Великое княжество Литовское. XIV-XVI вв. - Александр Сергеевич Грушевский

на весь год, а из остального берет себе ⅓, а ⅔ остается на господаря. При отдаче з. Мстиславля п. Юрью Зеновьевичу указано, что половина урожая с дворцов и фольварков должна поступать на пожиток державце и слугам, а половина «мает хована быти на снижованье тых замков наших»[148].

Сумму продуктов, поступавших в распоряжение державцы, можно было определить различными способами. Можно было указать в уставе поступавшую в распоряжение державцы часть урожая, треть, четверть. Можно было, с другой стороны, установить, что именно должен державца передать господарю, сколько бочек жита, и сколько бочек овса, сколько возов сена: отославши согласно с распоряжением господаря в указанное место определенную уставов сумму запасов, державца мог остальное употреблять на себя и своих слуг. Например, п. Богуш Боговитинович, державца двора Довкги (в заставе), отделивши для господаря 60 бочек жита, 60 бочек овса и 60 возов сена, мог остальным пользоваться сам. При этом, конечно, державца должен был отделить запас продуктов для рабочих и оставить на семена.

Придавая особое значение выяснению причитающейся державце доли продуктов полевого хозяйства, господарские уставы не оставляли без внимания и других отраслей дворцового хозяйства, приходилось останавливаться и на продуктах огородничества: всем ли без изъятия пользуется наместник-державца? Как соблюсти интересы и·господаря, если он задумает посетить свой дворец? Более удобным сочли средний путь: державца пользуется огородными речами (плодами), но за то должен при посещении господаря дать на кухню господарю необходимое количество овощей.

И для других отраслей дворцового хозяйства господарские уставы старались установить определенную устойчивую норму. Даются указания относительно эксплуатации озер и рек, устанавливается доля державцы, то «слушное на пожиток», что берет себе державца. Устава 1529 г. определяет долю державцы в ⅓ улова рыбы, остальное продается, и деньги, вырученные при продаже рыбы, передаются в господарский скарб.

Эксплуатацию лесов, приписанных к дворцам, и уходов в господарских пущах тоже старались поставить в известные пределы. В отдельных местностях существовали особые правила на этот счет. Каменецкие, например, державцы могут ловить зверей в пуще господарской, но только в определенных районах пущи каменецкой, а ловить зубров совершенно запрещено: эта охота «вынята» на господаря. При заставе двора Бирштан указано, что державца может в пуще ежегодно «бити на себе по чотыри олени а по чотыры вепры а серн што потреба»[149].

Продукты полевого хозяйства, овощи, мед с бортей, рыба, зверь – все это, вместе взятое, составляло пожитки господарского дворца.

Получая в свое заведование господарский дворец, наместник-державца должен внимательно следить за правильным ходом дворцового хозяйства. Державце поручалось заботиться о расширении господарского и земского пожитка, да и собственный интерес державцы, получавшего определенную долю урожая и прибылей, заставлял заботиться об увеличении доходности дворца.

На первом плане стояли заботы о постоянном обеспечении дворцов необходимою рабочею силою. В дворце работали невольная челядь, затем волощане и мещане, обязанные отбывать определенные работы. Совокупными их усилиями исполнялись все необходимые работы на полях и в огородах, они косили и свозили сено, участвовали в постройке зданий дворца, охраняли и «подлазили» борти, ловили рыбу, ставили езы, участвовали в охоте на зверя. Этих работников могло быть излишнее число, нужно было всем им найти дело; а если дела не было, то, оставивши на дворовые потребы действительно необходимое число людей, остальных рекомендовалось уставами «осадити ку пожитку нашему» на латке. Однако избытком рабочих могли похвастаться не все дворцы: в некоторых дворцах замечался недостаток рабочих рук, хозяйство дворцовое падало, и нужно было приложить особые усилия, чтобы поднять хозяйство господарского дворца на прежнюю высоту. Уставы поручали державцам заботиться о поширенье господарских пожитков; державцы, принимая держания, обещали поширить хозяйство, и их старания в этом направлении особенно ценились урядом.

Господарские замки приносили наместникам-державцам определенные доходы, пожитки.

Наместники-державцы жили в замке на наместничьем дворе в наместничьих хоромах. Здесь же помещалась свита наместника-державцы, его ближайшие помощники, слуги, гарнизон. Около жилых помещений находились различные хозяйственные постройки, амбары, гумна, разные склады, скотный двор, конюшни. Тут же разведены были сады и огороды.

В замок свозилось все то, что шло с окрестного населения, волости и места «на выхованье» наместника-державцы и его слуг. К замку тянулись по дорогам телеги с житом, овсом, сеном; сюда же свозили и мед, медовую дань. Все это принималось и проверялось городничим и его помощниками. Затем, после детального осмотра и проверки привезенного, все это распределялось по житницам, кладовым и погребам. Часть запасов отделялась для двора наместника-державцы, на выхованье самого наместника, его семьи, его свиты. Часть запасов шла на содержание слуг, военных людей, на содержание всякого рода мастеров, пушкарей, литейщиков, на содержание драбов. Все эти выдачи находились на учете врядников замковых и проверялись затем ближайшими помощниками державцы.

С замком обыкновенно соединялись дворцы господарские. Наместник-державца, получивший замок, получал обыкновенно при этом и дворцы. В таких случаях замок получал с дворцов необходимые продукты и сам не вел большого хозяйства. Там в дворце господарском пахали и жали, сеяли и косили. Жито, овес, село дворцоваго хозяйства поступало в распоряжение замка, замковых врядников. Запасы могли оставаться в амбарах господарского дворца и только по мере надобности перевозились в замок.

Но некоторые замки не имели дворцов, там в самих замках вели значительное хозяйство, не довольствуясь датками волости и места. К замку тянули поля, их засевали житом и овсом; к замку тянули сенокосы и на этих сенокосах косили сено для нужд замка. То, что обычно доставляли замкам господарские дворцы, заявители, не имевшие около себя дворцов, должны были получать сами своею собственною хозяйственною деятельностью.

Эти работы на замковых полях велись при помощи местного населения, волощан и мещан, обязанных являться на работу к замку. Как на дворцовые пашни, так и на замковые поля являлись по вызову урядников в указанные дни волощане и мещане и исполняли предписанные им работы. Кроме сельскохозяйственных работ на замковых полях и сенокосах, волощане и мещане исполняли ряд других работ. Волощанам с мещанами приходилось работать над сооружением и ремонтом сельскохозяйственных построек в замке. Если «двор любо згниет, а любо опадет, а любо – Боже того не дай – згорить», мещане вместе с волощанами должны оправлять, приводить в порядок сгнившее, развалившееся, сгоревшее строение. Некоторые державцы старались привлечь лиц, обязанных работать в замке, и к обязанностям домашней прислуги: даже киевских мещан пробовали державцы привлечь к обязанности топить лазню, и тогда приходилось у господаря просить соответственных разъяснений. Заставляли державцы мещан и волощан стеречь коней, хотя это была обязанность слуг державцы и челяди невольной. Заставляли мещан и волощан стеречь хоромы наместника: все это были обязанности,