Чайный дворец - Элизабет Херман

Она сделала несколько легких, танцующих шагов.

– …заглянет к нам, – закончила за нее Лене. Для нее это была самая захватывающая новость за последние недели.

– Что такое? – Паула легонько толкнула ее в бок. – Не такой уж он и красавец.

Бойсен исчез в толпе, и портовые рабочие снова набросились на груз. Сквозь зевак проталкивались торговцы, чтобы не упустить ни одной коробки. Поденщиков либо прогоняли треском воловьих плетей, либо разрешали помогать.

Лене встала на цыпочки, но Бойсена, спешившего в ратушу, уже не было видно. С его появлением открылись возможности. Она не знала как, но он попадется в ее сети в доме Анны. Останется только затянуть их…

Не глядя она сделала шаг назад и неудачно налетела на мужчину.

– Не видишь, куда идешь? – рявкнул он на нее, а затем рассмеялся. – Лене!

– Том? – удивленно и радостно воскликнула она. Наконец-то появился мужчина, от которого не нужно убегать! Паула не спускала с них глаз, но это было скорее из-за того, что Том был довольно привлекательным парнем.

Он окинул Лене оценивающим взглядом.

– Ты отлично выглядишь. Нашла, наверное, работу в Эмдене?

Девушка замялась и принялась разглаживать свой фартук.

– Да, – это все, что она смогла произнести.

– Что ты делаешь на улице?

– Я, э-э… устроилась в… трактире.

– И теперь слоняешься по порту, прознав, что англичане разгружаются? Неужели хочешь спрятаться в бочке с сельдью и так пробраться на борт?

– А ты? Что ты здесь делаешь? – парировала Лене.

Том посмотрел на корабль, и его глаза загорелись.

– Они набирают команду. Трое ушли, захотели домой. Возможно, мне повезет. Я собирался в Бремен, но деньги закончились, и я осел у одного рыбака в Дицуме. Постоянно вверх и вниз по каналам – это не для меня. Но теперь «Шэйди» здесь, и ты тоже. Это что-то да значит.

Его взгляд стал еще более проникновенным.

«Возьми меня с собой», – хотела сказать Лене, но не могла. Для матросов это исключено. А вот жены капитанов на борту встречались не так уж редко. На военных судах были прачки и носильщицы пороха. Но на торговых правила были строгими: никаких женщин на борту. За редкими исключениями. Лене собиралась стать именно таким исключением. Поэтому не повредит узнать о «Шэйди» как можно больше.

– А куда он плывет? В Плимут или Лондон?

– В Лондон.

Том хотел обнять Лене за плечи, но это означало бы согласиться на нечто большее, что не входило в ее планы. Хотя выглядел парень куда лучше, чем несколько недель назад, когда они вместе ехали на телеге. Загорелый, с выцветшими на солнце кудрями, падавшими на плечи. Работа на лодках пошла Тому на пользу: плечи казались шире, а руки крепче. В его дерзких глазах сверкала улыбка, которая могла бы сбить Лене с толку, если бы у нее не было четкой цели.

Но цель у нее была, и она не подразумевала увлечения матросом, каким бы привлекательным он ни был.

Том отвел ее в сторону, подальше от толпы. Они остановились рядом с большой швартовочной тумбой.

– Лондон… – Как мелодично звучало имя этого города.

– Ох… – Парень состроил притворно печальную мину. – Ты так по нему скучаешь?

– По кому? – удивленно спросила она.

– По твоему возлюбленному в Англии. Тому, кто ждет тебя.

Кто-то окликнул ее по имени. Паула. Она ждала ее, и голос звучал недовольно. Лене хотела пройти мимо Тома, но он широко расставил ноги, преграждая путь.

– Раз он далеко, пойдем со мной вечером на танцы. Может, это моя последняя ночь на суше. Моряки живут опасно.

– У меня нет времени. Мне нужно работать!

– Тогда поцелуй меня. Чтобы было о чем мечтать в море!

Лене со смехом оттолкнула парня в сторону и побежала прочь. Он звал ее, но это уже не имело значения. Том говорил не всерьез, и все же было приятно знать, что кто-то будет по ней скучать.

* * *

Таверна «Когге» размещалась в низком, покосившемся фахверковом доме, который, несмотря на свой убогий внешний вид, внутри оказался весьма просторным. Питейный зал был забит до отказа, и воздух был пропитан алкоголем, потом и запахом еды. Мужчины кричали и пели песни, где важна была не столько точность исполнения, сколько громкость.

В конце зала находился грубо сколоченный прилавок. Шустрый мальчишка подкатил к нему пивной бочонок, что сорвало громкие аплодисменты. Бочонок принял худощавый мужчина в грязном переднике. Лене, зигзагом пробираясь между гостями, подошла к нему.

– Добрый вечер.

Мужчина хрюкнул в ответ и закатил бочку за деревянную перегородку.

– Меня прислала Анна. Сказала, что я буду полезной.

Лене была одна. Перед входом в заведение Паула встретила клиента, схватила его за руку и весело заявила, что теперь он проводит ее до дома.

– Подожди там. – Хозяин кивком указал на дверь, которую Лене только что заметила.

Пока она шла к ней, двое весельчаков попытались развязать бант на ее фартуке. Один преградил ей дорогу, но она уже научилась: просто оттолкнула его в сторону.

Открыв дверь, Лене оказалась в маленькой комнатке. Обстановка была скромной, и здесь было прохладнее, чем в основном зале. Гул голосов хотя и был слышен, но не так раздражал.

В углу за столом сидела женщина. Трясущимися руками Лене потуже завязала фартук и поправила чепец.

– Добрый вечер, – сказала она, не зная, что делать и говорить дальше.

Женщина была в темном шерстяном платье и толстом вязаном платке, который казался мягким на ощупь и теплым. Маленькая шляпка придавала ей строгий вид, а перчатки – благородство. Лицо было бледным, с узким носом и выраженными линиями страдания, опускавшимися к уголкам губ; редкие светлые волосы собраны в пучок. Перед ней на столе стояла тарелка.

Медленно отложив приборы, женщина подняла глаза. Взгляд, которым она окинула Лене, словно говорил: «Держись от меня подальше». Но других мест, чтобы присесть, кроме как за столом, в комнате не было, а стоять Лене не хотелось.

– Можно? – В Хогстерварде она бы никогда не осмелилась спросить такое, но в Эмдене она была свободна.

Женщина не ответила. Снова взяла в руки приборы и отрезала крошечный кусочек от жаркого, следя за тем, чтобы не запачкать светлые кружевные перчатки. На коленях у нее лежал маленький бархатный мешочек. Все в ее облике говорило о достатке, но не было ни капли показной роскоши.

– Это свинина? – спросила Лене, просто чтобы завести разговор.

– А на что это похоже? – ответила женщина неприятным, пронзительным голосом. – На белку?