Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

«В подвластные ему земли Владимир направлял людей, не связанных родственными или иными узами с местным населением. Эти люди были преданы ему лично – практика, которая станет обычной для многих поколений правителей Русского государства. Иноземцы служат князю, а не стране, – и тем надежнее для князя их служба» (А. Карпов)

Опыт реконструкции застройки древнего Подола

В очередной раз варяги оказались решающим фактором в борьбе за власть на Руси. Очередной, но не в последний раз. От самой власти их оттеснили, но, как наемники, как ударная и грозная сила для княжеской дружины, они были нужны по-прежнему.

Теперь, когда мы до тонкостей разобрали вопрос конфликта с викингами, перейдем к следующей части, где Владимир уже единственный правитель над всей территорией страны.

Глава 15

Место правления – Киев

Любой государь, придя к власти, сразу обозначает свои приоритеты. Владимир не исключение.

Какие вопросы больше всего волнуют население? В первую очередь – это политика, как внутренняя, так и внешняя, за политикой следует экономика, а рядом с ними – вопрос, последнее время все острее стоящий на повестке дня. Религия! Попытки расширить влияние христианской религии в стране уже случались неоднократно. Но вот только основное население страны – язычники. Люди верят своим старым богам и менять их на единственного нового у них желания нет. Тот, кто хотел креститься, сделал это при Ярополке, возможность такая была. Христианство благодаря снисходительному отношению к религии Ярополка, а до этого, продвижения его в массы княгиней Ольгой постепенно набирало массовость и авторитет. Место снисходительности и терпимости, судя по всему, у коренных язычников начинала занимать открытая, а порой и агрессивная неприязнь. Святослав хотел своим разящим мечом разрушить все христианские очаги в Киеве, но довести до конца дело по уничтожению христианской общины по причине своей безвременной и трагичной кончины не смог. В ней христиане ему и пособили. Знали, что-либо он их, либо они его. Святослав переоценил свое влияние на сына, за что поплатился собственной головой. Ярополк развитию христианства не мешал и, в отличие от отца гонений не устраивал. А раз князь лоялен, то кто же против его воли пойдет. Идти против княжьей воли себе дороже.

Владимир хотел, чтобы все его деяния шли прямым продолжением деяний отца.

«Вероятно, к первым годам киевского княжения Владимира относятся его мероприятия по укреплению и украшению города – как в военном, фортификационном, так и в политическом и культурном отношениях». Правда, потом А. Карпов добавляет: «В отличие от своего отца, Владимир всегда считал Киев центром и средоточием своей державы и всячески заботился о его процветании». Не могу назвать эти слова каким-то откровением. В этом случае действия Владимира и его отца действительно расходились. Владимир не искал воинской славы вне страны, у него были иные устремления. Именно Киев должен был стать вновь главным во всей Руси. Религиозная реформа должна была превратить Киев в главный культовый центр всей Русской земли.

«И начал Владимир княжить один в Киеве, и поставил кумиров на холме вне двора теремного: Перуна деревянного (а глава сребряна, а ус злат), и Хорса, Дажьбога и Стрибога, и Симарьгла, и Мокошь. И жряху им, нарицая их богами, и приводили сынов своих и дочерей, и приносили жертвы бесам, и оскверняли землю требами своими. И осквернилась кровьми земля Русская и холм тот…»

Заметим еще одно обстоятельство: Владимир был взят из Киева малолетним и воспитан в Новгороде, на севере, где было сильно язычество, а христианство едва ли знакомо; он привел в Киев с севера тамошнее народонаселение – варягов, славян новгородских, чудь, кривичей, всеревностнейших язычников, которые своим прибытием легко дали перевес киевским язычникам над христианами, что и было причиною явлений, имевших место в начале княжения Владимирова

«В языческой реформе Владимира также нетрудно заметить ярко выраженную антихристианскую направленность. Археологические данные, кажется, подтверждают это. Дело в том, что при исследовании капища Владимира выяснилось, что для засыпки фундаментных рвов – оснований языческих идолов – использовали, в частности, обломки плинфы (древнерусского кирпича) и шифера. По-видимому, это остатки какого-то разрушенного каменного сооружения середины X века. Среди строительного материала встречается и штукатурка со следами фресковой живописи – типа той, какая применялась для украшения христианских церквей. Следовательно, можно предположить, что в основание языческих божеств легли обломки некоего раннехристианского киевского храма, причем разрушенного намеренно – либо Святославом, либо Владимиром. Первое предположение кажется менее вероятным: Святослав после второй балканской войны так и не добрался до Киева, и его антихристианские намерения (если таковые имелись) не успели реализоваться. Владимир же одолел своего брата в ходе кровопролитной войны, в которой, возможно, пали многие из христиан – союзников Ярополка. Церковь, несомненно, казалась ему враждебной силой.

Схематический план древнего Киева. В центре – город Владимира (А)

Но если это так, если действительно Владимир намеренно разрушил христианский храм, то использование его обломков при возведении языческого святилища должно было иметь глубокий символический смысл. Христианство не просто подавлялось Владимиром, но заменялось организованным языческим культом, прямо противостоявшим христианскому. Так позднее на местах разрушенных языческих капищ Владимир будет возводить христианские церкви, чтобы возвеличить и возблагодарить нового Бога, сменившего обветшавшие идолы» (А. Карпов).

«Владимир сам, приняв престол киевский, пребывал в Киеве, а в Новгород определил первого наместника вуя своего Добрыню. И пришел Добрыня в Новгород, поставил кумира Перуна над рекою Волховом; и оному люди новгородские приносили жертвы, как богу».

Главным божеством в пантеоне, созданном Владимиром, был Перун, что вполне понятно. Перун – бог дружинный, княжеский, разящий, карающий, бог оружия и войны, бог грозы и молнии. Именно его именем клялись воины Олега, Игоря и Святослава, заключая мир с греками, противопоставляя Перуна христианскому Богу. Перун был изображен подобно человеку. Его туловище было сделано из дерева, голова – из серебра, усы – из золота. В руке Перун держал каменное подобие стрелы или сверкающей молнии. Перед главным из киевских божеств непрерывно горел огонь, который поддерживали жрецы.

Считается, вид Перуна должен был внушать страх и трепет, но Перуну не было нужды пугать соотечественников. Это был справедливый бог, и он должен был внушать не страх, а уважение и гордость.

В чем же состояла религиозная реформа Владимира? Ведь, на наш поверхностный взгляд, почти ничего не изменилось. Только язычество наступило крепко на горло христианству, что если раньше