Курск и Белгород. Дуга столетий - Станислав Александрович Минаков

И пусть не совсем совершенны, но весьма наполнены истинным религиозным и патриотическим чувством эти строки.

Для сохранения святыни в конце Второй мировой войны было решено переправить ее за океан, а для европейской паствы в Женеве был сделан список. С февраля 1951 г. святая икона пребывает в Америке, где от нее явлено много чудес. С конца 1960-х чудотворную возили к русским православным Бразилии, Аргентины, Англии, Бельгии, Германии, Швейцарии, Франции, Испании, позже – Чили и Австралии.

* * *

Скажем и о Курской Коренной Рождества-Богородичной пустыни, что близ Свободы. Монастырь этот, основанный в 1597 г., возвышается над речной луговой равниной, сбегая по заросшему высокими деревьями холму. К берегу Тускари, к святому источнику в обители ведут ладно сработанные железные сходни, устроенные в виде эстакад и площадок.

Если сесть на лавочку близ недавно установленного памятника, открываются живописнейшие дали, над которыми стоит на самом краю склона бронзовый памятник преп. Серафиму работы скульптора В. Клыкова – в таком облике, как привычно видеть на одной из икон, – на коленях на камне, с воздетыми руками, полусогнутыми в локтях. С красивым ободком бронзового нимба, с виднеющимся в нимбе пространством неба. Сквозь нимбовый просвет батюшки Серафима можно видеть пролетающих птиц и облака.

Такая же скульптура установлена недалеко от г. Сарова, возле одной из дальних пустынек, где совершал духовные подвиги батюшка Серафим. Святой запечатлен во время моления на камне. В этом великом подвиге, повторенным через сотню лет преп. Серафимом Вырицким, мы помним, саровский чудотворец провел тысячу дней и ночей.

Появление здесь памятника преп. Серафиму неслучайно, поскольку икона Знаменской Коренной Богородицы сыграла спасительную роль в судьбе подвижника. В 1769 г. десятилетний Прохор тяжко заболел, а во время крестного хода по улице, где жили Мошнины, несли по городу чудотворную икону. Пошел сильный дождь, и, чтобы сократить путь, крестный ход направился через двор Мошниных. Обрадованная Агафья, мать будущего святого, вынесла больного сына, приложила к иконе и поднесла под ее осенение. Прохор после этого стал быстро поправляться.

На месте, где произошла встреча больного отрока Прохора Машина с чудотворной иконой Божией Матери «Знамение» Курской Коренной, в 2004 г. построена и освящена часовня.

В акафисте иконе к этому святому образу обращаются как «преподобного Серафима тихая крепосте… святителя Иоасафа пламенная ревносте».

Не забудем же слова из молитвы Курской Коренной Богородичной иконе, значимые во все времена, равно и сегодня, в эпоху третьей русской смуты: «Темже и ныне благослови землю Русскую. Спаси от греха, погибели и соблазнов страну нашу. Излей благодать на труд земледельческий и на всякое благое начинание общественное…»

Дивны Холки в Диком поле

Пасхальное паломничество в Холковский Свято-Троицкий монастырь

Старинное русское село Холки расположено недалеко от бывшей украинской границы – между райцентрами Белгородской области, г. Чернянка (в 10 километрах) и Новый Оскол.

Наслышанные о пещерном монастыре (в разных источниках он называется двояко: Холкинским или Холковским), мы, пятеро харьковчан курского и белгородского происхождения, разного возраста (младшей – около 10 лет, а старшей – чуть более 60), вечером Страстной субботы отправились туда на автомобиле, намереваясь отстоять Пасхальную службу и, как водится, освятить продукты.

От «Слова»

По предположению историков, место, где находится Холковский подземный монастырь, посетили князь Игорь Святославич со своим братом Всеволодом и после встречи отправились по Изюмскому шляху вдоль реки Оскол на юг. Этот героико-трагический поход русских воинов нашёл яркое отражение в выдающемся памятнике отечественной литературы – «Слове о полку Игореве».

Одной из загадок истории является маршрут, по которому шла дружина Игоря Святославича. Свою версию предложил исследователь Холковского городища А. З. Винников в работе «Перед суровым испытанием»: «23 апреля 1185 года Игорь Святославич выступил из Новгорода-Северского в район ближайших половецких кочевий в бассейне Северского Донца. На пути в половецкую степь он должен был встретиться с войсками брата своего Всеволода Святославича, шедшего из Трубчевска через Курск. И на реке Осколе 6–7 мая произошла эта встреча. Где она могла состояться? Вероятно, Игорь со своей дружиной мог остановиться на несколько дней там, где было поселение-крепость и где находились запасы продовольствия и фуража. Такой крепостью на реке Оскол могло быть городище Холки. И отсюда объединённая дружина двинулась дальше навстречу своей гибели». Мы знаем, что поход князя Игоря закончился трагически, почти всё русское войско было разбито. Сам князь Игорь был взят в «полон», и только через два года ему удалось бежать из половецкого плена.

По-разному объясняют учёные и краеведы происхождение названия села Холки. Одни считают, что оно получило его от старинной речки Холок. По мнению других, село обязано своим названием меловым холмам, у подножия которых оно расположено. Местные жители поэтично сравнивают эти холмы с гривами трёх коней, повёрнутых мордами на восток. Здесь с XI–XII вв. находилось древнерусское поселение – Холковское городище. Жителями городища Холки были не только древние русичи, но и потомки алано-болгар. Летопись сообщает о том, что после одного из удачных походов на половцев в район Северского Донца в 1116 г. князь Ярополк Владимирович (сын Владимира Мономаха) взял здесь жену из ясов (алан) «красну вельми». В так называемой «Писцовой книге» за 1643 г., в которой приводится краткое описание монастыря и его земель, перечисляются также крестьяне с ласкающими наш слух именами, проживавшие около монастыря: Ивашко Микитин, Офонка Тершин сын Долгий, Сенка Опёнкин и другие.

«Христос Воскресе!»

…У благочинного красивый, низкий голос. Я стоял поначалу на службе рядом, за его спиной (храм не очень-то просторен, что и понятно, не в центре ведь большого города построен, и пришедшие из села и приехавшие из райцентров вместились лишь на треть). Маленький хорик из одного диакона, сельских женщин разных возрастов и двух подростков, пел старательно, конечно, хотя и не столь благолепно, как, скажем, нам пел женский хор в монастыре Дивеева или мужской – на Валааме… Но суть, как говорится, не в том.

Праздничную службу о. Николай, не достигший, пожалуй, и сорока лет, правил без излишних экзальтаций. И была в этом, быть может, некоторая отстранённость, ибо в манере его чтения не проявлялось ничего личного, благодаря чему ситуация и процесс объективизировались, в связи с чем создавалось убедительное ощущение космичности происходящего.

Как водится, крестным ходом мы с горящими свечами вышли из храма. Движение было затруднено: людей много, и в храме-то было тесновато, и здесь, на вымощенной плиткою окольцовывающей дорожке, – тоже. Шли, медленно ступая в ночи, по правую руку оставляя красивую литую круговую оградку, изящные столбовые фонари. Откуда знать,