месяце судили за что-то другое?

Томас взглянул на Роджера.

– На прошлой неделе, в Великую пятницу, когда все мы, добропорядочные горожане, возносили молитву, был устроен шабаш, – проговорил Роджер медленно, словно открывал тайну. – А когда мы все постились, как велел Господь, на этом сборище вкушали краденую баранину. Это происходило в жалкой лачуге под названием Малкин-тауэр, доме, принадлежащем бабушке Элисон Девис, старухе Демдайк. И в этой оргии принимала участие Дженнет Престон.

– Престон знает Девисов? – спросил Ричард.

Роджер кивнул.

– Потому что она ведьма. И о чем же они говорили на этом сборище, кроме того что сравнивали своих фамильяров и кощунствовали против Иисуса Христа, ради которого должны были соблюдать пост? Представьте себе, они говорили о молодом мистере Листере, который присутствует здесь.

– Зачем?

– Престон замышляла убить его, – невозмутимо ответил Роджер.

Я почувствовала, как сидящий рядом со мной Томас Листер затрепетал. Он начал перебирать столовые приборы и посуду, передвигать их, тщательно расставляя в ряд.

Роджер продолжал:

– Но они толковали не только об этом. Они собрались, чтобы составить заговор, мало чем отличающийся от того, который не так давно чуть не сверг короля с трона. – Он подался вперед, блестя зубами в свете свечей. – Они намеревались подорвать Ланкастерский замок, где содержатся им подобные, чтобы освободить их.

– Откуда вам это известно?

Роджер высморкался и, аккуратно сложив носовой платок, отодвинул стул, чтобы встать.

– Позвольте мне представить моего самого ценного свидетеля.

Роджер вышел из комнаты, и все за столом дружно ахнули, когда он вернулся, держа своей медвежьей лапой за плечо маленькую девочку.

Они вошли в комнату и остановились не доходя до стола. Малышке с бледным заостренным лицом и большими чистыми глазами было не больше девяти или десяти лет. Мышиного цвета волосики выбивались из-под свеженакрахмаленного чепца, и, хотя фартук был завязан туго, она буквально тонула в простом шерстяном платье. Девочка смело посмотрела каждому из нас в глаза, и, когда ее храбрый взгляд упал на меня, я не нашла в себе сил отвернуться. Выражение ее лица было бесстрастным, как на портрете, и я слегка поежилась оттого, что она ничуть не боялась и не выказывала никаких чувств.

– Вот, – объявил Роджер, – это Дженнет Девис.

– Распространенное имя среди них, – просипел мистер Баннистер.

– Мистер и миссис Шаттлуорт, мистер Листер, позвольте мне представить вам источник всех моих сведений. Дженнет помогает нам с мистером Баннистером в расследовании. Она сестра Элисон.

Я заметила, что Кэтрин быстро взглянула на девочку одновременно с подозрением и страхом. Хозяйка дома выглядела так, словно хотела спрятаться за кого-то от этого ребенка.

Я повернулась к мистеру Баннистеру и прошептала:

– Она живет здесь, в Рид-холле?

– Именно, – тихо произнес он. – В одной из бывших детских.

Интересно, что бы сказали об этом взрослые дети Роджера, – я и сама не знала, что думать. Маленькая ведьма была родной сестрой Элисон? Все молчали и так откровенно рассматривали девочку с ног до головы, что по коже у меня побежали мурашки, и я заговорила.

– Здравствуй, Дженнет, – сказала я. – Как тебе нравится Рид-холл?

– Вполне себе, – скрипучим голосом произнес ребенок с явным простонародным выговором.

– Ты надолго здесь?

– Она останется, пока не будет назначена дата летней выездной сессии суда.

Кэтрин удивленно пискнула.

– До августа? Роджер, она действительно будет жить у нас так долго?

– А куда еще ей идти, Кэтрин? Ее семья в Ланкастерском замке и будет там до тех пор, пока не предстанет пред судьями его величества.

Его слова, по-видимому, ничуть не встревожили Дженнет; она продолжала без стеснения осматривать гостей и саму комнату, жадно разглядывая портреты, деревянную обшивку стен и щиты с фамильными гербами. Несомненно, она никогда в жизни не видела ничего подобного – ни огромного камина, возвышавшегося перед ней, ни столь обильной снеди.

– Разделишь с нами трапезу, Дженнет? – предложил Роджер. – Скоро принесут жареных цыплят, говядину, и хлеб, и свежее масло, которое взбили сегодня утром.

Дженнет с готовностью закивала, и ее усадили в конце стола возле Кэтрин, которая по-прежнему выглядела обескураженной. Хотя тень вежливой улыбки, подобающей хозяйке дома, играла на ее губах, в глазах сквозила настороженность.

– Дженнет была в Малкин-тауэр в Великую пятницу и рассказала мне обо всем, что там обсуждалось, включая заговор против присутствующего здесь хозяина Престонов, – заявил Роджер, вернувшись на свое место. – Там находилось довольно много людей, о которых рассказал мне ее брат Джеймс, и Дженнет подтвердила все имена из списка. Мы прекрасно понимаем друг друга, правда, Дженнет?

Девочка пожирала глазами полуопустошенные блюда с едой на столе, и я то и дело невольно взглядывала на нее. Голова у нее была такой маленькой, что, казалось, Роджер может раздавить ее одной рукой. Ее как будто ничуть не огорчало заточение всех родных, и я не знала, ужасаться мне или жалеть ее.

Принесли вторую перемену блюд, и Роджер с Ричардом заговорили на другие интересующие их темы: о цене на соль, о выручке от продажи скота на рынке. Дженнет ела жадно, как дикое животное, размазывая жир по лицу и рукам. Я наблюдала за ней, когда вдруг услышала, как Ричард говорит Роджеру о том, что заказал ружье, и резко повернула голову.

– Ружье? Ричард, ты не говорил мне об этом.

Ричард бросил взгляд на Роджера.

– Флитвуд, вряд ли мне требуется советоваться с тобой, – сказал он. – Если только ты не разбираешься в огнестрельном оружии, о чем мне почему-то неизвестно.

За столом захихикали, и я вспыхнула.

– А оно не выстрелит в доме?

– Нет, если обращаться с ним правильно, – надменно произнес Ричард. Он демонстративно повернулся к Роджеру, давая понять, что разговор со мной закончен.

Я пыталась завести беседу с сидящим по левую руку от меня Томасом, но он вел себя очень странно и избегал смотреть мне в глаза: думаю, присутствие ребенка пугало его. Кэтрин поеживалась рядом с Дженнет и не произнесла ни одного слова.

Вскоре беседа снова вернулась к охоте Роджера на ведьм.

– Давайте не будем говорить об этом в присутствии девочки, чтобы ей не снились кошмары, – произнес Роджер. – Дженнет, иди в свою комнату, а утром я за тобой пошлю.

Девочка была так худа, что бочком сползла со стула, даже не отодвигая его. Она вышла