Курск и Белгород. Дуга столетий - Станислав Александрович Минаков

В эти минуты ты, маленький, становишься причастным всемирной духовной истории, Воскресению Христа на Кресте, чаешь о спасении и знаешь твёрдо, что с тобой сейчас идёт вокруг храма вся Русь, все уверовавшие в Него, и вспоминаешь красу и радость Пасхи в Оптиной пустыни трёхгодичной давности и свои же слова: «Так гулко эхо наших слитных голосов отражается от монастырских стен и уходит в звёздное небо – чтобы там, должно быть, сомкнуться в единый звук с голосами всего Православного мира.

Христос Воскресе! Ликование, которое сравнить нельзя ни с чем, невозможно подобрать сравнения с этой радостью. Поскольку до сего любая испытанная радость имела земную природу и основу, а новая, нынешняя – горнюю. Ты, твоя душа-личность отныне стала неотделимой частью огромного, цельного, всеобщего, благодатного. Смотришь в счастливые, по-детски просветлённые лица священнослужителей, свершающих чин, многократно проходящих с кадилами сквозь счастливую, готовую по-детски же бессчётно откликаться паству: Воистину Воскресе! И ликуешь снизошедшим на тебя ликованием.

Радуйся этой детской благодати, тому, что ты ещё не утратил способности радоваться, преисполняться горнего света, неземной нежности. Значит, ты ещё не безнадежен. Христос Воскресе!»

Светскому человеку (не монаху) ночную службу выдерживать непросто. Но – с Божьей-то помощью!

…Потом мы освятили привезённые для сего «продукты», уложенные на рушниках в корзинах, с которыми приблизились к о. Николаю. Он щедро «плюхал» в наши лица и корзинки святой водой, а мы, с мокрыми физиономиями, счастливые, нехотя отходили. И улыбались, улыбались – уже во дворе, кричали друг другу, христосовались, замирали от долгого колокольного звона.

Разговлялись. Ближе к четырём часам утра уселись в авто – чуть вздремнуть до рассвета.

Рассвет пасхального дня

Славно пасхальным утром бродить по меловым холмам! По травяной росе и влажной от недавнего дождя земле. Отчасти обувь спасётся тем, что трава – сухая иль молодая – изобильна. Радуйся: ты увидишь на Пасху появление солнца над горизонтом!

Ты не одинок: на скамеечке у входа в палаты братии как сидел с ночи человек в чёрной рясе, так и теперь сидит. А неподалёку от него – молчаливый и созерцательный монастырский «охранник», симпатичнейший огромный пёс, взгляд которого тоже устремлён на восток: к солнышку, к какому-то нереальному, поистине «японскому» туману, поднимающемуся над извивистым Осколом.

Но, как видим, есть логика и в том, что один из холмов («холок»), на котором знаменательная встреча, как полагают, и состоялась, ныне увенчан храмом-колокольней в честь св. равноапостольного князя Владимира, крестившего Русь. А вот, совсем рядом, – не столь давно возведённый бронзовый, уже потемневший памятник на белом-пребелом постаменте: всадник, чей конь топчет поверженного воина. У всадника развевается на бритом черепе осэлэдэць, то есть по-украински «селёдка», хохол – подобный тому, что носили казаки-малороссы. Уж не Святослав ли? Читаем надпись на бронзовой доске: «Великому князю киевскому Святославу Храброму благодарные потомки».

Странно: здесь ведь место встречи Игоря Святославича с братом, а памятник поставлен отчего-то – Святославу. Что ж, будем вдумываться, узнавать, за что такая здесь честь язычнику Святославу, сыну равноапостольной княгини Ольги, «дивной в девицах» «начальницы веры», которую называли также «корень православия», принявшую христианство около 957 г., за три десятилетия до крещения Руси её внуком Владимиром, кстати, Святославовым сыном. Помним, что материнские усилия княгини Ольги имели драматический и даже трагический результат: вполне успешный воин, её сын Святослав оставался язычником, по его распоряжению был убит племянник Ольги Глеб.

Новые монастырские храмы Холок прекрасны, что редко можно сказать о новоделе. На Белгородчине умеют строить красивые современные храмы. Московский архитектор Андрей Родыгин, который возвёл церкви Холковского монастыря, скончался в 1998 г., в 43 года. В хорошем месте похоронен Андрей Владимирович, хорошо ему тут лежать – в двух шагах от храма в честь Донской иконы Пресвятой Богородицы, над дивной долиной Оскола! Всё на его могиле сделано, как учат старцы: никаких тяжких надгробий, лишь красивый деревянный крест. Надпись на кресте: «Кресту Твоему поклоняемся Владыко и Святое Воскресение Твое славимъ». Да часовенка над ним.

Не становишься ли другим человеком, идя по дороге на просвет, в прямо восходящее солнце, видя лишь отсверки росы и силуэты ветвистых акаций? Или, взойдя на самую высокую вершинку окрестности, наблюдая красный луч, пробившийся в проём барабана колокольни.

…Утром же мы двинулись восвояси. Едучи вдоль Оскола, то и дело оглядывались, любуясь монастырём, меловыми кручами западного берега реки с едва зазеленевшими рощами. «Горы тайные Руси» – так назвал эти места поэт-белгородец Чернухин.

На столетие прославления святителя Иоасафа Белгородского

Воистину Белгород и вся Белгородчина стали процветать, когда снова оказались под покровом святителя Иоасафа Белгородского, то есть когда его честные мощи возвратились в город, чудесным образом обретённые в Санкт-Петербурге вместе с мощами преподобного Серафима Саровского.

Русское православие торжественно отметило 100 лет со дня прославления святителя Иоасафа, состоявшегося в 1911 г. по инициативе и при непосредственном содействии государя Николая II Александровича.

Крестные ходы, шедшие в течение нескольких дней в Белгород из Ровеньков, Алексеевки, Старого Оскола, Красного, Прохоровки, Красной Яруги, Грайворона, Губкина и других городов и районов области, а также из соседствующих с Белгородчиной областей Украины, утром 16 сентября 2011 г. собрались в пяти пригородных точках и стеклись по улицам Белгорода на Свято-Троицкий бульвар. Конечным пунктом их движения стала нововозведенная на Свято-Троицком бульваре, рядом с домом № 20, храм-часовня во имя святителя Иоасафа, епископа Белгородского, чудотворца.

Как и в нынешнем году, так и тогда мощи небесного покровителя Белгорода из кафедрального Спасо-Преображенского собора в праздник Преображения Господня были перенесены через два квартала в Николо-Иоасафовский храм на старом кладбище, где находится не только знаменитый камень из Иоасафовой «пещерки», на коем полтора века простояла рака с честными мощами святителя, но и некоторые его личные вещи.

В Николо-Иоасафовском соборе архиепископ Белгородский и Старооскольский Иоанн накануне юбилейных торжеств совместно с духовенством епархии совершил переоблачение мощей святителя Иоасафа Белгородского. Новое облачение, пошитое к празднованию 100-летия со дня канонизации, сходно с тем, что изображено на иконе святителя. В 15 часов священство, после молебна, чтения акафиста свт. Иоасафу, вынесло на своих плечах раку (к юбилею была изготовлена новая) со св. мощами. И с большим числом прихожан проследовало по улицам Попова, Соборной площади и Свято-Троицкому бульвару – к только что возведённой часовне.

Теперь, с появлением Иоасафовой часовни на Троицком бульваре, закрепляется новый ритуал городского крестного хода. Сначала ларец с мощами святителя приносят сюда, а потом возвращают в