Битва за Дальний Восток. От противостояния к Антанте - Владимир Виленович Шигин

Но неграмотный суфий был не так-то прост. Дукчи-ишан являлся авторитетным шейхом так называемого «накшбандийского пути духовного совершенствования», а по сути, главой одной из многочисленных исламских сект. Вскоре наша войсковая разведка получила информацию, что мятеж финансируется турками и стоящими за ними англичанами.

Что ж, Большая Игра продолжалась, вырождаясь порой в дальних углах Азии и в такие провокационные формы. Из воспоминаний участника событий: «Вдруг приезжает из Турции какой-то неизвестный авантюрист Абдул-Джалил. Он визирует свой паспорт в Маргелане и Оше и едет к Дукчи-ишану в качестве посланника с письмом от турецкого султана. Абдул-Джалил, передав ишану халат от владыки правоверных, зеленое знамя и волос пророка Магомета, убеждал его объявить газават. Дукчи долго сомневался в подлинности грамоты от султана и скромно замечал: “Как это я, ничтожный человек, мог быть известен султану?” Только со вторым приездом Абдул-Джалила он, наконец, поддался обману и стал проповедовать войну с неверными. Восстание было рассчитано на легкомыслие фанатичного народа. Вместо оружия были розданы чудесные веретена, которые должны были превратить неприятельские пули и ядра в воду».

В мае 1898 года мятежники атаковали русские казармы, но войска отбили атаку. Мятеж подавили очень быстро – Дукчи-ишан был пойман и повешен. Кроме него власти задержали еще более пятисот человек, два десятка из которых были повешены за убийства, остальные отправились в Сибирь. После этого во всем ранее беспокойном Алайском крае наступила полная тишина.

* * *

Итогом длительного русско-английского противостояния в Туркестане стало то, что Россия заняла ряд важных стратегических пунктов, включая туркменские оазисы, присоединив к империи огромные территории и множество народов. Наряду с этим, выйдя на свои геополитические границы, то есть достигнув предела своих территориальных притязаний, Россия далее лишь демонстрировала свои мирные намерения соседствующим Персии и Афганистану.

Что касается Англии, то она не приобрела новых позиций в Центральной Азии, не смогла до конца закрепиться на важных для нее афгано-российской и российско-персидских границах. Не получился и вариант использования туркменского фактора для силового давления на Россию.

Для Англии Туркестан являлся именно той территорией, через которую русское влияние и русская колонизация могли бы быть распространены на весь Средний Восток, что подорвало бы английское господство не только в полузависимых от нее государствах и княжествах, но и в самой Британской Индии. Впрочем, Англия все же добилась самого главного – она обеспечила безопасность северных границ Индии. Именно решение обеими сторонами своих стратегических задач подтолкнуло, в конце концов, обе стороны к соглашениям и дипломатическим маневрам, которые вылились в соглашение об окончательном разделе сфер влияния в Центральной Азии.

После завершении острой фазы англо-русского соперничества на границе Русского Туркестана в 1880–1885 годах стало очевидно – русская дипломатия добилась важных политических и геостратегических успехов. Россия без особых финансовых затрат и военных потерь завершила присоединение большей части туркменских земель, создала организованную и пограничную полосу, войдя в непосредственное соприкосновение с Афганистаном. Русские войска вышли на дистанцию двухдневного марша к Герату – главной геостратегической точке противостояния двух держав в данном регионе.

Еще большего российская дипломатия добилась с политической точки зрения. В своем поступательном движении от Красноводска к Пенде Россия опрокинула все военные и дипломатические преграды, возводившиеся Англией, и вышла туда, куда ей было нужно, – к Кушке. Могущество англичан на Среднем Востоке померкло, все их дипломатическое искусство в Азии оказалось бессильным под напором могучего соперника по Большой Игре. В результате англичане последовательно уступили нам целый ряд важнейших среднеазиатских позиций. Последним таким политическим поражением стал разгром их на Кушке.

К сожалению, России не пришлось испить сладость побед до конца. Члены английской разграничительной комиссии под видом исследования предполагаемой линии границы, путешествовали по Южной Туркмении с совершенно другими целями, лихорадочно создавая тайную агентурную сеть среди туркмен, недовольных присоединением к России. И им это удалось. Английская агентура доставляла фактически всю нужную информацию о событиях в Туркмении, начиная от Красноводска и заканчивая Туркестанским генерал-губернаторством, причем не только касательно передвижения войск и изменений в политике русских, но и о внутренней борьбе в бывших среднеазиатских ханствах. К сожалению, Россия так не сумела создать необходимого барьера против английских интриг в Среднеазиатском регионе. Да, на данном этапе англичане начисто нам проиграли, но, утеревшись, они тут же начали готовиться к будущим конфликтам в этом спорном и перспективном регионе.

Следует сказать, что последующие события 1890–1907 годов в Туркестане выявили всю неоднозначность английских и русских оценок значения этого края в период завершения Большой Игры.

Глава третья

В 1895 году очередным вице-королем Индии был назначен отъявленный русофоб Джордж Керзон. Успевший к сорока годам получить звание пэра, он достиг тем самым воплощения своей детской мечты. Само собой разумеется, «ястребы» пришли в восторг: взгляды Керзона по поводу российской угрозы Индии были прекрасно известны. Новый вице-король был убежден, что конечная цель устремлений Петербурга – господство во всей Азии. И этому безжалостному процессу следовало противостоять на каждой стадии. «Если Россия имеет право на эти амбиции, – писал Керзон, – то Британия имеет еще большее право, нет, она просто обязана защищать свои приобретения и противостоять даже незначительным вторжениям, которые являются только частью большого плана». Он был уверен, что остановить российский паровой каток можно только твердым противостоянием. «Я не считаю, – объявлял он, – что неодолимая судьба влечет Россию к Персидскому заливу, Кабулу или Константинополю. К югу от определенной линии в Азии ее будущее в большей степени зависит от наших, а не от ее собственных действий». Едва ли надо говорить, что после всех этих выступлений назначение Керзона вице-королем встревожило Петербург.

Закручивал новый вице-король «гайки» и в самой Индии. Так, он ликвидировал остатки независимого статуса местных правителей, превратив их полностью в пешки в руках своих, аккредитованных при дворах махараджей, агентов. Керзон запретил публиковать любые антибританские сообщения и ввел режим государственной секретности, усилил репрессии к любой оппозиции, установил за всеми подозрительными круглосуточную слежку и занялся реформой армии.

Ну, и разумеется, составлял планы по противодействию России. Однако вскоре Керзону стало не до наполеоновских планов вытеснения России из Центральной Азии. В 1897 году англичане неожиданно получили очень серьезную оплеуху. Причем от уже не раз бившего их пуштунского племени афридиев. Надо сказать, что англичане всегда неохотно воевали с пуштунами, памятуя о своих былых поражениях. Пуштуны отличались особой воинственностью, да и добраться до их горных кишлаков было очень трудно. Поэтому английская администрация традиционно предпочитала покупать их дружбу. Но дружба за деньги редко бывает долгой, и в 1897 году племена афридиев и родственных им оксаев, считавшиеся самыми большими и сильными в горном Хайбере, подняли мятеж.

Вскоре в предгорья Хайбера был введен двадцатитысячный корпус. Самоуверенный Керзон решил, что этого будет вполне остаточно для